Снег, который не вернулся

Кровь и свет в тёмном сердце

В сарае было тихо, но воздух так и искрился от напряжения и магии. Велимира достала все маленькие сокровища, которые подпитывали ее силой и разложила их вокруг. Снежный шар, рисунок, подаренный розой, мелкие цветные камушки, которые она нашла летом у реки, красиво закрученная ракушка, картинки, которые она хранила уже много лет и флейта Ласа. Все это давало ей ощущение красоты мира и поднимало ее энергию. Правда старые картинки уже почти не работали - они скорее вызывали ностальгию, чем что-то еще. А вот снежный шар искрился магией. И художница в который раз задалась вопросом, просто ли это сила красоты или это собственное волшебство изделия?

Мальчик нервно поглядывал на подругу, испытывая огромное желание схватить свою деревянную прелесть и убежать с ней, чтобы никто не отобрал. Но он держался, понимая, что изящная работа мастера тоже приносит Веле немножко сил.

- Как думаешь, нашли они уже второй алтарь? - Не вытерпев спросил он. Голос подрагивал от волнения за кота и Берна, ну и за всю затею в общем.

Велимира подняла глаза от шара и посмотрела на мальчика. Её пальцы невольно сжали браслет на запястье — тот самый, с ягодами, что мигнул в ответ на прикосновение Берна перед его уходом. Она до сих пор чувствовала тепло его руки, и это было единственное, что удерживало её от резкого ответа на бесконечные вопросы Ласа.

- Не знаю, — сказала она, стараясь говорить спокойно, понимая чувства Ласа, хотя в груди кололо от беспокойства. — Если кот их не бросил, то, может, и нашли. Но Берн… он упрямый. Не вернётся, пока не разберётся.

- Он там всех орехами закидает. Или книжкой по голове как стукнет! - Попытался пошутить парень, но по виду подруги понял, что не очень получилось.

- Четыре дня, Лас, — сказала она, возвращаясь к снежному шару. — Четыре дня, чтобы я сделала невозможное. Роза ждёт лето посреди зимы, а канонники ждут, чтобы я оступилась. И ещё этот алтарь под орлом… — Она замолчала, чувствуя, как голос начинает дрожать. — Я не могу всё сразу.

Лас опустился рядом с ней, проигнорировав зов флейты, просившей взять ее.

- Ты не одна, Веля, — сказал он тихо, но твёрдо. — Я помогу. Как с первым алтарём. Моя музыка… она ведь сработала тогда. Может, и тебе поможет?

Велимира посмотрела на него — на эти серьёзные глаза, такие не по-детски решительные, — и кивнула. Ей хотелось верить, что он прав. Она протянула руку и потрепала мальчика по белокурым волосам. Мальчик едва заметно сморщил нос, считая это вольностью, но не отодвинулся, видя, что девушке нужна любая поддержка.

Вздохнув, рыжая художница решила потратить немного магии, на то, чтобы успокоиться. Лечение не была ее коньком, но кое что она все же умела, поэтому нарисовала в воздухе несколько волнистых линий, призванных символизировать текущую воду и окунула туда лицо, впитывая свежесть. От релаксации ее отвлек странный звук.

Стекло снежного шара вдруг задрожало, будто внутри что-то шевельнулось. Маленькая фигурка кота — точная копия их хвостатого проводника — повернулась к нем и мяукнула, беззвучно, но так ясно, что Велимира вздрогнула. А потом она увидела: за котом, в глубине шара, мелькнула тень — смутный силуэт Берна, склонившегося над чем-то каменным.

Художница потерла глаза. Может быть у нее перебор с силой? Слишком быстрый приток может привести к разным последствиям, в том числе к галлюцинациям. Учитель ей об этом говорил. Поэтому, она всегда собирала магию осторожно. Но сейчас она постоянно тратила ее, а с учетом сложности задачи… Нужно было очень много.

- Смотри, там будто наш кот мяукает. - Подергал ее за рукав Лас. - Может сообщение передает?

- Я не слышала, чтобы кто-то передавал сообщения таким образом. И потом, они взяли веревку-шпиона. Если что-то надо будет передать, Берн ее заколдует и пришлет.

- Кто их котов знает, как им придет в голову связываться с хозяевами? - Глубокомысленно вопросил мальчик.

- Ты серьезно считаешь себя его хозяином? - Подняла бровь Велимира. - Если уж кто чей хозяин, так это он твой.

- Это сейчас не важно. - Отмахнулся юный флейтист. - Ты послушай, может поймешь, что он говорит.

- Он больше ничего не говорит… - Девушка присмотрелась к шару. - Но если это действительно было сообщение, то будем считать, что они добрались и твой брюнетистый друг сообщил нам об этом.

- Жаль, что твой брюнетистый друг ничего не сообщил. - Ухмыльнулся Лас, видя, как Веля покраснела от его поддразнивания.

- Да. - Тихо сказала она, опустив глаза. - Но уверена, на то была причина.

И у Берна действительно была причина. Он методично шлепал себя по ладонью по лбу, пытаясь подогнать мыслительный процесс. Но тот никак не желал принести плоды. Результатом стал разве что осуждающий взгляд Лирины и кота.

- Если Лас разбудил свой камушек музыкой, которую прямо на нем и увидел, то здесь по логике должно быть что-то, что можно прочитать. Но то, что на стенках - не подходит. - Пробубнил сказитель, уже несколько раз и в разных последовательностях пытавшийся прочитать надписи на стенах, но ничего не сработало.

- Давай я попробую? - В который раз предложила Лирина, но Берн мрачно отмахнулся. Кот зашипел на него, не оценив его жест в сторону женщины, давшей ему новую жизнь.

- Что ты вызверился на меня? Лучше бы что-то полезное сделал, а то только спишь где попало.

Мужчина несколько раздраженно уселся на холодный каменный пол, прислонившись к алтарю спиной. Он понимал, что не уйдет, пока не активирует этот бесполезный валун. Иначе в нем нет никакого смысла. Как тогда, когда он сбежал и спрятался, во время нападения на сказителей. Он заново пережил тот момент, сжимая и разжимая кулаки. И даже книга под боком нагрелась, отвечая его внутренним переживаниям.

Искаженное страхом лицо Гаррета, которого он тогда считал другом. Разочарование матери, буквально накануне передавшей ему семейный кулон, как наследнику. Взрывы и крики, разносившиеся далеко и до сих пор приходящие к нему во снах.