Смотри пешком

6

Прошло три года, а может четыре. Черт возьми! Я поглощен полностью этой атмосферой. Убежать мне все равно не удается, точнее, я даже и не пробовал. Почему? Не знаю! Наверное, страх за свою жизнь. Я не хочу умереть в муках, уверен, что за побег мне переломают ноги, а потом возможно застрелят из-за отсутствия пользы от меня. Кому нужен больной, от которого нет пользы. Только Богу.

Не только моя внешность испортилась, но и здоровье угасло. У меня появился хронический кашель. Я три дня провалялся в постели с высокой температурой, чувствуя, как в груди у меня все горит. Салман был недоволен моим состоянием и поначалу не верил, что мне было плохо, но когда я при нем упал в обморок, до него дошло, что со мной происходит что-то неладное. Ко мне приехал врач и сделал несколько уколов, потом он вышел на улицу и о чем-то долго разговаривал с Салманом. Я краем ухо услышал, что врач просил забрать меня в больницу, но Салман сказал, что они справятся своими силами. На что врач пожал плечами и передал ему лекарства. Салман ему заплатил и тот умчался с этого проклятого места прочь. Для меня это был конец.

Странно, но на третий день после таблеток, которые прописал мне врач, я стал себя чувствовать лучше. Пока я лечился, мое стадо пас Салман. Думаю, это ему на пользу. Пусть знает, какого мне в степи одному.

Но когда я принял свой пост, то есть стадо тупоголовых овец, я побрел с утра пораньше в степь.

На дворе 2014 год, июль. Солнце едва выглядывало из-за горизонта, рассеивая свой свет и теплоту. Плотным снегом на земле лежал туман, пряча в себе яркую зелень.

Из рук я не выпускал старую корягу, с ней мне было удобнее. Да, со стороны я похож на старика. Но это всего лишь я.

Для меня одинокая грушина стала другом. Я каждый день вел с ней беседу, грыз ее сочные плоды и рассказывал ей, как жил в прошлой жизни и что бы сделал в новой, если бы такова была.

— Первое, что я бы сделал, — сказал я, — так это изменил свой взгляд на жизнь и стал довольствоваться тем, что у меня есть. Я больше никогда бы не винил ни себя, ни кого другого в своих неудачах, а делал бы из этого вывод и менял бы всего лишь ситуацию, выискивая в проблеме само решение. Думаю, это правильное решение. Ну а после ценил бы Елену, ведь она моя жена и она заслуживает уважение. Ну а дочке я бы уделял все свое свободное время. Мне наплевать, где буду работать, лишь бы в своем городе и рядом с семьей. Это очень важно.

Салман всегда следил за мной, не выпуская бинокль из рук. Он не случайно это делает, думаю, за Каимом надзор тоже присутствует. Салман не разрешает далеко угонять овец, это, видимо, для того, чтобы я оставался в поле зрения.

Мое радио перестало вопить примерно полгода назад. Очень сложно привыкнуть к тишине, но у меня нет выбора. Мне бы только батарейки. Где же ты, Роман?

Не случайно я про него вспомнил, так как он не появлялся в здешних местах больше года. Вместо него приезжал другой ветеринар, но тот был малоразговорчив, и когда я у него спросил про Романа, он небрежно кинул на меня свирепый взгляд и спросил:

— Зачем он тебе?

Я не знал, что ответить, да его искривленная физиономия меня не обнадежила, и я решил промолчать.

С книгами тоже проблема. Обе книги я знаю наизусть и могу дословно пересказать каждую главу. Но я решил порыться в сарае в надежде найти что-нибудь еще. Кроме старых журналов я ничего не нашел, но в голодный век и они сойдут.

Утром спустился сильный дождь, и овец я не выгнал. В кормушки я наложил сена и отправился к себе. Чтобы хоть чем-нибудь себя занять, я решил навести порядок в своей конуре, а как еще ее назвать? Домом назвать язык не поворачивается.

Грязь валялась по всему полу. Фатима никогда не разувалась, а меня это сильно раздражало. Когда она уходила, я сильно возмущался. Я ненавижу бардак. Когда-то он был причиной ссоры с женой, не скажу, что она была ленивой, просто иногда она не успевала разложить все по местам, а меня это сильно заводило.

В сарае, где Салман хранит инструменты, я нашел ведро, ржавое, но зато не худое. Там же нашел старую рубашку, думаю, она еще послужит в качестве тряпки. Этот вечер я потратил на уборку, сгребая весь хлам из углов и протирая их от паутины. Уборка пошла на пользу, после нее это место обрело небольшой, но все же уют. Меня это очень обрадовало.

Утро. Я нахожусь в степи среди овец. Я чувствую себя вожаком этого серого стада. Жаль, что оно не волчье, а иначе Салман пошел бы на корм этим зверям.

Я ничего не знаю об этом месте, хоть и нахожусь здесь довольно долго. А сколько? Мне трудно ответить, я не имею под рукой календаря и уже давно сбился со счета дней. К чему они мне? У меня нет ни выходных, ни праздников, ничего. Мои прожитые дни похожи один на другой. Я могу сказать, что у меня день сурка, но это определение мне не нравится. А сурков здесь полно. Как сходит снег и появляются первые теплые весенние деньки, из своих нор вылезают эти чудо-грызуны.

С каждым днем жара набирала свои обороты, а намека на дождь и не было. Салман сильно волновался по этому поводу. Он боялся, что вся трава выгорит от солнца и овцам нечего будет есть. Как по мне, так пускай так и будет. Температура подкрадывалась до сорока, я не находил себе место, но больше всего доставалось моим овцам. В такую жару они плохо паслись и постоянно лежали, а вставали по крайней необходимости, чтобы попить воды из пруда, хотя вода в нем зацвела и из него разила вонь по всей округе. Чтобы овцы не разболелись от грязной воды, мне пришлось их гонять к водяной башне, где Каим поил коров. Странно, но коровы не пьют после овец, и поэтому для моего стада Салман установил дополнительные поилки. Там мне удалось поговорить с Каимом, но, к несчастью, он был малоразговорчив. Возможно, он боялся Салмана, но поблизости его нет. Чего он тогда боится. Наверно, Каим знал, что Салман следит за нами с помощью бинокля. Ну а что тут такого? Если хочется поговорить, почему нельзя? На меня эти правила не действовали.