Смысл жизни

ГЛАВА 5

Юля проснулась от витавшего в квартире запаха кофе и выпечки. Солнечные зайчики плясали на потолке, выхватывая из полумрака пылинки, кружащие в воздухе. Она лениво потянулась, с наслаждением чувствуя приятную ломоту во всем теле, накинула на голое тело просторную белую рубашку любимого мужчины, от которой пахло им – дорогим одеколоном и чем-то неуловимо родным, и вышла на крохотную кухню.

Эдик стоял у плиты в одних трусах, сосредоточенно наклонившись над сковородой, и наливал на раскаленную поверхность жидкое тесто. Оно тут же начинало шипеть и покрываться пузырьками, наполняя кухню аппетитным ароматом. Рядом на тарелке уже лежала стопка румяных, ажурных блинчиков.

Девушка подошла бесшумно, как кошка, обняла Эдика сзади, вжалась щекой в его теплую спину, встала на цыпочки и поцеловала в шею, чуть ниже затылка, где короткие волосы вились мягкими завитками. Он вздрогнул от неожиданности, затем рассмеялся, и его тело отозвалось вибрацией.

– Завтракать будешь? – блинчик подсох, и молодой человек ловко перевернул его, подкинув в воздух так, что тот перевернулся и идеально приземлился обратно на сковороду.

– Ого! – это вызвало у Юли искреннее восхищение. Она всплеснула руками, и широкие рукава рубашки взметнулись, как крылья. – Не знала, что ты так умеешь! Где научился?

– Это, солнце, долгие годы тренировок! – он важно поднял указательный палец вверх, изображая ученого, читающего лекцию. – У мамы просто отвратительные блинчики, – он поморщился, – а мы с сестрой их очень любили. Вот и пришлось самому учиться печь, спасать семейные завтраки. Кофе нальешь?

– Ага, – Юля достала из шкафчика две кружки с забавными девичьими принтами и разлила в них из кувшинчика простенькой кофеварки темный густой напиток. Пар от него поднимался в солнечный луч, создавая мистическую дымку.

– Мне с молоком без сахара, – попросил Эдик, сбрасывая последний блинчик на общую тарелку.

– Вообще-то я запомнила, – вздернула носик Юля, делая вид, что обижена. – Ты же уже дважды ночевал здесь! Забыл?

– Нет, конечно, – Эдуард поставил тарелку на стол, застеленный клетчатой клеенкой. – Просто проверяю.

– Мне так хочется чаще проводить с тобой время, – внезапно посерьезнев, подняла на него глаза девушка. В ее изумрудных глазах плескалась тоска. – Эти случайные встречи просто невыносимы!

– Правда? – спросил с набитым ртом Эдик. – Мне показалось ночью, что тебе понравилось.

Он подмигнул возлюбленной, и самодовольно откинулся на стуле, который жалобно скрипнул под его весом.

– Понравилось, – кокетливо улыбнулась Юля, и снова стала прежней, легкой и беззаботной. – И мне хочется иметь к тебе доступ каждый день. Вернее, каждую ночь. А не вот так по случаю. Надоело скрываться и прятаться, как в плохом шпионском романе.

– Ну, милая, потерпи еще немного, – Эдик осторожно взял ее за руку, проводя большим пальцем по костяшкам. – Через месяц выпуск. И никто нам слова не посмеет сказать.

– Ох, Эдь, мне кажется, ты переоцениваешь нашу значимость. Кому мы с тобой нужны, чтобы кто-то нас осуждал? Мне кажется, всем на всех плевать. Вон Долгинский без зазрения совести делает студенткам непристойные предложения. И что?

– А то, что мы сейчас с тобой завтракаем и его обсуждаем. Хочешь, чтобы и про нас вот так же судачили? Чтобы шептались за спиной? Просто потерпи, ладно?

– Ладно, – сдавленно вздохнула Юля. – Но я хочу, чтоб ты знал, как сильно я по тебе скучаю! Каждой клеточкой тела.

– Я знаю, – Эдик сжал пальцы девушки посильнее. – Я ведь тоже скучаю. Ты думаешь, мне легко?

– А знаешь что? – у Юли вдруг загорелись блеском глаза, словно кто-то зажег внутри нее зеленые огоньки. – У меня есть идея!

– Слушаю, – Эдик крутил в руках кружку с кофе, водя большим пальцем по объемному принту на ней, изображающему котов в костюмах.

– Светка ведь только завтра вернется… – начала Юля, придвигаясь к нему ближе и понижая голос, словно делясь государственной тайной. – Получается, что квартира в полном нашем распоряжении. Как ты смотришь на то, чтобы сразу после завтрака нырнуть обратно в постель и не вылезать оттуда до самого вечера? Абсолютно. Никуда.

– Э-э-э… – Эдик стушевался и опустил взгляд в пол, будто разглядывая узоры на линолеуме. – Заманчивая перспектива… Очень.

– Но? – уточнила Юля, поняв, что ее грандиозный план близок к провалу. Ее плечи чуть опустились.

– У папы машина сломалась… – нервно пригладил молодой человек взъерошенные волосы. Он выглядел так, словно его поймали на месте преступления. – И сегодня я обещал маму отвезти на рынок. Я ведь не знал, что твоя соседка уедет на дачу.

– Блин… А нельзя завтра на рынок съездить? – предложила девушка, в голосе ее зазвучала тоненькая нота надежды. – Поговори с мамой… Объясни.

Эдуард болезненно поморщился, будто у него внезапно разболелся зуб.

– У нас в семье так не принято, понимаешь? Если пообещал, надо сделать. И зная мою маму, лучше действительно сделать. Она потом выест весь мозг чайной ложечкой. Медленно. И со смаком.

– Я ничего не имею против обязательности, – Юля встала со стула и обняла Эдика сзади, прижимаясь к его спине. – Скорее, наоборот… Мне тоже нравится, когда люди сдерживают свои обещания. Но бывают же обстоятельства непреодолимой силы… Вот как сейчас.