Снежная Любовь Кирилла Крутого

Глава 2. Хитрюга подколодная

Не показываю, что мне неприятно. Спокойно спрашиваю, где он это услышал.

Стёпка пожимает плечами.

— Так баба сказала. Что ты хитрая. Хитрюга. Под... подколодная. — Он хмурится. — И что-то ещё сказала про папу.

А вот это уже очень серьёзно. У меня затылок потеет, но не потому что я всё ещё толком не переоделась.

— Папа ведь человек. Как он может быть зайцем? — спрашивает Степан.

— Зайцем?

— Ну да. Баба сказала, что он уже все глаза скосил на хитрюгу подколодную. И быстро прыг-скок, если мама будет тупить.

Стёпка чешет макушку.

— Но папа ведь не заяц.

— Нет, конечно. Бабушка пошутила, — успокаиваю мальчика.

Стёпка не из тех, кто бросает дело на полпути. Его голубые глаза горят любопытством:

— А что значит «тупить»? Маме нельзя тупить. Что это значит? Баба так сказала!

Аккуратно увожу разговор в сторону, а сама не могу выбросить из головы то, что услышала. Похоже, Стёпка подслушал крайне интересный и весьма опасный для меня разговор.

Приставаний хозяина дома я не поощряла. Мы поговорили, когда я решила, что если это и дальше будет продолжаться — лучше сразу уйти. Сказала, что совершенно не заинтересована в связи с женатым мужчиной, ещё и нанимателем. Мне показалось, он меня понял. Ещё и усмехнулся, когда я дёрнулась от него. Сказал, что не насильник, и я могу спокойно работать.

После этого не прекратил полностью, но сильно сбавил напор. Остались не вполне невинные взгляды, намёки. Тоже неприятно, но это не зажимания по углам.

И всё равно я думала уйти, искала место. Сходила на пару собеседований. Когда в доме об этом стало известно, Дмитрий поднял мне зарплату. Сказал, что я хорошо справляюсь с воспитанием его сына, и это действительно так.

Стёпка мальчик гиперактивный, сладить с ним сложно. И я правда старалась. Каждую копейку из тех, что мне платили, я отработала. Деньги получала не за красивые глаза — хотя кто-то, похоже, подумал иначе.

Лучше бы я сама хозяйке всё рассказала, чем сейчас это сделала её язва-мать.

Виолетта Константиновна удивительно неприятная женщина. Вот уж кого по праву следовало бы назвать подколодной гадюкой. Нос задирает, смотрит всегда с таким видом, будто я у неё на глазах хозяйский кошелёк прикарманила.

Судя по её тону, всё окружающие — её должники. Анну Геннадьевну, мою хозяйку, Виолетта Константиновна по-своему любит — жёстко и бескомпромиссно критикует каждое её действие, внешний вид, поведение, голос, учит жизни, постоянно провоцирует скандалы между мужем и женой.

Когда видишь такие отношения между мамой и взрослой дочерью, невольно думаешь, что расти сиротой, как я, не всегда так уж плохо.

Меня тётя воспитывала. Даже когда я из милой девочки неожиданно превратилась в бунтующего подростка, тех высказываний, какие до сих пор приходится выслушивать Анне Геннадьевне от родной мамы, тётя Галя ни разу себе не позволяла.

Представляю, что Виолетта Константиновна хозяйке наговорила. Каких гадостей про меня наплела.

Нужно будет с ней объясниться. Честно рассказать всё, как было. И лучше бы я всё это рассказала вчера.

Утомившийся Стёпка наконец засыпает, и я быстро прибираю разбросанные игрушки. Уношу на кухню поднос с пустыми тарелками.

Когда возвращаюсь, в коридоре вижу хозяйку в пугающей компании её мамы. Женщины что-то обсуждают, стоя между дверями детской и моей комнаты.

Анна Геннадьевна первой замечает меня, и её лицо искажает гримаса.

— Вот вы где, Любовь Леонидовна.

— Да, Анна Геннадьевна. Я относила посуду на кухню. Степан спит, радионяня со мной, — хлопаю себя по карману. — Вы что-то хотели?

Виолетта Константиновна выходит вперёд с решительностью военного крейсера. Закрывает невысокой, но грузной фигурой высокую худощавую дочь. Упирает руки в бока.

— Дуру-то из себя не строй. Ты знаешь, зачем мы здесь.

— Нет, не знаю.

Виолетта Константиновна заявляет злорадным тоном:

— Как это не знаешь? Весь дом в курсе, что какая-то мерзавка украла из шкатулки моей дочери крайне дорогие серёжки. Те самые, которые Димочка подарил Анечке на пятилетие со дня свадьбы.

У меня внутри всё опускается. Нет, только не это. Они ведь нормальные люди, не без недостатков, конечно. Но так же нельзя.

Анна Геннадьевна отводит взгляд в сторону. Лицо у неё бледное, лишь на щеках горят яркие пятна румянца.

Виолетта Константиновна шагает вплотную ко мне.

— Есть догадки, что за дрянь позарилась на чужое? Кто эта шавка, решившая, что ей позволено рыться в хозяйском добре и нагло тырить самое дорогое?

В лицо бросается кровь. Гадюка Константиновна сейчас не о бриллиантовых серёжках ведь говорит!

— Если вы намекаете...

— Я не намекаю! — И без того громкий голос режет слух визгливыми нотами. — А ну живо дверь в свою комнату открывай!

*

Приветствую Вас в своей новой истории. Нас ждёт нежная, но сильная героиня, попавшая в сложное положение, её встреча с прекрасным мужчиной. На пути к счастью им придётся преодолеть разницу в социальном положении, опыте, мировоззрении и разделяющие их обстоятельства. Добавляйте в библиотеку мою новинку «Снежная Любовь Кирилла Крутого». Положивший глаз на воспитательницу Любу Снежную Дмитрий Острожский, как вы уже догадались, не является главным героем этого романа. Но крови героине Острожские попортят достаточно. Будет интересно, жизненно и волшебно, ведь такие книги мы читаем и пишем ради веры в настоящую, сносящую все преграды любовь.

Продолжения будут выходить регулярно. И, пожалуйста, поддержите меня на старте. Ведь так приятно писать, когда книгу читают. Помогите этой истории стать заметней своим лайком, комментарием, рекомендацией. Сделать это можно здесь: https://litnet.com/shrt/bFby Сердечно благодарю, всех Вам благ! Заглядывайте уже завтра, постараюсь написать и опубликовать интересное продолжение.