Снежная невеста или Рождество для Золушки

Глава 6 : Что ты здесь делаешь?

Утро началось с привычного хаоса. Но в доме, где живут две ведьмы-подростка и одна чужестранка, по-другому, кажется, и не бывало. Воздух был наполнен запахом подгоревших тостов, травяного отвара и магии, что просачивалась сквозь трещины в реальности, как сквозняк сквозь старые окна.

Я сидела на кухне, кутаясь в шерстяную накидку, которую сшила мне Эзель из кусочков старой мантии. В руках — грубая керамическая чашка, внутри — что-то горячее, что в этих краях называли чаем. На вкус это больше напоминало растопленный снег с ароматом хвои, горечью сушёной рябины и далёким эхом чего-то дикого, как будто лес шептал мне через эту жидкость.

Эби металась между плитой и буфетом, её развязанный пояс волочился по полу, а волосы то и дело попадали в тарелку с кашей.

— Где мои чёртовы перья?! — воскликнула она, распахивая ящики с таким отчаянием, будто в них прятались ответы на экзамене. — Без них я не смогу закончить зелье концентрации! Я уже трижды забыла, что забыла!

— Ты, случайно, не свою тень дома забыла? — сухо бросила Эзель из прихожей, где стояла перед зеркалом, укрощая свои волосы. Она закалывала их серебряными шпильками в форме лунных клинков и прищуривалась, оценивая результат. — Мне нужно выглядеть достаточно зловеще. Сегодня приходят аудиторы с факультета Теней.

— Съешь тень сама! — Эби метко метнула булочку в сестру, та увернулась с грацией кошки.

Я не выдержала — улыбнулась. В этом доме всё было не как в моём старом мире, где утро начиналось с серых стен и гудения кофемашины. Там никто не кидался выпечкой и не ругался из-за забытых артефактов. Там всё было… пусто. А здесь — живое.

— Ну что, чужеземка, готова к новому дню магического мучения? — Эзель обернулась, скрестив руки на груди. В её голосе сквозила насмешка, но взгляд был внимательный, почти заботливый.

— Готова, — я сделала глоток своего странного напитка и скорчилась. — Если в это входит ещё одна чашка хвойной жижи, я, пожалуй, выберу изгнание в ледяной лес.

Эби прыснула, закидывая в сумку банки, склянки и свитки, которые звенели, как хрусталь. Внутри каждой, казалось, пульсировала собственная магия.

— Не волнуйся. Сегодня у нас зельеварение. Если повезёт — кто-нибудь снова устроит взрыв.

Я рассмеялась. Потом мы с шумом вывалились на улицу, кутаясь в шарфы.

---

Дорога к Академии лежала по замёрзшим улочкам, между домов с крышами, покрытыми инеем. Ледяные фонари вдоль тропы горели тускло-жёлтым, как замёрзшие светлячки, и каждый шаг по снегу звучал как звон стекла. Снег был не мягким — он хрустел под ногами, будто крошечные алмазы скрежетали друг о друга. Его искры цеплялись за подолы, за волосы, за мысли.

Эби возбуждённо рассказывала о новом преподавателе по зельям:

— Говорят, он однажды превратил целое озеро в лимонад! И не просто лимонад — а шипучий! Представляешь, какая там была рыба?

— Пьяная? — вставила Эзель, фыркнув. — Или со вкусом лайма?

Я шла между ними, слушая их болтовню, и чувствовала себя как будто почти своей. Они приняли меня, это правда. Но иногда — в паузах между шутками, в мгновениях тишины — я ощущала, что я не часть их общего детства, их магической истории, их памяти. Я — гость. Задержавшийся.
Но... мне не хотелось уходить.

---

Академия встретила нас гулом голосов, мельтешением мантий и облаками пара изо рта студентов. Некоторые стояли кучками и обсуждали домашние заклинания, кто-то дописывал задание прямо на сумке, опираясь на спину друга, а один парень в углу явно пытался уговорить кусок древесного угля не рассыпаться до конца лекции.

— Эй, земляк! — голос Мартина заставил меня обернуться.

Он шёл, запыхавшись, волосы его торчали во все стороны, как будто он только что вылез из книжной лавины.

— Привет, — я улыбнулась. — Ты выглядишь… бодро?

— Три часа сна, четыре чашки стимулирующего отвара и… смирение перед неизбежным, — он поправил очки. — Стандартный утренний набор студента.

— Контрольная?

— Нет. Но звучит драматично, да?

Мы засмеялись. Девчонки уже растворились в толпе — их мантии мелькали, как синие ленты. А мы направились к зданию факультета Земли.

И именно тогда я почувствовала это.

Будто осколок льда скользнул по позвоночнику. Чужой, хищный взгляд. Острый, как клык. Я резко обернулась.

На другом конце двора стоял Грей де Глас.

Он был окружён студентами — белые мантии, серьёзные лица, снежные глаза. Он что-то говорил, но не смотрел на меня. И всё же я знала — он чувствовал, что я смотрю. Этот момент был как щелчок, как молния в ясном небе.

— Ты в порядке? — Мартин коснулся моего плеча.

Я кивнула, заставляя себя отвернуться.

— Просто… показалось.

---

Рунология.

Профессор Землекоп оказался маленьким, мохнатым человеком, похожим на гнома, но с глазами, полными упрямого интеллекта. Его борода заплетена в кольца, из которых торчали веточки, а на плаще висел камень, пульсирующий зеленоватым светом.

— Руна — это не просто буква, — сказал он, бегая между рядами. — Это ключ. Это замок. Это предупреждение. Или приглашение. Зависит от того, как вы с ней поговорите.

Я выводила “Berkana”, стараясь удержать равновесие между линиями и дыханием. Мои пальцы дрожали, но… с каждым касанием перо скользило всё увереннее.

И тогда это случилось.

Руна — вспыхнула. Мягко. Словно вдохнула. Словно… ответила.

— Очень интересно, — раздался голос над плечом.

Профессор склонился, глядя на мою тетрадь. Очки съехали на кончик носа.

— Это плохо? — я сжалась.

— Это необычно, — пробормотал он. — Очень редко руна оживает при первом контакте. Ты чувствуешь тепло?

Я кивнула.

Он поднёс руку к моей тетради, почти касаясь — и снова отдёрнул.

— Магия идёт за тобой, девочка. Будь осторожна. Иногда она ведёт… не туда, куда ты хочешь. Но куда должна.

Я почувствовала взгляд сбоку. Мартин. Он смотрел на меня с восхищением — и с чем-то ещё.