Снежная королева в волшебной академии

Глава 1

Открыла я глаза, лежа на лавочке в парке у кустов. Что здесь делаю, вспомнить так и не смогла. Точнее, я помнила, что шла с работы, экономя на талоне, а заодно желая проветрить мозги, но почему я оказалась на лавке? Села отдохнуть и уснула? Вряд ли. Потеряла сознание, и меня кто-то переложил? А где он? Почему не вызвал скорую и сбежал? Или телефон разрядился, и он правда за помощью побежал? Глупо. Я же сейчас уйду.

Следующей в голову пришла мысль страшная.

Я закрутилась, оглядывая себя, но по ощущениям была в порядке. Одежда на месте, целая и даже чистая, пусть и чуть мокрая.

Я невольно обошла лавку, пытаясь найти хоть какие-то свидетельства, сама не знаю чего, и тут же согнулась пополам, голову прострелило болью. Схватившись за виски, я выла на одной ноте, а перед внутренним взором летели картинки. Давно забытые.

***

Разгар лета. Мама не высовывает нос на улицу из маленького дачного домика, где мы с ней проводили время. Я в закрытом уголке двора. Смеюсь и посыпаю кукол снегом.

Я, весело смеясь, делаю в ванной маленькие льдинки, на которых плавают медведи. Белые и бурые, мягкие и пластмассовые, какие нашлись у меня в игрушках.

Я ору, требуя у мамы конфету, и перед глазами летят маленькими метеорами снежинки. Появляются над головой и исчезают где-то у подбородка.

В сад я не ходила. Мама не разрешала. Постоянно была рядом, присматривая. Всегда уводила с детских площадок, стоило там появиться кому-то еще. Когда я пошла в школу, это стало невозможно.

Я росла, и вместе со мной росла моя сила, а вот характер почему-то был мамин, южный. Я топала ножками, ревела и требовала. В этот момент перед глазами всегда появлялись снежинки. Они летели недолго, всего доли секунд, но ярко. Как маленькие кометы. Но даже это можно было скрыть или как-то объяснить. А вот сломанную ногу одноклассницы, поскользнувшейся на льду посреди класса, объяснить было невозможно.

Мама забрала меня из школы, а уже утром мы ехали куда-то. Дорога серой лентой лежала среди черных полей и мрачных, осенних лесов. Мама молчала и смотрела только на нее, до побелевших пальцев сжав руками руль, а я рисовала на стекле ледяные узоры, привалившись к нему щекой.

Деревня, в которую мы приехали, была не слишком большой, к тому же старой. Обветшалой. Домики серые, скрывающиеся за деревьями. А тот, в который привела меня мама, казался и вовсе не жилым. Покосившийся, черный от времени, он смотрел на меня окнами с треснувшими стеклами.

Внутрь маму не пустили. Я же удивленно рассматривала совсем не соответствующую внешнему облику дома комнату. Большая мебель, украшенная красивой резьбой. Пушистые, блестящие ткани. Много украшений. А еще тепло и запах... а вот запах был страшный. Какой-то холодный, словно мы в яме находились, и гнилой.

Потом было только лицо старухи. Сморщенное, с шевелящимися губами и неприятными, бездонными глазами.

Когда ехали назад, я сидела молча, глядя перед собой. Никаких узоров на стекле, никакого смеха. Они исчезли. Неделю я ходила тенью, мать успела поседеть, проклиная себя за эксперимент, но после все вдруг нормализовалось. Я опять стала улыбаться и проявлять интерес к жизни. Вот только мои снежинки больше не появлялись, а я забыла, что они когда-то были.