Снежная лавка госпожи Дюваль

Глава 2

Глава 2

— Стой, сестра, что ты делаешь?! — попытался меня остановить испуганный мальчуган. — Доктор велел тебе лежать! У тебя же сотрясение и ангина.

Я ловко обогнула Лео и побежала дальше. Ничто не могло меня остановить на пути к цели, ни предостережения, ни ледяной пол, ни длинная, путающаяся в ногах сорочка, ни дрожащие руки и ноги.

Свет… Яркий солнечный свет и ультрабелый снег, который отражал его лучи, ослепляли. И всё же, едва зрачок сузился, я разглядела сказочный мир: сочные, оранжево-красные черепичные крыши, аккуратные, будто игрушечные, фахверковые домики, остроконечные крыши ратуши и собора, а ещё мрачный замок в отдалении, реку и море. На домах развевались разноцветные флаги, по улицам неслись повозки, запряжённые лошадьми, и народ ходил в странной старинной одежде. Я что, сплю?! Я тихонько ущипнула себя, но боль не отрезвила меня. Я по-прежнему видела городок, похожий на средневековую Европу. По-прежнему слышала голоса людей, спешащих по делам, и чуяла аромат дерева, витающий в доме, а ещё у меня совершенно по-настоящему мёрзли ноги и бурчало в животе. Так это что получается, я попала в другой мир? Как в популярном сериале «Чужестранка» или модных романтических книгах, которые так любила моя подруга Женька? Да ладно, как такое вообще возможно?!

Голова закружилась, и меня повело.

— Аби, ну что ты творишь?! — Лео тут же подбежал ко мне, закинул мою руку на плечо и повёл к кровати. — Ты же совсем ослабла. Несколько дней ничего не ела и не пила, как бы я ни старался. А сейчас пройдёшься, замёрзнешь, и тебе снова станет хуже… от холода твоя температура снова возрастёт.

Мальчуган всё это говорил, едва не плача. Я чувствовала, как ему тяжело, и пусть я его не знала, но раз уж заняла место его сестры, то не могла наплевать на его чувства.

Мне стоило признать факт: в своём мире я умерла и получила шанс. Шанс на новую жизнь в этом теле. И, кажется, вселенная или боги услышали мои молитвы и сразу же подарили мне семью. Теперь я не одна, у меня есть брат, и мне есть о ком заботиться! Я могу начать всё сначала, могу достичь всех своих целей, пусть и в другом мире. Грустить и отчаиваться ни к чему, я ведь ничего не оставила ценного в Томске. Разве что подруга Женька погрустит, да и только. Поэтому надо обживаться и адаптироваться! А для начала понять, что со мной и с братом Лео. Мальчуган выглядел излишне худым и измождённым. И где остальная семья с рисунка? Кажется, у нас был отец и старший брат! Почему за мной ухаживает малыш? Почему в комнате у простуженной тяжелобольной девушки так холодно?

— Не волнуйся, Лео, со мной всё будет хорошо, — попыталась успокоить новоиспечённого брата, садясь на кровать.

Живот подвело, и он так призывно заурчал, что услышать его могли, наверное, и в соседнем городке.

— Ты голодная, да? — заботливо спросил Лео, но сам он резко побледнел, сжал кулаки и переступил с ноги на ногу.

— Да, не отказалась бы от тарелки горячего супа, — честно призналась я. — Меня и штормит-то от голода. Сил совсем нет. Может быть, позовёшь взрослых, и они что-нибудь принесут?

Чем больше я говорила, тем более несчастный вид становился у Лео.

— Э-э-э, может быть, папа…

Лео не выдержал, уткнулся мне в живот и зарыдал:

— Аби, сестрёнка, бедная моя… Ты так сильно ударилась, что совсем всё забыла! Папы… папы больше нет!

Я хлопнула себя по лбу. Вот дура! Он же говорил, что мы остались одни. Вот ведь дырявая башка. Расстроила ребёнка.

Я погладила Лео по голове и строго сказала:

— Так, а ну, хватит плакать. Я не сошла с ума. Просто от удара у меня амнезия — временная потеря памяти! Это пройдёт.

Плечи Лео перестали дрожать. Я поняла, что выбрала правильный тон и посыл, поэтому продолжила.

— Я читала в книгах, что такое случается с людьми после сильного удара головой. Но после лечения память восстанавливается. Думаю, со мной произошло именно это. Не расстраивайся, лучше расскажи мне обо всём потихоньку.

— Точно? — поднял голову мальчик и посмотрел на меня покрасневшими глазами.

— Точно-точно, — без тени сомнения соврала я. — Так что там с нашей семьёй? Я видела на картине четверых человек.

Лео вытер ладошками щёки и нос, а потом устроился на кровати рядом со мной. Взял портрет и, показывая пальчиком, начал рассказывать.

— Вот этот пожилой сильный добрый мужчина — наш папа, Орвилл Дюваль. Он был самым хорошим человеком, всегда читал мне сказки, учил считать и писать, играл со мной… Он умер год назад от сердечного приступа, — на этом моменте голос Лео дрогнул. — А это наш старший брат Ирвин, — его пальчик переместился на радостно улыбающегося молодого человека.

— И что стало с братом? — поторопила я мальчика, припоминая, что Лео его проклинал.

— Папе нездоровилось, и он передал управление делами брату. Но Ирвин промотал всё состояние, проиграл в карты или пропил. В конце концов, чтобы не платить по долгам, он заложил наш дом и исчез, — сжимая кулаки, произнёс Лео.

Я обняла мальчика и поцеловала в макушку.

— Ну, исчез и исчез. Я же с тобой, а вместе мы справимся. Скажи, правильно ли я поняла, значит, мы из-за Ирвина по уши в долгах?