Смысл в том, что ты есть

глава 12

Но вот как-то вечером, покончив с прополкой огорода и окучиванием картошки, Ройн возился за сараем, подбирая новые доски для будущего забора, когда вдруг услышал незнакомые голоса. Посетители шли со стороны улицы и теперь приближались к дому. Баба Тома возмущённо продолжала когда-то начатый диалог:

--Да это совсем не ваше дело, кто он такой! От вас, родственничков, вообще помощи не дождёшься! Сто лет в обед, как появлялись тут!

--Ну, мам, не начинай! - недовольном тоном повторял мужской голос.

Ройн осторожно высунулся из-за сарая, хотя в семейной перепалке участвовать совсем не хотел. Просто стало любопытно. Оказалось, кроме двух взрослых там ещё трое детей. Две девочки подростка, и мальчик, тот самый Ванечка. Первым заметив Ройна, он тут же, радостно подпрыгивая, замахал рукой.

--Эй, дядя, привет! - И уже бросился к нему бежать, но мать грубовато одернула его, поймав за руку.

--Ты что! Не подходи! Разве ты не видишь? Это же эльф! - испуганным и предупреждающим голосом шикнула она. Малыш обиженно надул губу, но все-таки остановился. Ройн опасливо попятился, снова прячась за угол сарая, и проклиная себя за то, что вообще показался.

--Вечно ты, мама, сирых и убогих пригреваешь! Будто у самой забот мало! – брезгливо заметил мужчина, по-хозяйски прошагивая меж грядок к дому.

--Забот, говоришь?! - рассержено рычала бабушка. - Да у меня их, сколько тебе и не снилось! Прослышал про помощника, так явился, да? При детях бы постыдился так себя вести! Коли нет у тебя ничего важного ко мне, иди подобру-поздорову! Все, что хотел, узнал? Вот и разговор окончен, - профыркала она и первой прошмыгнув по ступеням на порог, захлопнула перед ним дверь.

--Ма, да ты сама себе забот напридумывала! Сидела бы уже отдыхала со своими пчёлами! Всё молодишься да хорохоришься!

Ройн расстроенно посмотрел на небо, прислоняясь к сухой шершавой стене сарая под небольшим козырьком, оборудованным от дождя. «Почему, куда бы я ни пришёл, везде какие-то неприятности начинаются. Неужели опять я виноват...?»

Так в дом никто и не вошел, гости ещё немного побродили по огороду, разглядывая заросли овощей и корнеплодов, будто пришли в музей или просто тянули время. Дети вырвали по морковке и, помыв под умывальником, дружно хрустели. Взрослые о чем-то шептались. В конце концов, сын твёрдым шагом обошёл дом и заглянул под навес, где сидел Ройн. Тот привстал и поздоровался, на что человек смерил его суровым взглядом, сам себе кивнул, мол "всё ясно", поджал губы и пошёл обратно. Это было неприятно…

Когда семья ушла, расстроенный Ройн прошёл в дом. Баба Тома сидела у окна, наморщившись так, что казалось, её лицо превратилось в одни сплошные морщины, без глаз, носа и рта.

--Простите... Может быть, мне стоит уехать пораньше? - в нерешительности проговорил он.

--Вот ещё чего удумал! - тут же воскликнула она, всплеснув руками и соскочив с места. - Даже и не обращай на них внимания. Глупые! Помоги, лучше на стол собрать. – Она побежала доставать тарелки и скорыми движениями раскидывать на стол вместе с ложками. – Поди в погреб, огурчиков принеси.

--А почему вы не зовёте в гости всех своих внуков? – вернувшись, рискнул осведомиться Ройн.

--Было время, звала. Да толку мало. Как придут, так обязательно мы с ними поцапаемся. Видать, характеры не подходят. А внуки что? Девицы вон выросли уже, невесты: им всё некогда да недосуг. Один Ванечка, сам видишь, прибегает иногда. Хороший мальчонка, не попортился ещё, - вынимая ухватом из печи чугунок, заметила она. – Что вот делать, если собственные дети не оправдывают ожиданий? Вот всё ждала сына. Нарожала четырёх девиц, дождалась, наконец, пятого, младшенького. И что теперь! Любила их всех, воспитывала, учила всему…. Дочери теперь в соседних деревнях. Редко видимся. А сын, вон, как видишь, под боком. Да толку-то! Переехал, семью завёл, дом построил. Молодец! Что ещё нужно мужику-то! Ну а мать… а что мать? Чем больше им отдаешь, тем меньше получаешь. Видно, так оно в жизни. Вон на другие семьи глянешь, там родители так уж лупили ребят, а сейчас эти дети взрослые и каждый день к этим родителям являются. И помогают, за уши не оттащишь, и «мамочка любимая». Ох… А мои… - она рассеянно махнула рукой. - Гости по великим праздникам, да за урожаем пару раз в год. А тут вон услыхали звон, прибежали. Надо, видишь, им узнать, что именно ты тут делаешь, по какому праву, да с какими намерениями. Вдруг ты решил всё моё наследство забрать? Так же, мол, часто бывает, старики под конец свой обычно с ума сходят, да на первых встречных всё своё имущество записывают.

Ройн от удивительно наглой невероятности данного предположения по обыкновению потерял дар речи. Увидев его ошарашенное выражение лица, баба Тома засмеялась.

--Да не переживай! Во-первых, я ещё не совсем рехнулась. Во-вторых, это всё болтовня. Любят люди сплетни распускать. А у нас тут деревенька маленькая, все друг друга знают. Скучно просто так жить, и начинают придумывать сказки. Ну, а в-третьих, не буду же я тебя так подставлять и завещать тебе, эльфу, дом в человеческой деревне! Тебя же съедят!

После визита всей семьи к бабе Томе, Ванечка не приходил пару дней. Старушка уже стала волноваться и собиралась сама отправиться на другой конец деревни к сыну, чтобы поругаться и узнать в чем дело. Но не успела: малыш явился сам. Хмурый, он прошёл через огород и, найдя Ройна на задворках, молча сел рядом.

--Привет, - нехотя заговорил он, когда Ройн поздоровался и обратил на него долгий вопросительный взгляд. - Мама сказала, что ты эльф. …Ты эльф?

--Да.

--Значит ты не джинн. Жалко… А эльф — это плохо?

--Кому как, - пожал плечами Ройн.

--А люди что, эльфов не любят?

--Выходит, что не любят.

--А за что?

--Наверное, потому что боятся.

--А зачем?

--Ну... мы немного отличаемся… от вас.

--Ушами?

--И ушами тоже, - со вздохом отозвался Ройн.