Смешная султанша

"Это хорошие новости"

Через несколько месяцев. Замок Консьержери.

«Ваше Величество, королева Мария. Благодаря милости Султана Ахмеда, мне разрешили написать Вам и получить от Вас ответ. Но лишь один раз. Правила дворца не позволяют и этого.

Вы удивитесь, но вам пишет не ваша фрейлина Валерия, это письмо от будущей матери наследника престола, такой же, как и Вы королевы, Селен Султан. Мне хотелось бы столько Вам рассказать, но я могу лишь догадываться, что будет Вам действительно интересно. Надеюсь, принц и принцесса в добром здравии, как и король. Его Величество всегда был Вам прекрасным мужем, не сомневаюсь, Вы и сейчас рады быть его королевой. Во всяком случае, я желаю Вам этого счастья. И могу я попросить Вас об услуге? Передайте нашему прекрасному королю, чтобы он не опускал руки. Его потеря велика, но он ещё молод, ему хватит сил снова обрести счастье и вернуть свои земли. Особенно теперь, когда у него появилась дочь.

Скоро я тоже стану матерью принца или принцессы, как и Вы. Я была бы счастлива, если бы Вы могли их увидеть. Написание этого письма мне пришлось долго откладывать, так что, возможно, пока Вы это читаете, я уже держу своего малыша на руках. Пожелайте нам успехов, мне не хватает Вашей поддержки. От всех моих страхов скоро и следа не останется. Я уже пережила всё, что могло причинить мне боль, теперь я счастлива… как Вы в день свадьбы. Мне не передать в этом письме всех своих чувств. Прошу, молитесь обо мне и моём будущем ребёнке. А я буду молится за Вас и ждать исполнения всех надежд.

Со всем почтением, Селен Султан.»

Королева Мария дочитала письмо и, положив его себе на колени, подняла взгляд. Она сидела в одной из комнат дворца в окружении фрейлейн. Они никогда без необходимости не оставляли её одну и, в этот раз, приблизив к себе лишь Генриетту, королева вела себя как можно тише. Письмо она читала про себя, но Генриетта осторожно забрала его из рук Марии и окинула взглядом.

— Это хорошие новости, Ваше Величество.

— Нет, Генриетта, не хорошие. Думаю, Валерии не оставили выбора, она ужасно несчастна. — Мария опустила взгляд, вспоминая её прошлое письмо.

— Почему Вы так считаете. Она пишет… — Фрейлина замолчала, заметив хмурый взгляд королевы.

Генриетта не могла понять, как можно не радоваться статусу королевы. И завидовала теперь не только Марии, но и тому, что фрейлина без положения и статуса, которая ей подчинялась, встала рядом с правителем огромной империи. Она не знала, что там, где сейчас находится Валерия, власть женщин сильно ограничена. В момент и сама Генриетта вдруг захотела быть похищенной каким-нибудь султаном или королём.

— Она просит меня поговорить с Бастьеном. — Продолжает говорить Мария, погружаясь в свои рассуждения. — Но я этого не сделаю. Завтра он собирается вернуть себе свои земли.

— Но почему, Ваше Величество? — Генриетта даже привстала. — Вы должны сказать герцогу, что Валерия жива!

— Зачем? Он с трудом пережил её пропажу, похоронил её в своей памяти, женился и похоронил жену, после чего король нанёс ему оскорбительный удар, отобрав половину земли. Думаешь, он будет счастлив, узнав, что Валерия рабыня варваров? — Королева брезгливо фыркнула. — Если бы я могла, сделала бы всё, чтобы спасти её. Но теперь эта женщина, родившаяся в Греции, принятая во Франции, закончит свои дни в Османской империи. — Мария наклонилась ближе к фрейлине и внушающе добавила: — Они не отпускают матерей своих отпрысков.

Встав, Мария выпрямилась и кивнула в сторону лежащего на полу письма. Ей была противна мысль о том, что она бессильна, будучи правительницей одной из самых влиятельных стран. Как у королевы, её руки связаны.

— Сожги это, — бросила она и спешно покинула комнату.

Тот же момент. Топкапы

За последние семь с половиной месяцев дворец не раз содрогался от различных происшествий. Каждую ситуацию все использовали по-разному, и были люди, которые даже из самых ужасных ситуаций выходили победителями. Сначала умерла Хандан султан, говорят, она покончила с собой из-за любви к Дервишу паше. Кто-то даже сказал, что она пошла вслед за любимым. Смерть матери и ужасные слухи о ней сильно ударили по Ахмеду. Он отошел от дел, оставив правление Империей визирям, и долгое время ни с кем не разговаривал. Хюмашах султан тогда быстро подсуетилась, она выпросила у Султана развод и приняла правление гаремом.

Это означало, что в руки Хюмашах попала власть, самая высокая из тех, что могла добиться женщина. Она тут же окутала всех своей заботой и любовью, всех, кроме Кёсем. Между ними выросла ледяная стена полного недоверия. Когда Ахмед решил отвлечься от переживаний и уехал в охотничий домик, Кёсем выждала момент и поехала за ним. Что случилось по дороге неизвестно, но вскоре во дворец пришла новая грустная весть. По дороге в охотничий домик на карету Кёсем султан напали, саму султаншу похитили, а всю её охрану убили. Но тут появилась Сафие, она, узнав новость, предложила Ахмеду помощь в поисках Кёсем в обмен на свободу. Султан согласился, Кёсем быстро нашли, но вот свою часть сделки Султан выполнил не сразу и крайне неохотно.

Старый дворец был подготовлен специально для переезда туда Сафие. Заменили слуг, стражу, все эти новые люди были верны династии и интригам Сафие подчинятся были не должны. Именно вся эта подготовка, поиск нужных людей и в принципе обустройство покоев заняло не мало времени. Поэтому выбраться из заключения Сафие удалось только спустя некоторое время.

Валерия села на край кровати, почувствовав, какая она мягкая. Ей было сложно совершать быстрые движения, живот у неё стал совсем круглым и мешал даже ходить. Она облокотилась на мягкую подушку и поставила рядом с собой тарелку с подсахаренными орехами.

— Вы уже выбрали имя? — Спросила Валерия, рассматривая орехи.

Ахмед старательно изображал занятого правителя. Сидя рядом с Валерий, он вчитывался в какой-то документ. Последние пару месяцев его как подменили, теперь он интересовался всеми делами в государстве и пытался их контролировать настолько, насколько ему хватало усидчивости. Хотя всё же иногда возвращался к своим фантазиям и размышлениям о возможностях человека.