Смертельный зачёт, или как я влюбилась в ректора

Глава 18.

Утром я проснулась в превосходном настроении и первым делом схватилась за мобильник, но, к моему огорчению, я не обнаружила там новых сообщений. Ну да, в принципе, это было ожидаемо. С чего бы это ректору с утра пораньше писать мне? Но все же надежда была… Впрочем, это не повод печалиться.

Позавтракав и одевшись в довольно строгий костюм, я отправилась в магический университет, где первая половина учебного дня проскочила словно миг. Новый материал давался с легкостью, практические упражнения по-прежнему были мне недоступны. Преподаватели предпринимали попытки просканировать мои каналы, но каждый раз, натыкаясь на полное отсутствие энергии, озадаченно качали головами и, охая, со словами «Как же так могло получиться…» отставали от меня.

Остаток дня прошёл уже не столь радужно, и, чтобы отвлечься, я отправилась в библиотеку и с головой погрузилась в изучение высшей магии. Погрузиться не получилось, в зал неожиданно вошёл ректор и, взяв книгу со стеллажа, занял место за моим столом, сев напротив.

– Что изучаешь? – спросил замещающий преподаватель.

– Реавары, – ответила я, оторвав взгляд от увесистого томика. – Решила, раз всё равно не могу заниматься практикой, подготовлю экзаменационную работу по монстроведению.

– Углублённое изучение какой-то определённой расы… – проговорил он, вспоминая задания. – Ты могла выбрать любую. Почему именно реавары?

Взглянув на ректора, я поняла, что его действительно интересует ответ, я бы даже сказала, он был слегка напряжён. Пронзительные зелёные глаза изучали меня, и я, набравшись смелости, посмотрела в них.

– Самая загадочная раса мира одарённых, они были практически бессмертны, – произнесла я, думая о том, что человек напротив меня не менее загадочен. – Они были прекрасны.

– Если они такие расчудесные, то почему занесены в МОНСТРОведение? – откинувшись на спинку стула, спросил Эдвард Вачевски.

– Они были крайне жестоки, – ответила я, а после, подумав, добавила то, что при ответе на экзамене лучше никогда не говорить, да и вообще кому-то из преподавателей. Но сейчас, именно в этот момент, я решила, что сидящему напротив меня человеку можно рассказать всё. – Я бы не заносила их в этот учебник, потому что их жестокость была оправдана. Одарённые всех рас истребляли реаваров, они вынудили их стать такими, какими они были в последние годы своего существования в Эрнарии. Если кто-то посчитал их монстрами, то, думаю, рядом можно смело добавить людей и всех остальных магов.

Я смотрела на ректора, а он на меня. Повисло молчание, и оно было давящим, но я продолжала ждать его реакции, которая никак не наступала. Я оправдала расу жестоких созданий, которые убивали людей, что недопустимо, а ректор магического университета не торопился отчитывать меня за это.

– Интересная точка зрения, – наконец-то Эдвард нарушил молчание, и мне показалось или, возможно, нет, но уголки его губ дрогнули в полуулыбке.

– Вы не станете меня переубеждать в обратном? – спросила я, не сводя с него взгляда, я ждала, что он станет говорить мне то, что написано в учебнике – непоколебимая истина.

– Любое мнение имеет право на существование, – произнёс Эдвард Вачевски и наконец-то улыбнулся мне.

– А что о них думаешь ты? – спросила, затаив дыхание.

– Тебе ответить как ректор сего прекрасного заведения или как… – он запнулся, явно не зная, как обозначить себя для меня. Мужчина напротив тоже понимал, что мы стали ближе, чем простые ректор и студентка, но тоже не знал, как назвать то, что происходим между нами.

– Второе, – подсказала я, когда пауза затянулась. Пусть это не было произнесено вслух, но мы оба поняли суть.

– Я считаю, что они были ошибкой природы, – неожиданно сказал господин Вачевски. – Реавары могли жить фактически вечно, но никто не сказал им, что вечность – это боль. Никто не предупредил их, что они будут терять близких, будут вынуждены скрываться веками, – когда он говорил это, его взгляд казался стеклянным, словно он знал то, о чём поведал, не понаслышке. – Встретимся завтра в городе?

Его вопрос застал меня врасплох, и я просто зависла с открытым ртом, не зная, как на это реагировать.

– А-а-а-а… – только и смогла промычать я. – Да-а.

– Хорошо. На том же месте, – улыбнулся ректор. – Ладно, грызи гранит науки дальше, а я пошёл.

Ректор ушел, а я еще долго смотрела ему вслед. Интересно, зачем он приходил? Какую книгу взял?.. Я могла спросить, но, как всегда в его присутствии, растерялась, а ведь это на капельку приблизило бы меня к его миру. Мне так хочется всё о нём узнать. Что он любит, что читает, чем увлекается… Обычная адептка и ректор университета, мы как небо и земля.

♥♥♥

Придя на оговорённую точку места встречи, я увидела, что ректор уже был там. Он стоял возле машины, прислонившись к капоту, и лёгкий ветерок трепал его чёрные волосы, время от времени также подёргивая старомодный клетчатый шарф. Сегодня мы оба надели синие джинсы и белые кроссовки, словно настоящая парочка, хотя абсолютно не сговаривались, разница была лишь в верхней части: у меня болоньевая куртка, а на нем замшевое пальто.

– Привет, – поздоровалась я, подойдя к нему.

– Привет, – сказал он в ответ. – Выглядишь угнетённой.