Смертная Тьма: Ночная тень

Пролог

Часы преспокойно тикали в богато украшенной, но небольшой гостиной, постепенно отсчитывая каждую минуту. За окном трудилась весна. Благоухающие бутоны, окрашенные в совершенно разные, причудливые цвета радовали глаза.

Но никто из присутствующих в комнате даже не взглянул в сторону панорамных окон. Две маленькие, девятилетние принцессы напряженно молчали, изредка поглядывая друг на друга.

Одна из них была похожа на ночное небо. Другая на звезду, что ярко сверкает в темноте.

В этот день время тянулось очень медленно. Ранним утром они почти одновременно проснулись от выкриков матери, поспешив в ее покои. Однако, их туда не пустили. Строгая силлирка-медиум свела тонкие темные брови к переносице и приказала ждать в гостиной.

Проходит час, другой. Темноволосая девочка Агата напряженно и в некоторой степени недовольно поджала суховатые губы. Она о чем-то напряжено думала. После встала, смахнув длинную косу за спину.

– Где отец? – тихо спросила ее сестра-двойняшка Аланис.

– Возможно, возле матери. Ждет рождения ребенка. – Агата коротко взглянула на сестру, расправила темное платье и направилась к закрытым дверям, возле которых стояли две служанки.

– Агата, куда ты идешь?! Нам было велено ждать здесь! – малышка плеснула ручками, обтянутыми фарфоровой кожей и приподнялась со своего кресла. Принцесса остановилась, расправила плечи и повернулась лицом к сестре.

– Кто такая Фаолал, чтоб указывать мне? Я – принцесса. И если кто-то другой ей подчиняется, то это не значит, что я должна. – она вновь повернулась к двери, однако очень скоро остановилась. Ее уникальный острый слух уловил едва ощутимую вибрацию – плач младенца. Агата подошла ближе, однако служанки и не вздумали открыть ей.

– Откройте двери. – прошипела Агата, складывая руки на груди.

– Простите, Ваше Высочество, госпожа Фаолал приказала нам не выпускать вас из этой гостиной.

– Тогда я приказываю вам открыть двери, пока вы не лишились работы и крыши над головой. – серые глаза, обычно смотрящие в пустоту, гневно наполнились серебром и угрожающе сощурились.

– К-конечно. – сдавленно прошептала одна из них, изящно поклонившись. Они не видели лица юной силлирки, однако они уловили тени, сгустившийся вокруг их рук. А после, поспешно открыв двери, выпустили малышку.

Способности Агаты начали проявляться в довольно раннем возрасте, чему все очень удивились. Чаще всего силлиры начинают ощущать их ближе к восьми годам, однако Агата начала учится вызывать свою тьму уже в возрасте шести лет. И сейчас она спокойно пугает горничных, когда они не исполняют ее желания и капризы.

Агата скользнула в коридор. Оттуда – вверх по лестнице. Она уже уловила незнакомый ей запах. Он был похож на запах розы и эвкалипта. Значит, малыша, что должен был родится сегодня, уже приводили в порядок.

Без стука она вошла в покои, запечатлев в мозгу картину: отец, светлые волосы которого спадают на чело и закрывают янтарные глаза, большой медвежьей рукой аккуратно прижимал сверток к груди. Мать, промокшая от пота и уставшая, облегченно дышала, прикрыв глаза. Несколько красных прядей попало ей на лицо, закрыв кровавые глаза.

Несколько молоденьких девушек, что, вероятно, были привезены из другого королевства, низко склонив головы, попытались подойти к Агате, чтоб вывести ее из покоев.

– Я приказываю вам стоять, там, где вы сейчас стоите. – твердо, с тихим рычанием сказала она, поразив отца и мать. Казалось, даже время подчинилось приказному тону. Птицы перестали кричать, а ветер, что недавно колыхал молодые листья замер, съежившись.

Наступила мертвая тишина. Именно в этот момент она подошла к отцу. Ребенок внутри сладко посапывал, не замечая ничего вокруг.

– Агата Маргрете! Да как ты… Как ты смеешь?! – рявкнула мать, подавая знак рукой. Девочка поморщилось от тона. Сейчас с ней говорила королева, а не мама.

К Агате снова потянулось несколько пар рук. Раскрыв крылья, она отогнала служанок, словно надоедливых мух.

– Вы… Вы даже не покажете мне ребенка? – на лице появилась гримаса. Пустые серые глаза лихорадочно заблестели. Заблестели лживыми слезами. Выражение лица короля Эмилиана смягчилось. И тогда он опустился на колени перед дочерью, показывая ребенка.

– А это маленький принц или принцесса? – тихо спросила Агата, разглядывая лицо малыша.

– Это маленький принц Аарон Мартин Эмилиан. Наш маленький Аарон.

– Почему у него три имени? – девочка протянула маленькую струйку тьмы, мягко обволакивая новорожденного принца. Младенец улыбнулся во сне, протягивая маленькую ручку.

В глазах отца мелькнул страх. Агата никогда не была глупой. Она заметила, как король дернулся, прижимая ребенка к себе, словно боялся подпустить к себе тьму дочери. Девочка обиженно поджала губы.

– Забавный вопрос. Королевским детям дают чаще всего больше одного имени. – король Эмилиан пожал плечами, поднимаясь с пола, и отдавая маленького Аарона королеве Марте. Странно переглянувшись с женой, он поправил свой наряд, мягко подталкивая девочку к выходу.

– А теперь, милая, позови Аланис, а мы с матерью пока поговорим. – король улыбнулся. Но улыбка не затронула глаза. О чем они собираются разговаривать?

Агата скептически повела бровью, а после тяжелая дверь за ней закрылась. Она услышала тихие, неслышные дли других слова.

– Агата опасна. Ее тьма может убить. – голос королевы звучал отсутствующе.

– Нет. О чем ты говоришь?! Перестань молоть эту ересь! – король топнул ногой. Послышался детский плач. Принц проснулся.

Король Эмилиан отличался вспыльчивостью. Часто она заканчивалась тем, что ему удавалось усмирить себя и убить гнев в корне, заменив его холодной яростью.

–Эмилиан, послушай! Так гласит пророчество! Она опасна!

– Как ты можешь такое говорить? – тихо, едва различимо проговорил король. – Она, в конце концов твоя дочь. Наша дочь.

– Карты – судьба. Они пророч…

– Не желаю больше ничего слушать!