Снежная

Размер шрифта: - +

Снежная

© Тихонов С.Н. — Снежная, 2015

 

 

Кто-то растирает мои ладони, затем щёки. С меня стягивают промокшие куртку и ботинки, а затем укрывают чем-то тёплым и колючим.

Открываю глаза. Кристаллики льда тают на ресницах, туманят окружающий мир, будто я смотрю сквозь замёрзшее окно старого автобуса.

— Выпей, — просит она.

Терпкий огонь спускается по горлу. Чай?!

Её пальцы, скрытые тончайшей перчаткой из прохладного шелка, аккуратно промокают мои глаза бумажной салфеткой.

Становится тепло. Я морщусь и принимаю вертикальное положение. Оказывается, я лежал на сдвинутых стульях. Таких простеньких, что ставят в учреждениях социальной защиты, в поликлиниках и библиотеках.

Пальцы и щёки горят, но, похоже, обморожение уже не грозит. Туман в голове рассеивается.

Чёрт, где это я?! Ряды шкафов, забитые детскими книжками, опоясывают просторную комнату. Яркий, но не слепящий свет заливает всё вокруг. В дальнем углу несколько столов сдвинуты друг к другу и завалены акварельными рисунками, карандашами и баночками с краской. Сквозь дымчатое стекло дверей виднеется плакат с весёлым зайцем, который спешит куда-то с книжками под мышкой. Рядом старомодная картотека. Ха, да я в детской библиотеке! Словно вернулся лет на пятнадцать в прошлое...

Смотрю на экран смартфона и успокаиваюсь. Настоящее, будь оно неладно.

Впрочем — сам виноват, никогда не напивался вдрызг, а тут сорвался. Хотя была причина... Взгляд скользит по зимней одежде, которая свалена горкой на одном из стульев, но посмотреть на мою спасительницу пока не решаюсь. Боже, как же стыдно. Здоровый мужик вынудил незнакомую женщину выкапывать себя из сугроба и тащить в тепло.

Она стоит рядом: молодая, лет двадцати семи; не высокая, в старомодном закрытом платье из пятидесятых, которое, впрочем, удачно подчёркивает изящную фигуру. Выреза нет, хотя мне не трудно угадать по намёкам в складках ткани... В "Плейбой" её точно не возьмут. Но, на мой взгляд, всё как надо.

Одного не пойму — зачем ей перчатки?! Тонкие и длинные, уходят под рукав. Материал похож на шёлк и облегает ладони как лёд воду.

И как такая хрупкая женщина втащила в библиотеку мои девяносто килограмм?!

Девушка отводит прядку с высокого лба и отвечает настороженной улыбкой.

— Привет, — давлю слова как через тёрку и замолкаю, поражённый непривычной хрипотой. Дожил... Сглатываю и заканчиваю обычным голосом: — Меня Андреем зовут. Спасибо...

— Пожалуйста, — отвечает она. — А я Анна.

У неё черные волосы до плеч и удлинённое, хорошо очерченное лицо с примесью восточной крови. Интересно, почему дети от смешанных браков так красивы?!

— Извини, что тебе пришлось... — я обвожу ладонью круг в воздухе, — пришлось сделать для меня всё это.

Она кивает и пожимает плечами, словно говорит: "Ну а что оставалось-то?"

Я гляжу в окно. Тьма, лишь цепочки фонарей разбегаются по аллеям парка. Ещё и метель усиливается.

— Анна, вы можете подождать полчаса? Я вызову такси и уеду.

— Хорошо, всё равно работать надо, — она садится за конторку библиотекаря и добавляет: — Я милицию жду, они списки избирателей скоро привезут.

Ну да. Наверняка про милицию она ввернула на всякий случай. Кто меня знает, впрочем — без обид. Я приглаживаю взлохмаченные волосы и одёргиваю одежду. Надеюсь, от меня не слишком разит перегаром.

Заказываю через интернет такси, вбиваю продиктованный адрес. Незнакомый район, однако. И как я сюда забрёл? Хотя...

* * *

Утро началось как обычно. Будильник на шесть тридцать, душ, кофе и непреходящий нервяк: вот уже два месяца наш филиал стоит на ушах. Кризис. Страна затягивает пояса или о чем там ещё вещают луноликие из телевизора.

На той неделе уволили пятерых, вчера сократили бюро пиарщиков, сегодня что-то решат и с нами. Хотя осталось в отделе всего ничего: два финансовых менеджера — я и Фёдор Шлангин, плюс начальница — София Петровна Верминова.

Машину я продал весной — ещё до кризиса внёс первый платёж по ипотеке, так что до работы добирался по старинке: две пересадки и полчаса пешком. Ничего, зато квартира. Пусть и крохотная, но своя. Одиноко в ней, но не всё же коту сметана. Эх, а как мы раньше с Женьком зажигали на съёмной хате: вечеринки, девушки... После того как с Леной сошёлся даже зашифровал на диске раздел с "теми" фотками.

Жаль только любовь её закончилась одновременно с началом очередного кризиса в стране, когда стало ясно, что перспективный менеджер по финансам в ближайшие три года не станет директором по финансам, а о премиях в нашем филиале рекомендуется забыть. Ну и ладно, с другой стороны — хуже было бы успей я жениться на такой...

Предчувствия не обманули. В рабочем кабинете никого, а стоило бросить портфель на стул — звонок: "Зайдите, пожалуйста, ко мне". Ладно... Когда в дверях кабинета начальницы я столкнулся с Фёдором, сиявшим как отполированное зеркало, всё стало ясно. Федька-змей своё место сохранил. Нет, если по справедливости, специалист он не плохой, но вот как человек — льстец и подхалим: "София Петровна то... София Петровна сё...".

Тьфу.

София Петровна — тоже мне! В двадцать три года — директор по финансированию новых бизнес-проектов. В народе про таких скажут: "Насосала".

Правильно говорят. Полтора года назад пришла к нам девочкой на практику, только больше тёрлась с моим старым боссом — Романом Абрамычем, а не сидела за расчётами и аналитикой. Отчёты за неё мы с Фёдором писали.

Роман Абрамыч — скала, я у него многому научился, но редкого мужика "за пятьдесят" не потянет на крутобёдрую студентку с четвертым "размером". Скала не устояла. Взял выпускницу персональным ассистентом. А когда старого директора филиала выгнали за откаты — Роман Абрамыч стал Генеральным, вот только на своё прежнее место поставил не меня или Фёдора, а Софию Петровну, чтоб её! Вся работа, конечно, легла на подчинённых.



Сергей Тихонов

Отредактировано: 16.08.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться