Снежная невеста или Рождество для Золушки

Глава 15 : Новые возможности

Утро началось обманчиво спокойно. Солнечный свет, бледный и зимний, заливал мою комнату, окрашивая стены в нежные персиковые тона. Ничто не напоминало о вчерашнем суде, о ледяной темнице, о признании под звёздами. Казалось, сама природа взяла тайм-аут, затаившись в ожидании.

Никто не торопился в Академию. В доме царила атмосфера, отдалённо напоминающая каникулы в моём мире – та же ленивая, сонная расслабленность. Я неспешно переоделась в простое шерстяное платье и спустилась вниз.

Ванная комната встретила меня знакомым запахом лавандового мыла и ледяной водой, которую пришлось подогревать силой мысли. Пока я умывалась, в голове снова и снова всплывали слова старого короля из сна. «Не ищи ответов, если не готова к последствиям». Они висели в сознании тяжёлым, тёмным облаком. Но отступать было уже поздно. Я запустила маховик событий, и теперь должна была увидеть всё до конца.

На кухне пахло чем-то простым и домашним. Тётя Лора, облачённая в свой обычный тёмный фартук, стояла у плиты и пекла на чугунной сковороде что-то, отдалённо напоминающее блины. Но это были не те пышные, золотистые блинчики, к которым я привыкла. Эти были тонкими, почти прозрачными, бледно-бежевого цвета.

– У нас мука нынче не ахти, – пояснила она, заметив мой взгляд. – Последний мешок. Да и с приправами туго. Приходится экономить.

Я взяла один «блин». Он был пресным, почти безвкусным, просто кусок запечённого теста из муки и воды. Еда выживания. Эби и Эзель уже сидели за столом, молча поглощая свою порцию. Когда я вошла, они подняли на меня глаза, и в них всё ещё читалось недоверие, смешанное с опаской.

Я была для них не просто двоюродной сестрой. Я была угрозой государственного уровня. Девушкой, которая намеренно устроила переворот. В какой-то мере это было правдой. Да, я хотела вернуть хотя бы два времени года. Или три. А может, и все четыре. Но для этого требовались немыслимые силы и практика в магии, о которой я могла только догадываться. Возможно ли вернуть целый мир к прежнему состоянию? А было ли это «прежнее» таким уж идеальным? И как давно это всё случилось? Ответы, возможно, ждали меня совсем скоро.

Позавтракав безвкусными блинами и запив их травяным чаем с горьковатым послевкусием, я направилась в Академию.

Дорога казалась невероятно длинной. Каждый встречный взгляд, каждый шорох за спиной заставлял меня вздрагивать. Люди, которые ещё вчера с любопытством смотрели на «новенькую с дальних земель», сегодня отводили глаза или смотрели с открытым страхом и неприязнью. Новости распространяются быстро.

Академия, всегда казавшаяся мне неприступной цитаделью знаний, сегодня выглядела как огромная ледяная гробница. Стражи у ворот смотрели на меня с подчёркнутой суровостью, пропуская после долгой, унизительной проверки.

Внутри царила неестественная тишина. Ученики не бегали по коридорам, не смеялись. Они сбивались в кучки и тихо перешёптывались, замолкая и расходясь, когда я проходила мимо. На меня смотрели как на прокажённую. Как на ходячую катастрофу.

Меня проводили не в учебный класс, а в большой зал Совета – то самое место, где вчера решалась моя судьба. Сегодня он был пуст, за исключением длинного стола, за которым сидели несколько человек.

Во главе стола восседал Грей. Он был бледен и серьёзен, но встретил мой взгляд и едва заметно кивнул – крошечный знак поддержки в море враждебности. Рядом с ним сидели члены Совета – те самые старцы, что судили меня вчера. Их лица были непроницаемы, но в глазах читалась настороженность, граничащая со страхом.

Их можно было понять. Я была непредсказуемой силой. Дикой картой. Они видели, как я стреляла в их принца. Они знали, что во мне дремлет огонь, способный уничтожить их уклад жизни. Для них я была не спасительницей, а угрозой, которую по каким-то неведомым причинам пощадили.

На столе перед Греем и старейшинами лежало несколько предметов, от которых веяло седой древностью. Не свитки, а нечто иное.

– Селен Фроствейл, – голос главного судьи, того самого седовласого старца, прозвучал сухо и официально. – Его высочество сообщил нам о твоих… утверждениях. О некоем «другом» прошлом нашего мира. Мы позволили тебе доступ к некоторым… артефактам из королевского архива. Артефактам, которые не подлежат широкому оглашению. – Он сделал паузу, и его взгляд стал ещё суровее. – Мы советуем тебе быть осторожной в своих изысканиях. Некоторые знания несут не освобождение, а погибель.

Я молча кивнула, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Их предупреждение перекликалось со словами призрачного короля из моего сна.

Грей жестом указал на свободное место за столом, рядом с ним. Напротив меня лежала небольшая стопка… нет, не книг. Это были странные прямоугольные пластины из тёмного, почти чёрного камня, отполированного до зеркального блеска. На их поверхности были выгравированы не слова, а сложные, переплетающиеся узоры, похожие на схемы или карты звёздного неба. Рядом лежал странный прибор, напоминающий луппу с тончайшей иглой из хрусталя.

– Это Летописи Камня, – тихо пояснил Грей, заметив моё недоумение. – Самые древние записи, что у нас есть. Им больше тысячи лет. Они… не читаются глазами. Они… чувствуются.

Один из старейшин, мужчина с лицом, похожим на высохшую грушу, скептически хмыкнул. –Сказки для детей. Никто не мог расшифровать их веками. Мы считаем их просто произведениями искусства древних мастеров.

– Возможно, – не стал спорить Грей. – Но она… она другая. – Он посмотрел на меня, и в его взгляде была твёрдая вера. – Попробуй, Селен.

Я осторожно, почти с благоговением, протянула руку к первой каменной пластине. Камень был на удивление тёплым на ощупь, будто впитал в себя солнечное тепло, хотя в зале было прохладно. Я провела пальцами по гравировке. Линии были невероятно тонкими и сложными.

Старейшины наблюдали за мной с нескрываемым скепсисом. Грей – с напряжённым ожиданием.

Я закрыла глаза, как делала это в саду, пытаясь не думать, а чувствовать. Я представила, что мои пальцы – это не просто пальцы, а антенны, настроенные на эхо прошлого. Я искала не слова, а… вибрацию. Энергию. Память, вложенную в камень.