Снежное княжество

Часть 2

Меня разбудили громкие звуки. Кто-то, не спрашивая моего дозволения, зашел в покои и положил колотые поленья в топку очага, что согревал все вокруг. Обычно это делалось не так громко. Яся никогда не тревожила мой сон, тихонечко растапливала печь. А тут, словно дом горит! Забежали двое молодых парней-услужников, в руках деревянная бадья с горячей водой.  Поставили около печи, поклонились в пояс и ушли. Следом вбежала Яся с большими круглыми глазами. Бледная, словно дурнотой замученная.

За ней матушка с большим мягким полотном. Для того чтобы обтереть меня после купания. Тут же и девки сенные поспешили зайти, в руках мыло да терка мягкая, тело шкрябать. Одна из них, к моим сундукам поспешила, что-то роется в них, ищет. Видимо нашла, что искала. Достает белую исподнюю рубаху.

Я уставилась на них, как ни диво дивное. Понять ничего не могу. Рядом сонно зашевелилась Мироника, потянулась и тоже уставилась на всю эту суматоху.

- А что случилось, пожар? - сонным голосом спрашивает она.

- Хуже, - трясется моя нянюшка. - Жених твой, Милославушка, явился! Ни свет, ни заря. Жениться срочно ему приспичило. Говорит, что ждать не будет.

- Как! - окаменела я. - Но… Он ведь только к исходу седмицы приехать обещался. Матушка! Как же так? Я совершенно не готова к этому.

- Времени нет доченька, - грустно смотрит на меня родительница. - Делать нечего, придется тебе за него сейчас идти. Он уже в палатах ждет. Вставай скорей, тебя собрать нужно. Пока Яся тебя обмоет, мы с девчушками твое приданное соберем.

Маменька все это впопыхах мне объясняет. Сама взгляд прячет. Видимо не хотелось ей так спешно меня замуж выдавать. Она только сегодня увидела моего жениха. Все то время батюшка с ним разговоры вел. И то, по большей части в письмах. Сам наверное и не упомнит, как старик выглядит. Неужто совсем плох, раз матушка так и не может на меня свой взор обратить. Я подбежала к ней, упала перед ногами и за руку взялась, что перстеньками пальцы украшали. Стала слезы лить и упрашивать:

- Матушка, не отдавай меня ему! Неужто никто больше меня замуж взять не хочет?  А Димитрий!? Он ведь взгляд с меня не сводил, когда последним разом тут был.

- Димитрий женился уж, - гладит по головке меня матушка и тихонечко ответ держит. - Той весной еще. Мы тебе не стали говорит об том. Не хотели расстраивать. Тебе понравился он, а ему дела до тебя не было. Он честно отцу твоему сказал это.

- Что? - осевшим голосом говорю и не верю в то. - А как же его милые речи? Он говорил, что я настоящая красавица.

- Ты и есть красавица, доченька. Только говорил он это, чтобы тебя порадовать. Не более того. На тот раз у него уже невеста была.

Я словно обухом по голове стукнутая стояла на коленях перед мамонькой и смотрела сквозь нее. Я-то навыдумывала себе незнамо чего. Даже подвенечное платье в уме нарисовала. А ведь он мне улыбался тогда. За руку однажды держал. Никто не знает, даже нянюшка моя, но один раз Димитрий меня в щеку поцеловал. Тогда-то я и решила себе, что мужем он моим станет. А тут вот оно что оказалось. Невеста у того была уже тогда. Зачем же так насмехаться над девичьими чувствами? Неужели поиграть решился со мной!

Обида меня горькая взяла. Я, молча поднялась с колен и позволила себя усадить в купель. Сестрица моя, робко стояла в стороне, не говоря ни слова. Яся горестно вздыхала и смотрела себе на руки, когда натирала меня намыленной тряпкой-теркой. Наш с ней побег не состоялся и теперь я должна буду стать женой этого старика.

 Ну и пусть!

 Все равно планам моим и мечтам не суждено сбыться. Теперь-то все равно за кого под венец идти.

Хоть жених мой и помог нам пять лет назад от страшной неминуемой гибели спастись, но лицо его я так и не запомнила. Даже не представляю, как тот выглядит. Может, не совсем немощен и дряхл. Или же наоборот, его еле ноги держат. Тогда мне повезет и он протянет не долго. Иначе я от горя и тоски умру, сидя заточенной в его «ледяной темнице». Надеюсь, я смогу быстренько замерзнуть в бескрайних снегах и вовек перестану мучиться.

Пока я предавалась нелегким мыслям, меня помыли, усадили перед теплым очагом и стали сушить длинные каштановые волосы. Цвет их напоминал батюшкин, но у того он был гораздо темнее. Мой же разбавлялся светлим цветом матушкиных волос. Затем их заплели в тугую косу, вплетая в нее нити жемчуга. На голое, стройное тело надели исподнюю белоснежную рубаху, которая была ниже колен. Тонкая ткань не скрывала мою грудь, похожую на два спелых наливных яблочка. Даже темно-розовые вершинки слегла углядывались сквозь белизну ткани.

Затем меня нарядили в серебряный сарафан вышитый причудливыми узорами и расшитый жемчугом верх. Три нити бус свисали с груди, на пальчиках перстенёчки с самоцветами. А на голове, словно пудовая, коруна вся в жемчугах да каменьях. Давить стала так, словно не чудесной красоты убор головной, а чугунный горшок с камнями тяжелючими поставили. Я ее со злобы скинула и она гулко ударилась о деревянный пол.

- Не стану я это надевать! Голова и так тяжелая. Уж лучше ленту повяжите.

- Но, Милослава, - строго говорит маменька. - У нас положено замуж выходить в коруне. Да тяжелая, а когда замужем легко было? Доченька, милая, будь умницей…

- Нет! - резко кидаю ей, словно хочу обидеть. Хотя знаю, что матушка тут не причем. - Мое венчание и так не в радость, так пусть хоть голове легко будет.

Благо со мной согласились. И теперь на лбу красовалась серебряная лента в цвет платью. Только ничем не украшенная и так вся в каменьях, словно из сундука на меня все богачества высыпали. Видимо, чтоб женишку по нраву пришлась. Единственное на чем матушка настояла, так это тоненькие нити все того же жемчуга прикрепленные к головной ленте. Они свисали по бокам моего лица, касаясь плеч.

Я не хотела смотреться в зеркало. Боюсь, что расплачусь, увидев в нем свое отражение. Совсем еще юная, не дурна собою, стройная и голубоглазая девица. Как представлю, что все это достанется старику, слезы на глаза просятся. Еще жизни-то не видела, а уже под замок.