Снежинка для босса

Глава 2. Проблески надежды в снежном буране

Пару часов назад, когда меня будто в наказание отправили на улицу изображать радостную снежинку, я ненавидела весь мир и Витаминыча с Альбинкой в частности.

Вообще-то я работаю координатором проектов в ивент-агентстве: придумываю акции, пишу сценарии, рассчитываю бюджет, подбираю исполнителей и делаю еще сто тысяч мелких дел, которые не поместились в трудовом договоре.

И я готова поставить свою длинную косу на то, что работа аниматором в мои обязанности точно не входит. Но… когда тебе говорят: либо ты идешь на улицу улыбаться сама, либо можешь собирать кружку, банку с остатками кофе и надкусанную шоколадку, которая заменила тебе обед, и со всем этим скарбом маршировать в сторону выхода – выбор очевиден.

Мне очень не хотелось «на выход». Я люблю устраивать праздники, наблюдать, как люди включаются в мероприятия, сначала осторожно, а потом выясняется, что главбух умеет с огоньком отплясывать под гангнам стайл, а сисадмин читает рэп. Ради таких моментов я готова раз в столетие заменить аниматоров, которые вдруг передумали приходить.

Проект вела Альбина, моя вроде как начальница. На деле же она просто работала на год дольше и была моим куратором, пока я проходила стажировку.

Мне было поручено найти двух девиц «высоких, худеньких и улыбчивых». Нашла на свою голову.

- Ох и встряла ты, - покачала головой Альбинка. – Не знаешь разве, что нельзя нанимать студенток театрального. Они ж необязательные. Если найдут предложение повыгоднее, усвистят, и про нас не вспомнят.

- А ты у них паспорта отбери, - вмешался с глупой шуткой Костик, наш менеджер по продажам.

Милые девицы из театрального уверяли меня, что для них счастье – провести тридцать первое декабря в костюмах белых колобков.

- Снежинок, - поправила я. Наряды были похожи на шарики, но раз в концепции прописано «снежинка» - значит, ее и надо изображать.

- Я лечу, парю над землей, делаю круг и мягко опускаюсь! – одна из девиц начала медленно кружиться и взмахивать руками.

Я подумала, что она впала в транс, и начала мысленно прокручивать, кого еще можно позвать.

- Входит в роль, - шепотом пояснила ее напарница. – Мы всегда так работаем. Вживаемся, экспериментируем, находим нужные нотки, чтобы образ был убедительнее.

Ну как им не поверить после этого, когда у них и нотки, и вживание, и образ? Тем более, начальство хотело, чтобы они периодически заходили в холл и исполняли «приветственный танец». Девушки кивали головами и клялись Мельпоменой, что танец обязательно будет.

И ведь подвели.

- Мельпомена – богиня трагедии, - авторитетно заявил Костик, предварительно покопавшись в телефоне. – Надо было требовать Терпсихору.

Как будто меня как-то спасет эта информация.

- Лавыгина, где твои аниматоры? – Альбина постаралась вложить в голос максимум злости и раздражения, но получилось опять слабенько. Ей свои вопли, наверное, слышались как грозный рык, но на самом деле они звучали как вялый чих.

Альбинка училась на два курса старше и на весь факультет за свой голос была известна как Пискля.

Вот и сейчас она уперла руки в бока и пищала:

- Не появятся через секунду, я на тебя натяну этот костюм и отправлю морозиться на улицу!

За полгода, что мы работали вместе, я никак не могла привыкнуть к ее голосу и каждый раз, когда она пыталась изобразить мегеру, представляла маленькую мышку, которая возмущается, что у нее отобрали кусочек чеддера.

- Надеюсь, все помнят, какая сегодня дата? – гундела Альбинка. – И какой у нас повод?

Конечно, помним. Дата, когда все нормальные люди уже растеклись икрой по бутерам и покачиваются на холодце, лениво поглядывая за голубыми огоньками. Мы же решили соригинальничать и устроить корпоратив аккурат в новогоднюю ночь.

Все прекрасно понимали, что никакой отдых нам не светит, ведь часть развлечений, которые проходили сегодня во «Дворце», организовывали мы. А это значит, что все сотрудники должны быть начеку и в любой момент как Чип и Дейл спешить на помощь.

Ни у кого же нет семьи, личной жизни и более увлекательных планов, чем следить за пьяными гостями.

Нет, у меня, допустим, не было ничего из вышеперечисленного. Но сам факт!

Мариша, например, рыдала неделю. Надеялась, что Сергунчик под бой курантов позовет ее замуж, и боялась, что если она вернется домой после полуночи, то вместо кольца ее будет ждать пустой шкаф.

Я со своим ненаглядным благополучно рассталась еще до того, как народ начал вскрывать адвенты, и планировала встречать первое января, рыдая под елкой. За месяц я так и не нашла более подходящего момента, чтобы устроить прощальную истерику.

Студентки театрального не пришли ни через секунду, ни даже через час. Поэтому Альбинка «Пискля» Егоровна применила пакет санкций и вынудила меня нарядиться в одноименный костюм.

- Снежинка Снежана – звучит как плеоназм, - в дверях показалась тучная фигура Якова Вениаминовича. – Но мило. Выпускайте.

Как бешеного кролика из клетки. «Снежа! Снежа!» - скандируют гости. Я стучу каблучком и скалюсь в поисках жертвы.

Я согласилась побыть снежинкой, но наотрез отказалась изображать «приветственный танец». Мне и так нужно было раздвоиться – Альбинка-то не спешила наряжаться во второй костюм. А тут еще и пляски устраивать. Еще бы бубен для полного счастья выдали.

Сторговались на том, что я стою на улице у дверей, мило улыбаюсь и приветственным жестом указываю гостям на вход. Каждые полчаса могу заходить погреться на пару минут.

- Потом собираю тех, кто без меня не смог найти вход, выстраиваю их по парам и веду к елочке.

- А вот юмор свой лучше оставь в кабинете.

Я лечу, парю над землей, делаю круг и мягко опускаюсь.

Попыталась войти в образ – не получилось. В лифт, кстати, тоже – зацепилась одной из сотен юбок за замок на чьей-то сумочке и решила не рисковать.

И вот я стою на улице. Растягиваю замерзшие щеки в улыбке, активно жестикулирую не потому, что гости иначе не поймут, куда идти, а просто чтобы согреться. Бегаю внутрь каждые десять-пятнадцать минут – прийти в себя и вдохнуть аромат ели, которую установили в фойе.