Снежная Слепота

Глава 6. Сияние

     Ночной снегопад — поистине прекрасное зрелище. Снег падает с низкого чёрного неба, выкарабкивается из глубокой тьмы, словно каждая снежинка — чья-то невинная душа, заблудшая после смерти. Она стремится к свету и жизни, спешит прикоснуться к живому человеку, но после обжигается и тает, умирая навсегда.

Так и Джеймс стремился прикоснуться к кому-то. Матс понимал его желание и знал то чувство, когда ты бесконечно долго блуждаешь в лабиринте и мечтаешь не проснуться. Выхода из этой тьмы не было, избавлением казалась только смерть, а всё остальное было пустым. И всё же Джеймс, с его желанием сблизиться с кем-то, каким-то неведомым образом сумел найти в Матсе то, чего, казалось бы, давно не стало. Желание жить.

Утром Джеймс проснулся с горящим взглядом. Матс планировал свой отъезд, и Эндрюс был полон энтузиазма провести последние дни вместе с полковником ярко и незабываемо. Он грозился показать Ларсену всю красоту Тромсё, раскрыть город так, чтобы Матс обязательно захотел вернуться летом.

— Я покажу тебе душу и сердце Тромсё, — провозгласил Джеймс. — Сегодня выходной и можем гулять сколько угодно.

— Сколько угодно по такому холоду? — лениво пробубнил Матс, утыкаясь лицом в подушку. — Иди к чёрту, Джеймс! Открой гугл и покажи мне всё, что угодно. Так будет и тепло, и красиво.

— Никогда бы не подумал, что, дослужившись до полковника, ты можешь быть таким ленивым, — хмыкнул Джеймс. — Вставай, пей кофе и поехали. Давай, давай, больше такого шанса не будет!

Ларсен тихонько выругался, но послушался, несмотря на то, что на часах значилось всего шесть утра. За окном было темно как ночью, но душ и кофе придали полковнику сил, так что вскоре он выглядел почти что бодро. Джеймс уже ждал его в машине, и вскоре они выехали на дорогу, покидая жилую часть города.

Они пересекли длинный Тромсонский мост и въехали на остров Сёр-Квалёй. Матс с интересом смотрел в окно на пробуждающуюся жизнь, которая вспыхивала светом в окнах домов местных жителей.

— Всё хотел спросить, — сказал Матс, — вот это треугольное строение на въезде — это же собор?

— Ты там не был? — откровенно удивился Джеймс. — Полковник, да ты не жил! Стыд и позор. Ладно, ладно, — он улыбнулся, заметив тяжёлый взгляд спутника. — Это здание лютеранского Арктического собора. По сути: двойная треугольная конструкция из бетонных плит, покрытых алюминием, но при этом одна из фирменных достопримечательностей города. Это церковь Тромсдалена.

— Я так много не помню, — признался Матс и улыбнулся. — А ведь этот город когда-то был моим домом.

— Был и остаётся. Кстати, этот самый мост назван мостом самоубийц.

— Дай угадаю, почему.

— Да, тут самое популярное место для самоубийств во всей Норвегии. А ограждение видишь? Забор самоубийц.

Матс усмехнулся и покачал головой. Джеймс говорил таким тоном, словно хвастался.

— Да я просто пытаюсь тебя расшевелить, полковник! — сказал он.

Скоро начало светлеть. Полковник ощутил прилив сил, словно солнце заряжало его своими лучами как Супермена, мультфильмы о котором любила смотреть Эстель. Джеймс выглядел довольным и бодрым, как будто спал перед поездкой много часов. Он включил радио и тихо подпевал знакомым песням, и Матсу нравилась спокойная и уютная атмосфера.

— Гора Кьёлен! — провозгласил Джеймс, указывая на гору, к которой они подъезжали. — Средней сложности тур, семьсот девяносто метров над уровнем моря. Сколько сможем — проедем, остальное пешком, там всего-то семь километров до вершины, дорога ровная.

— В гору? — удивлённо спросил Матс, не желая даже сейчас говорить о своей травме. — Ты не предупреждал меня об экстриме.

— Никакого экстрима, это один из самых лёгких туров, — улыбнулся Джеймс. — Я тут в юности бывал каждые каникулы. Не волнуйся, я тебя не столкну и не потеряю. А если потеряю, то найду.

— Спасибо, утешил, — буркнул Матс.

Голубое небо поражало своей чистотой, и лёгкие росчерки облаков казались настоящим произведением искусства. Снега укрывали всё вокруг, а впереди виднелись горы с редкими проблесками своего натурального цвета. Джеймс подхватил из багажника рюкзак, закинул его на плечо и повёл полковника по каменистой припорошённой снегом дороге. Они шли, изредка останавливались, когда Эндрюс делал фото или рассказывал что-то Матсу о том или ином месте. Они проходили мимо огромных высоких гор, подобных исполинам, возвышающимся над случайными путниками, и мимо озёр, обрамляющих эти горы.