Смысл жизни

ГЛАВА 4

Вера в ту ночь не спала сама и не давала заснуть Павлу. Они легли, как обычно, в десять вечера, но женщина так ворочалась и стонала, что ее муж уже не мог это игнорировать, как бы ему этого ни хотелось. Павел протянул руку, включил ночник, поднял повыше подушку и сел.

– Рассказывай, – проворчал он. – Что тебя так мучает?

– Жаль, что тебя ничего не мучает! – огрызнулась жена.

Павел закатил глаза и устало вздохнул.

– Я понимаю, что ты хочешь для нашего сына самого лучшего…

– Именно этого я и хочу! – перебила мужа Вера. – А это… Это… Я не понимаю, где были его глаза?!

– Не знаю, мне Юля показалась вполне милой девочкой, – пожал плечами Павел и тут же пожалел о своих словах.

– Ты в своем уме вообще? – зашипела на него Вера. – Милая девочка? Деревенщина неотесанная! Официанточка из кафе! Ты видел вообще, кто в этих кафе работает? Одни… Прости господи…

– Ну зачем ты так? – попытался успокоить вышедшую из себя супругу Павел. – Нет ничего плохого в том, что студенты подрабатывают, а не сидят на шее у родителей.

– А я считаю, что есть! Ребенок должен сосредоточится на учебе, а не на том, где бы денег заработать! Представь, если бы Эдуард, будучи студентом, по ночам вагоны разгружал! Добился бы он того, чего добился? Написал бы диссертацию?

Павел только открыл было рот, чтобы возразить ей, но Вера не позволила ему это сделать.

– Нет! Нет! И еще раз – нет! – отрезала она.

– Вообще-то, я разгружал вагоны, – обиделся Павел. – Ты была беременна Эдиком, я учился и работал, чтобы прокормить нашу семью.

– Зачем ты сравниваешь, Павлик? – всплеснула руками Вера. – Тогда были совсем другие времена!

– Да какие другие? – возмутился муж. – Такие же точно времена! И вообще, оставь сына в покое. Он давно уже не ребенок. Сам разберется, с кем ему встречаться.

– Сам разберется?! – задохнулась от возмущения Вера. – А если он жениться на ней вздумает? Ты хоть представляешь вообще?

– Вздумает, значит женится! – отрезал Павел.

– Вот уж дудки! – Вера скрутила комбинацию из трех пальцев и сунула мужу под нос. – Только через мой труп!

– Ты уже дочь потеряла из-за своих причуд, – тяжело вздохнул Павел. – Хочешь, чтобы еще и сын от тебя отвернулся?

Павел спустил пониже подушку и потянулся к ночнику, чтобы выключить свет, но услышал до боли знакомый горловой хрип. Глаза у Веры закатились, она покраснела лицом, хватала ртом воздух, словно рыба, выброшенная из воды на берег, и держалась за сердце.

– Что? Опять? – Павел закатил глаза, поднялся с постели, сунул ноги в тапочки и прошлепал на кухню.

Он налил в стакан кипяченой воды, накапал в стопку двадцать капель корвалола, отчего квартира сразу пропиталась характерным больничным запахом, и вернулся обратно в спальню.

– Вот, возьми, – протянул Павел жене лекарство.

Руки у женщины дрожали, по лицу катился пот. Она схватила стопку, едва не расплескав содержимое и опрокинула в себя.

– Ноги немеют, – прошептала Вера слабеющим голосом.

Павел вздохнул, забрал у нее пустую стопку и остатки воды, поставил на тумбочку и сел на краешек кровати рядом с женой.

– Здесь? – мужчина круговыми движениями помассировал икроножную мышцу.

Вера кивнула и закрыла глаза. Павел добрых двадцать минут разминал икры, лодыжки и стопы, потом еще столько же делал массаж головы. Еще дважды он бегал на кухню за новыми лекарствами, трижды перемерял давление и температуру. Но, видимо, из-за разбушевавшейся магнитной бури приборы отказывались правильно работать и усердно показывали вполне жизнеспособные цифры, чем еще сильнее выводили Веру из себя.

– Худо мне, – простонала она, когда Павел закончил с медицинскими манипуляциями и снова улегся в постель.

– Верунь, ну может уже хватит? – не выдержал мужчина. – Сколько можно-то этот спектакль разыгрывать?

– О боже! – вытаращила глаза Вера. – Ты что же считаешь, что я притворяюсь?

– Считаю, – буркнул Павел, но на всякий случай все же отгородился от жены подушкой.

– Поверить не могу! – Вера попыталась встать, но обессилено повалилась обратно. – Родной муж оскорбляет меня подобным недоверием! Позвони Эдуарду, пусть приедет…

Вера прикрыла глаза и положила ладонь на лоб.

– Не надо никому звонить! – отрезал Павел. – Ночь на дворе. Я здесь. С тобой!

Вера протяжно застонала и уронила обессиленно голову.

– Воды еще принеси, – попросила она.

Павел, кряхтя, снова поднялся. Но перед тем, как выйти из комнаты, захватил с собой оба телефона. Не исключено, что жена специально его спровадила, чтобы вызвать сына в его отсутствие.

Вера пила большими жадными глотками. Ее мучила сильная жажда, и сколько она не вливала в себя жидкости, сухость во рту никак не хотела отступать.

– Ну как ты? – спросил Павел, видя мучения жены.