Смертельный зачёт, или как я влюбилась в ректора

Глава 13.

Эдвард Вачевски подъехал с опозданием. Явился лишь в половине восьмого, а если быть уж совсем точной, то без пятнадцати восемь. В голове не к месту всплыл разговор с Фирсом, и вдруг проскочила неожиданная мысль: «Вот бы мне оказаться на маскараде с Эдвардом Вачевски». Ректор вполне мог бы стать моей парой на время праздника….

«В моих фантазиях», – тут же одернула я себя, не дав той самой разгуляться ещё больше.

Замещающий преподаватель остановился в пяти метрах от меня и, припарковавшись, несколько раз мигнул фарами, явно таким образом приглашая меня сесть в его автомобиль. Ну, неудивительно, на улице по-прежнему хлещет как из ведра, и ему не хочется мокнуть. Глубоко вздохнув, я вышла из своего укрытия, где пряталась под козырьком магазина. Выбора не было, придётся самой идти к его высокопоставленной персоне.

Быстро пробежав, я плюхнулась на соседнее пассажирское сиденье рядом с ректором. Вроде прошла всего несколько метров, а промокла изрядно. Но Цербер, к моему удивлению, не стал возмущаться, что я испачкаю его дорогой салон. Эдвард Вачевски выглядел уставшим, что ему не свойственно, обычно у него всегда цветущий вид.

– Что у тебя сегодня произошло? Расскажи подробно и по порядку, – мужчина сразу перешёл к делу, не став тратить время на любезности. Выражение лица было серьёзным, шутить и глумиться он явно не собирался.

– Ну, сегодня была боевая магия, и мы изучали огненные шары наивысшей поражающей способности, – начала я свой рассказ и, так как подробностей особо не было, сразу досадно его закончила: – Но я не смогла создать даже шар четвертого уровня.

– Повернись, – сказал ректор, и я развернулась вполоборота, лицом к нему.

Эдвард Вачевски наклонился ко мне, и между нашими лицами расстояние оказалось не больше спичечного коробка. Я чувствовала тепло его дыхания, уже знакомый мне запах сандала… Ничего такого, что могло бы быть особенным, но пока он сканировал мои энергопотоки, я словно оказалась в самом уютном в мире месте. Инстинктивно я отвожу взгляд, когда он так делает, но сейчас я осмелилась и посмотрела в лицо одному из самых красивых мужчин. Его веки были прикрыты и слегка подрагивали, тень веера густых ресниц падала на лицо… Когда делаешь сканирование, закрытые глаза помогают больше углубиться в потоки. Неожиданно он резко распахнул их, и я взглянула прямо в бездонные озера напротив меня.

Прошло мгновение, потом ещё одно, но ничего не менялось, словно время вокруг нас остановилось. Я смотрела на него, а он на меня… Бледная кожа, кораллового цвета губы, резкие скулы и эта зелёная, словно весенняя трава, радужка глаз…

Снова искра? Или я просто принимаю кажущееся за действительное?

Ректор первым отстранился от меня и сел с идеально ровной спиной, смотря прямо перед собой на горизонт реки за лобовым стеклом.

– Твоей энергии стало совсем мало, ты стремительно теряешь её, – произнёс замещающий преподаватель.

– Между прочим, это ваша вина в том, что сейчас со мной происходит! – внезапно выпалила я. И раз уж начала, решила не останавливаться и продолжила: – Это вы приняли у меня неверную теорию и допустили к проведению заведомо ошибочного ритуала, из-за которого я теперь могу умереть! – даже не знаю, что на меня нашло, почему я вдруг так разозлилась. Стало так пусто и холодно. Тепло, что всего несколько минут назад меня окутывало, развеялось, словно дымка, не оставив ни следа.

– Вы неправы, адептка, – спокойно возразил мне ректор, даже не обратив внимания на мою вспыльчивость.

– Да ну? Серьёзно? – гневно спросила я. – А мне отчего-то кажется, что всё именно так…

– Из-за той мизерной ошибки, которая была допущена в ритуале, ничего такого, что сейчас происходит, не случилось бы с вами, – вновь перейдя на официально «вы» и повысив голос, произнёс ректор. – Или, по-вашему, я совсем не дорожу собственными адептами, раз даю им разрешение на проведение смертельных ритуалов?! – он никогда ранее не позволял себе повышать голос, но сейчас было видно, что я всё же вывела его из равновесия.

– Но почему тогда сейчас всё так обернулось? – спросила я всхлипывая, но уже намного спокойнее, запутавшись в происходящем. Мне не хотелось умирать…

– Когда мы пришли туда, чтобы провести ритуал, то были не первыми, – произнёс он, по-прежнему не смотря в мою сторону.

– Что это значит? – спросила я.

– Я думаю, что тот ритуал, который был описан в подменённых главах учебника, – часть одного многофазного ритуала. Какой-то неизвестный нам маг начал его, проведя манипуляцию с телом животного, а ты лишь его закончила, – высказал он своё предположение и наконец-то повернулся в мою сторону, добавив с сожалением: – Поэтому я и не смог разорвать связь.

– Многофазный ритуал? – переспросила я, дабы удостовериться, что мне не послышалось, и собеседник утвердительно кивнул.

– И при этом достаточно редкий, скорее всего, запрещённый, поэтому я и не смог распознать его сразу, – он вновь отвёл взгляд, явно чувствуя свою вину за происходящее со мной.

– В этом нет вашей вины, – произнесла я. Мне показалось, что сказать это очень важно. Только сейчас я поняла: что бы мужчина ни говорил, в глубине души он корил именно себя.

– Мгновение назад, адептка, вы думали иначе, – произнёс ректор.