Снежная королева в волшебной академии

Глава 23

Наши студенты хоть и вернулись в жилое крыло, но расходиться по комнатам не спешили. Собрались в общей гостиной и шумели, обсуждая произошедшее. Я немного послушала, ничего толкового не услышала и поспешила в комнату. Слишком многое произошло за день, мне срочно нужно было поделиться с подругами.

Но далеко убежать не успела. Прямо у входа в женское крыло меня поймал Ендри. Выдохнул облегченно и прижал к груди, не слушая писков. Потом отстранил и с восторгом в глазах поделился:

— Я тебя искал после взрыва, но в этой толпе попробуй разобраться! Ты в порядке? Видел, ты со Штормом танцевала? И как? Попалась на удочку?

Я замотала головой, пытаясь выстроить в стройный ряд его вопросы. Отвечать решила по порядку, чтобы оставить самое интересное на конец.

— В порядке, на улице как раз прогуливались. Со Штормом, да. Что значит, попалась на удочку?

— Ну как что? — аж возмутился Ендри моему незнанию. — Рихтор Шторм не только лучший командующий лучшей группой защитников, он еще и самый ушлый бабник во всех мирах. Уверен, среди учащихся академии защиты девчонок нет ни одной, которой удалось бы избежать его внимания.

Все беспокойство, страхи и волнения тут же завяли, заглушенные поднимающей голову ревностью. Нет, я видела его манеру и поняла, что Рихтор не самый порядочный парень во вселенной, но чтобы вот так... попасться на удочку...

— Ой, не бери в голову, — заметив изменения в моем настроении, точнее, обратив внимание на кружащие над нашими головами снежинки, беспечно отмахнулся Ендри, утаскивая меня вглубь коридора. — Парень он все равно классный, ни одна еще не жалела, что повелась на его обаяние.

Ни одна... не жалела...

— Ендри, — сглотнула я, отгоняя глупые эмоции. Он ведь не обещал мне быть верным, да и вообще ничего не обещал. Просто танцевал, защищал, когда надо было и... целовал. Ни к чему отравлять себя своей же ревностью. — А ты-то сам?! Оставил меня на волю бабника! Для чего ты меня приглашал?

Я пыталась шутить, но все же, видно, не смогла до конца припрятать досаду и злость.

— Ну, Алена, — хитро улыбнулся он, напрочь выгнав остатки злости. — Я существо практичное. Ты показалась с парнем, чем не каждая тут может похвастаться в первые-то дни. А я засветился рядом с самой опасной девушкой академии. Взаимная выгода.

— Иди к кому-нибудь другому со своими выгодами, — вновь обиделась я. Напоминание об опасности не добавляло душевного покоя.

— Алена, ты обиделась? — умильно заглянул Ендри мне в глаза, даже остановился. — Я думал, все равно тебе не нравлюсь, и ты не обидишься. Думал, честность - лучшее средство для достижения дружбы...

— Лучшее, — я даже улыбнулась по-настоящему. Надо же, как меня бросает от одной эмоции к другой. Сложный день. Но тут Ендри был прав, после всех этих тайн его чистосердечное признание было отдушиной. Ведь я его все равно не рассматривала, как партнера. Только как друга. Так он мне прямо то же самое и говорит. — Прости, просто сложный день. Я ценю твою честность и буду рада, если ты действительно готов стать мне другом.

— Конечно, готов! — улыбнулся он и вновь потянул меня вперед. — С тобой весело. Демонстрация нарядов чего стоит! И парни завидуют...

— Да ну тебя!
И мы вместе рассмеялись.

— Тогда до понедельника... завтра, наверное, я не встану, — ухмыльнулся парень, чмокнул меня в щеку и втолкнул в комнату. Я даже не заметила, когда мы успели до нее дойти.

Дальше был писк, визг и эмоции. Девчонки пришли немногим позже меня, и мы стали посреди комнаты, вцепившись друг в дружку руками, и делились. Делились всем пережитым. Страх после взрыва был затоптан радостными восклицаниями.

— Ты с ним целовалась?! — выла Малика, уже сидя на кровати. То есть, сидела она до этого, а после схватилась за голову и завалилась на спину.

Лиман хихикала, глядя на нас над спинками наших кроватей.

— Нет, я рада, что это ты! Но как же злит, что это не я! — продолжала причитать Малика. — Такой мужчина! Какие мышцы! Он мне про свою группу столько рассказал!

Слова Ендри тут же всплыли вновь и неприятно кольнули. Память о них была тут же выгнана прочь, но все же не исчезла окончательно.

— А еще он будет учить меня боевке, аж два раза в неделю, — промурлыкала я, улегшись на кровати на живот и подобрав подушку под подбородок. Улыбка в этот момент наверняка была похожа на радостный оскал демона, почувствовавшего добычу.

— Что-о? — взвыла Малика, сев ровно. Осмотрела меня, поняла, что я не шучу, и отрезала: — Ты берешь меня с собой. Тебе понадобится партнер!

Мерзкое хихиканье стало ей ответом, но после прицельного полета подушки переросло в неприличный хохот. В таком веселом настроении мы и улеглись, проснувшись, казалось, только в «понедельник».

Здесь был свой календарь, но каждый называл дни так, как ему удобно. Вот и я приспособила земную неделю под шестидневку, потеряв среду. А что, вот вторник, а завтра уже четверг и выходные скоро. Среда самый неприятный день!

Так вот, воскресенье мы провалялись в кровати, позволив себе отдохнуть, а после нырнули в новую рабочую неделю, втайне мечтая поскорее дожить до следующего бала.

Так как больше пока отвлеченных мероприятий не намечалось, я полностью погрузилась в учебу, посвящая все свободное время чтению названной ректором литературы и тренируясь в комнате с листиками.