Снег, который не вернулся

Иллюзия лета, тень зимы

Утро дня свадьбы накрыло площадь серой пеленой, словно само небо решило напомнить, что зиме не место для чудес. Велимира стояла у подножия статуи орла, её пальцы мёрзли, сжимая кисть, а рыжие волосы выбивались из-под шапки. Она закончила последние линии узора ещё накануне, и теперь площадь, очерченная её магией, ждала лишь искры, чтобы расцвести иллюзией лета. Точнее, это должно было быть полноценное пламя, чтобы разжечь лето среди зимы. И она была готова к этому. Огонек силы ощутимо мерцал внутри, готовясь выйти наружу. Но в груди художницы ворочалось беспокойство, острое, как осколок льда.

Снежный шар, который она поставила рядом на ящик, слабо мерцал в утреннем свете. Внутри него снег кружился неспокойно, а фигурка кота, казалось, смотрела прямо на неё, её стеклянные глаза блестели тревогой. Велимира нахмурилась, вспоминая тени, что видела в шаре вчера, — смутный силуэт, похожий на Берна, и мяуканье, которое Лас принял за знак. Она не была уверена, что это значит, но ощущение, что что-то идёт не так, с каждой минутой становилось сильнее. Тем более, что она постоянно возвращалась к мысли, что в это смертельно опасное действо, с верховным канонником, спящими вокруг и неизвестной ей магией, затянуты кроме нее самые дорогие ей люди.

- Веля, ты готова? — Лас подбежал к ней, его щёки раскраснелись от холода, а флейта болталась на поясе. Он выглядел взволнованным, но полным решимости, как настоящий музыкант, готовый к бою. - Они уже на подходе! Там столько народу! Платье держится отлично, не переживай. Даже мне нравится. И Роза в нем очень красивая.

Велимира слабо улыбнулась его энтузиазму, её взгляд метнулся к статуе орла. Она положила руку на холодный камень пьедестала, пытаясь уловить хоть что-то, но ничего не почувствовала — лишь слабое покалывание в кончиках пальцев, как эхо чужой магии. Её мысли тут же унеслись к Берну. Он был где-то рядом, всё ещё в форме канонника, готовясь к поиску третьего алтаря под статуей. Но вчера он выглядел странно — слишком молчаливым, слишком напряжённым. Что он скрывает?

Она посмотрела на мальчика, и тот сжимал флейту, как талисман. По его светящемуся лицу было видно, что даже если сейчас камни площади исчезнут и все провалятся вниз, в катакомбы, он все равно будет рад такому приключению.

Площадь начала оживать, а издалека доносился звон колокольчиков, предвещающий свадьбу. Но Велимира не могла избавиться от ощущения, что под этим шумом скрывается что-то иное — тихое, зловещее, как шорох шагов, которые она пока не слышала.

Арлен Кроу неслышно оказался рядом с ней. Несмотря на свой размер, обычно, он двигался ловко и непринужденно. Сейчас на его сосредоточенном лице читалась озабоченность. Он почти бессознательно прикоснулся к щеке покрытой старыми шрамами.

- Ли будет здесь? - Уточнил он вместо приветствия. Велимира поняла, что это сейчас единственное, что его беспокоит. Его сестра. И похоже надежда увидеть ее и, может быть все наладить, боролась в нем со страхом за ее безопасность в месте, где полно канонников и спящих.

- Она не собиралась. Но я оставила ей пару своих шарфов, на случай, если она захочет замаскироваться и прийти. - Ответила девушка, прикасаясь к руке охранника. Хоть сама она была на взводе, ее тронуло насколько мужчина заботится о своей единственной оставшейся родственнице. Лицо Арлена немного расслабилось и на нем даже появилось слабое подобие улыбки.

- Ей никогда не шли головные уборы. Она так говорит. Шарф будет к месту.

Художница кивнула, улыбнувшись искреннее. Она подумала, что может быть в такой напряженный и важный день получится воссоединится не одной маленькой семье, а как минимум двум. Лас подскочил к охраннику и торжественно вручил ему спящего кота, прежде чем снова убежать следить за процессией. И животное и мужчина стоически перенесли неожиданную встречу. Арлен даже аккуратно погладил покрытую черной шерстью спинку. А кот даже сонно мурлыкнул на это.

Велимира от этого зрелища почувствовала, как нагревается ее браслет на запястье и тут же принялась искать глазами Берна в толпе, собравшихся поглазеть на свадьбу зевак.

Но ее прервал повизгивающий Лас. Он вернулся очень быстро и у девушки возникло ощущение, что он хочет спрятаться за ее спину. Через мгновение она поняла в чем дело. Свадебную процессию возглавлял верховный канонник.

Велимира почувствовала, как кровь отхлынула от её лица, а пальцы, сжимавшие кисть, задрожали. Верховный канонник шагал во главе процессии, его фигура в чёрном плаще с багровым парадным воротником казалась дырой на фоне серого утра. Лицо его по прежнему скрыто глубоким капюшоном, из-под которого виднелся лишь острый подбородок, бледный, как мрамор, а на груди сверкала эмблема новой религии — глаз в пламени, символ отвержения магии. Он двигался медленно, с холодной торжественность.

Он должен был провести церемонию бракосочетания, как представитель веры, что объявила магию ересью. Для художницы же его присутствие означало, что каждое её движение будет под прицелом.

За ним следовали Роза и Виктор, окружённые свитой канонников. Роза сияла в платье, сотканном из иллюзий Велимиры, красные ягоды на лифе платья переливались и, казалось, делали весь мир вокруг теплее и ярче. Но даже её улыбка не могла скрыть напряжения.
Виктор, напротив, выглядел собранным и элегантным в новенькой форме канонников, украшенной блестящими пуговицами. Но его взгляд то и дело метался к фигуре в плаще, словно он ждал приказа или удара.

Велимира слабо усмехнулась, осознавая иронию: она должна была магически создать лето прямо перед тем, кто считал её магию самым страшным преступлением.

- Веля, что он здесь делает? — прошептал Лас, его голос дрожал, а маленькая рука вцепилась в её рукав. Он больше не выглядел готовым к приключениям — страх, который он так старался скрывать, теперь отражался в его широко распахнутых глазах и дыхание вырывалась облачками пара из открытого рта.

- Он… ведёт церемонию, — тихо ответила Велимира, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри неё всё сжалось. — Новая религия… они теперь проводят свадьбы и похороны для тех, кто это заслужил.