Снежная Тихоня (не) для Беса

Удавшийся отпуск!

Почему все сотрудники, которых я сейчас встречаю здесь, смотрят на меня с таким удивлением? У меня рога выросли, пока я в отпуске был? Или хвост сзади резко мотаться начал?

- Здравствуйте, Максим Эдуардович, - встала в приемной Лариса, одна из тех девушек, которые пока носят статус ветеранов в моей компании из числа моих ассистенток - как уж она прогнулась под моего царедворца, я не знаю, но он ее пока не начинал выживать из компании. - А почему Вы решили вернуться? - смотрит она с удивлением на меня, а потом переводит непонимающий взгляд на моего отца.

- Потому что я приехал из отпуска вместе с учредителем этой компании - моим отцом - Эдуардом Витальевичем, - представляю я заодно своего отца одной из своих ассистенток. - А откуда такое удивление моему визиту в нашу семейную компанию? - не понимаю я и всем корпусом поворачиваюсь к девушке.

- Евгений Матвеевич на следующий день после того, как Вы улетели, собрал нас всех и сказал, что Вы улетели к Вашему папе, - кивок в сторону моего загорелого и не по годам подтянутого старика. - И больше не будете заниматься управлением компанией. Что теперь он является управляющим и пока, временно, как он сказал, исполняющим обязанности генерального директора.

- Хорошо отдохнули, да, Бать? - поворачиваюсь я к отцу и вижу в глазах злой огонек. Точнее, нет, это не огонек - это настоящее пламя, которым он всеми силами пытается кого-нибудь не спалить.

- Что ж, - отец утихомиривает свой бешеный взгляд. - Тогда у меня просьба пригласить Евгения Матвеевича сюда, в кабинет генерального директора. Ты ведь позволишь, сын, занять его ненадолго? - поворачивается отец ко мне. - И начальника службы безопасности тоже.

- Туда нельзя! - начинает верещать Лариса, пытаясь преградить нам с отцом путь в этот кабинет. - Там совещание идет!

- Какое совещание? - вижу, как даже сквозь почти черный загар мой отец начинает багроветь. - Какое там может быть совещание? В кабинете генерального директора, который можем занимать только я и мой сын?

- Там, - начинает заикаться девчонка. - Там Евгений Матвеевич проводит совещание с поставщиками, - выдавливает, наконец, она.

- Сын, начальника охраны сюда, и побыстрее. А я пока побеседую с этими поставщиками и исполняющим обязанности генерального директора, - мой отец с грохотом распахивает дверь в кабинет и быстро ее закрывает за собой, так что мы уже не слышим, что там происходит.

- Максим Эдуардович, я хотела сказать, что когда Вы улетели, Евгений Матвеевич потребовал оформить приказ на увольнение Анны Кузьминой, нашей новенькой девушки из числа Ваших ассистентов, - протягивает мне Лариса слишком густо заполненный приказ об увольнении. - Только дата увольнения там открытая - он приказал, чтобы дату мы поставили, когда ее из больницы выпишут.

Я даже читать не стал эту белиберду и вернул его обратно Ларисе.

- В шредер, и чтобы я даже не слышал о том, что этот..., - не хочу выражаться нецензурно. - Что этот кого-то тут увольняет без моего ведома или ведома моего отца. Что он еще тут успел наприказывать? - смотрю я на девушку и пытаюсь понять, что это она вдруг такая разговорчивая стала? Или надеется, что я с ней буду носиться также, как с Аней носился? Кстати, насчет Ани. Надо хотя бы узнать, как она. Ради приличия. Навязываться я ей не буду точно. Но ведь узнать о ее самочувствии мне никто не запрещает же?

- Вот, - Лариса опускает глаза и протягивает мне папку, в которой лежат слишком толстые по своим размерам приказы. - Это то, что он подписал.

- Так, я пока с этим разберусь, а Вы вызывайте сюда начальника охраны, как и велел мой отец. Потому что хозяин компании он, а я такой же наемный работник, как и Вы, Лариса, - киваю я и усаживаюсь на стул для посетителей, вооружившись первым, что мне попалось под руку - черным маркером, которым я намерен завизировать все документы из этой папки.

Лариса кивает и набирает номер охраны, где, по ее мнению, должен сидеть и начальник службы безопасности нашей компании. Как только он мог проворонить то, что творит у него под носом человек, которому никто в жизни не доверил бы управление нашим холдингом?

А приказы весьма и весьма занятные - себе мой ненаглядный царедворец Евгений Матвеевич решил зарплату поднять в три раза. А что не в десять сразу? Что мелочиться-то так? А вот своим девочкам, которые выполняют тонны его работы - срезать почти в пять раз. Хотя у них зарплаты и так не сильно высокие, пусть я и стараюсь держать их на одном уровне и не сильно-то срезать!

А вот и повышение своей зарплаты в десять раз - премия в размере семи окладов к тому, что он должен будет получать после повышения! Ежемесячно! И выплаты три раза в месяц! Даже я себе не позволяю такой наглости, хотя иногда и затрагиваю некоторые доходы от прибыли! Но даже я не позволяю себе подобной наглости, как он! Да, распоясался немножечко слизнячок!

- Максим, зайди к нам, - дверь моего кабинета распахивается, и оттуда выглядывает мой отец, выглядящий на первый взгляд совершенно спокойно, но я-то слишком хорошо знаю, что за этим показным спокойствием творится!

- Ага, - встаю я и, не забыв захватить папку, тороплюсь к отцу. Я думаю, что ему будет интересно посмотреть на то, что тут успел натворить его ненаглядный Евгений Матвеевич, который, вообще-то, был приставлен смотреть за мной, чтобы я не пустился во все тяжкие!

- Вот, господа поставщики-инвесторы, - представляет меня отец сидящим за столом людям. - Мой сын является бессменным генеральным директором этой компании. Свой пост он точно никому не передавал. Да и не мог этого сделать - решение о том, кто будет руководить компанией, принимает ее единственный учредитель, то есть я. А то, что Вам тут пытается донести вот этот самозванец, - красноречивый кивок в сторону ставшего почти серым и потерявшего всю свою напыщенность Слизняка Матвеевича, - полная чушь. Мой сын всего лишь решил слетать в отпуск ко мне. Надо признать, что его отпуск удался более чем, судя по той попытке переворота, которая произошла в моей компании.