Снег, который не вернулся

Песня каменного орла

Велимира кратко посвятила Берна в то, что произошло у графа и повторила ему разговор с Арленом. Она показала ему пустую бумагу и сказитель поднял брови, на секунду превратившись в восторженного мальчишку.

- С тех пор, как я забрался в ваш сарай, вокруг меня все больше древних чудес. - Заявил он. - Это вариант веревки-шпиона. Как же ее называли… - Он нахмурил лоб, напрягая память и девушка поймала себя на улыбке, смена выражения лиц парня позабавила ее и оставила легкий след нежности. - Точно! Секретный документ! Ты, кажется, упоминала, что жена графа была художницей? Видимо, эта вещица по наследству досталась.

- Хочешь сказать, что она передала мне сообщение, как Арлен своей сестре?

- Да, но тут другое, веревки делались для сказителей, поэтому они передают сообщение голосом. А тут должен быть рукописный текст.

- А у музыкантов что-то такое было? - невинно вмешался Лас.

- Безусловно, людям всегда нужно было… - тут же отвлекся Берн, но оборвал себя, видя нетерпеливый взгляд Велимиры. - Ты ко лбу приложи и сосредоточься. Да, да, вот так. - Нетерпеливо и почти по хозяйски парень ухватил пальцы девушки и внутренне задрожав, прижал бумагу к ее лбу. Его пальцы были тёплыми, и она вдруг вспомнила, как давно никто не касался её так нежно. «Не сейчас, — одёрнула себя. — Не сейчас».

- Так что там было у музыкантов? - напомнил о себе белоголовый подросток.

- Ты знаешь, я тут профан. - Признался сказитель. - Музыканты самые редкие из нас, не знаю уж почему. И в живую я с музыкантом только пару раз говорил - с сестрой Арлена. Да и то я ее не видел, только голос слышал. Так что тут тайна. Может ты ее когда-то сам раскроешь и мне расскажешь.

Услышав это, Лас оживился. Он тут же принялся рыскать по углам сарая, где стояли сундуки, которые уже перерыли при обыске канонники, но заботливая Веля собрала все обратно. Он не особо рассчитывал найти там ответ на загадку музыкантов, но вдруг?

Между тем, Велимира, покрасневшая то ли от жара печи, которую растопил охранник, то ли от рук Берна на ее руках, наконец опустила и развернула бумагу.

Почерк у Розы, а она не сомневалась, что записка была от нее, детский, но не лишенный изящества проступил на бумаге четко и ясно.

- Читай вслух. - Предложил Берн, достав горстку орехов.

- Угу. - Девушка прочистила горло - Мне было десять, когда мама сделала снег, выступив против верховного канонника. - Прочитала рыжая художница и ей снова пришлось прочищать горло, потому что она уже знала, что будет дальше. Арлен в своем привычном углу у двери тоже напрягся и помрачнел. - Отец не попытался защитить ее, когда за ней пришли, хоть она и была графиня. - Девушка тихонько шмыгнула носом и Берн, засунув орехи обратно в карман придвинулся к ней, молчаливо поддерживая. - У ног орла на площади есть тайный ход в наш дом. Прости за отца. Р.

Охранник приглушенно пробормотал что-то, переваривая новую информацию. Он сощурил глаза, сделав свои шрамы еще более заметными, стараясь припомнить, где в доме графа мог быть выход.

Берн же, не отходя от все еще расстроенной Вели соображал, что там у ног орла. Мох? Нет, что-то висячее или ползучее.

- Там, вроде камень был. Графский. - Голос Ласа, по пояс залезшего в сундук звучал приглушенно. И у каждого перед глазами возник сияющий отшлифованный временем и подошвами символ семьи Штернберг. Он как раз уютно расположился у ног огромного орла. - Но его надо как-то открыть. - Добавил мальчик. - Или нажать. В общем как-то подействовать, чтобы он захотел нас пустить в тайный ход.

Площадь Орла тонула в сизом предрассветном тумане. Статуя птицы с каменным свитком в когтях казалась призраком, а брусчатка под ногами скользила, будто все еще покрытая кровью забытых жертв. Велимира прижалась к стене, чувствуя, как ягоды на её браслете леденеют от страха. Арлен, прикрывавший её спину, жестом приказал остановиться — впереди, у казарм канонников, застучали сапоги.

- Спрячемся за орлом, — прошептал Лас, уже ползущий к постаменту. Его белые волосы сливались с туманом, делая мальчика невидимкой. Старшая подруга отметила, что нужно будет отругать его, за то, что вышел на улицу без шапки в мороз.

Они пригнулись, обходя подмерзшие лужи, где отражались мутными пятнами факелы патруля. У подножия статуи Лас тыкал пальцем в плиту с гербом Штернбергов — та самая, отполированная до зеркального блеска.

- Здесь, — он прошептал, счищая грязь с краёв. — Видишь, трещинки? Как будто кто-то пытался поддеть…

Арлен провёл ладонью по поверхности. Камень был холодным и мокрым, но в центре герба — стилизованного орла с распростёртыми крыльями — чувствовалась едва заметная вмятина.

- Вряд ли многие знают об этом… возможном проходе. Мы то знаем только благодаря Розе. Но вот вопрос - знает ли о нем ее отец? Если знает, вряд ли он оставил его без присмотра и охраны. - Велимира задумчиво подышала на пальцы, согревая их. - Но если он не знает и про возможность побега ей сообщила мать… От этого зависит многое.

- Я проверю. - Прогудел Арлен.

- Как?

- Поищу завтра в доме графа вход туда. Примерно понятно, в какую сторону он должен вести. - Охранник зашевелил губами, словно припоминая что-то. Художница предположила, что он высчитывает возможное местоположение секретной двери и не стала его отвлекать.

Лас все еще водил замерзшими руками по плитке, упрямо отказываясь принимать поражение. Но видимо трещинки были всего лишь следами сотен подошв, что проходили здесь ежедневно.

В голове Велимиры роились мысли. Если не удастся открыть проход с этой стороны, то попытка Арлена найти вход в доме графа все равно ни к чему не приведет. Она тихонько попыталась использовать магию, может какой-то рисунок или просто движение найдет отклик в заледеневшем камне? Но он остался глух и нем к маленькому магическому приношению девушки.

Трещинки, по кайме камня проступили ярче из-за настойчивых попыток Ласа отгадать загадку камня. Приглядевшись, Веля поняла, что это все же какие-то символы, которых она не знала. Она могла бы принять их за рисунки или вовсе не обратить внимания, если бы мальчик не растопил лед теплом ладоней.