Снегурочка-попаданка не хочет таять

Глава 4

Мы с дедом Иваном вернулись в деревню, а Ярослав, неотвязный, отправился вместе с нами. Он скакал впереди на своём коне, всем видом показывая раздражение оттого, что его, сына купца знатного, втянули в партнёрство с какой-то «сосулькой». Дед Иван семенил следом за Ярославом, а я замыкала наше маленькое шествие, наслаждаясь последними часами ночной прохлады.

На ночь Ярослав остановился у своего давнего друга, а утром…
Мой новый компаньон не стал мелочиться. Он не просто снял избу под контору, а на свои золотые выкупил лучшую пустующую избу на окраине, ту самую, что славилась самым глубоким погребом.
Дед Иван и баба Марья мигом были назначены «отделом охраны» и «бытового обеспечения» — это, разумеется, я их так окрестила.

И началось.
Первым делом я уселась за грубый деревянный стол и достала уголёк для записей. Ярослав, брезгливо поморщившись, сначала протёр его рукавом.

— Итак, — начала я. — Нам необходим бизнес-план. Первое: анализ целевой аудитории. Второе: ценообразование. Третье: маркетинговая стратегия...

— Хватит пустословить! — резко перебил меня Ярослав вскакивая. — Здесь и так всё ясно. Делаем лёд, продаём мужику с мясом на рынке — вот тебе и золотые в карман посыпались. Интересно, когда Дед Мороз соизволит явиться?

Ярослав нервно барабанил пальцами по столешнице, сбивая мои мысли. Не успел он договорить, как по оконным стёклам, несмотря на яркий мартовский день, поползли густые морозные узоры. Дверь, которую Ярослав не удосужился как следует притворить, с грохотом распахнулась, и в горницу ворвался ледяной вихрь.
Берестяные записки, которые я так старательно раскладывала, взметнулись в воздухе.

— А-а-апчхи! — донеслось из самого сердца метели.

Вихрь улёгся, и посреди комнаты возник Дед Мороз. Выглядел он ещё более помято, чем в прошлую встречу, и явно был не в духе.

— Ну, чего звали? — пробасил он, стряхивая снег с бороды. — Кричали на весь лес. Голова от вашего этого... «битнеса»... трещит!

— А, вот и ты! — обрадовался Ярослав, делая вид, что не замечает его тона. — Давай, старик, учи её! Нам продавать надо!

— Учи, — проворчал Дед, мрачно окидывая меня взглядом. — Ты ведь из снега. Значит, всё и так умеешь. Просто подзабыла, наверное.

— То есть, — тут же включился мой аналитический ум, — мне нужно активировать подсознательные навыки? Сконцентрироваться на визуализации конечного продукта?

— Перестань говорить! — рявкнул Дед Мороз, теряя последнее терпение. — Дурно становится от твоих слов, Снегурка.

— Зовите меня Саша!

Он проигнорировал мои требования и схватил со стола деревянную кружку с ледяной водой, что принесла мне баба Марья, и сунул её мне в руки.

— Делай!

Я зажмурилась.

Визуализация. Холод. Кристаллическая решётка. Фазовый переход... Изо всех сил старалась представить себе как можно живее, как леденеет вода. Даже голова закружилась от напряжения. Я открыла глаза. Вода в кружке лишь слегка покрылась тонкой корочкой льда, словно лужица в первый осенний заморозок.

— И это твой «вечный лёд»? — фыркнул Ярослав у меня за спиной. — Да он на солнце за пять минут растает.

— Я стараюсь! — огрызнулась я, размышляя, как от стыда могли бы вспыхнуть щёки, если бы я осталась человеком.

— Ты не «стараешься»! — грянул Дед Мороз так, что я вздрогнула. — Ты слишком много думаешь! А пока ты думаешь — ты таешь! — Он ткнул в меня пальцем: — Ты колдуешь не для того, чтобы лёд сделать, девка! А чтобы жить! Вспомни это! Пока колдуешь — не таешь! Ну-ка, соберись!

— Хорошо. Только я Саша!

А вообще, он был прав. Это не бизнес-тренинг. Это вопрос моего выживания.

Я снова посмотрела на кружку. Ярослав ехидно ухмылялся в ожидании провала. Дед Мороз хмурился. И во мне закипела холодная, обжигающая злость. На себя — за эту бесконечную «теорию». На Ярослава — за его наглое высокомерие.
Я перестала «думать». Я приказала. Вложив в этот беззвучный приказ весь свой страх растаять и всю злость на этих двоих.

Раздался короткий, сухой треск. Вода в кружке не просто замёрзла — она взорвалась льдом. Это был не мутный речной лёд, а идеально прозрачный, чистый, как слеза, кристалл, что сиял изнутри нестерпимым голубым светом.

Ярослав ахнул.

— Во, — удовлетворённо кивнул Дед Мороз. — Вот он. Вечный лёд.

Я тяжело откинулась на спинку лавки, ощущая резкую, высасывающую все силы слабость.

— Поняла? — Дед Мороз почесал бороду. — Вот так и делай. Моя работа закончена. Дальше разбирайтесь сами. — Он сурово посмотрел на Ярослава. — Жду свои денежки. Не подведите, детки. А не то я и расколдовать могу.

С этими словами он снова обратился в метель и вылетел в дверь, оставив нас наедине с сияющей ледяной кружкой.

Ярослав пришёл в полный восторг. Он подскочил, схватил кружку. Лёд был холодным, но не обжигал. Сильно ударив кружкой о стол, он выбил сверкающий голубой осколок.

— Работает! — глаза его горели азартом. — Отлично! Бегу к мяснику!

— Постой, Ярослав! — я попыталась подняться, но ноги не слушались. — Мы не обсудили цену! Не просчитали затраты! Нам нужен...

— Цена — десять золотых! — весело бросил он. — Не мешай, говорилка.

Схватив лёд как доказательство, он, побрякивая золотом в кошеле, выбежал из избы, направляясь прямиком к рыночной площади. Я осталась одна в нашей «конторе». Совершенно истощённая и прилично разозлённая.

Ну что за парень? Ничего не слушает!