Снежное княжество

Часть 13

Уж и не думала я, что по возвращении долгожданного мужа так плохо мне сделается. Вся надежда на него и Игоря была, дабы Ясеньке помогли оба. А теперь и не знаю, как самой быть! Куда от холодных глаз деться. Как понять, что с милым мужем сталось.

Думы тяжелые совсем заели, но деваться мне некуда. Пришлось опять в холодную комнатку плестись, надеясь, что не повстречаюсь с мужем своим по пути. Уж больно не охота мне видеть его. Пусть одумается сначала, а уж затем подходит.

В светелке мрачно, очаг не греет. Совсем про то забыла, что дров нет. Но идти куда, сил не могу найти. Так и села за рукоделие. Хоть чуток длины к ткани добавить. А как совсем окоченею, так схожу за дровишками. Куда деваться. Работу делать надобно.

Глядь, а полотно, как есть, короче сделалось. Тут уж я точнехонько могу сказать, что уток около пятых по счету снизу завиточков оставляла. Тех, что на раме хрустальной вырезанные. А теперь лежит тот даже стороны не той. Я по правую руку его оставляла, а тут по левую.

Тут я и убедилась в догадке своей. Точно одна из Рогнеш побывали. Стала я комнатку шагами мерить. Вспоминать что вчера было. И ведь точно! Убежала я отсюда, дверь не заперев, как испугалась бури снежной, колдовской. Тем-то они и воспользовались.

Но как быть такое может? Ежели Ясенька нитки тогда тронула, так слегла холодная. А тут и того пуще, целый кусок полотна распустили. В толк взять ничего не могу. Что-то не того тут творится? С тем я сама разобраться никак не смогу. Нужно Игоря звать, иль мужа своего.

Бегом помчалась искать тех. Только ни одного так и не нашла. Весь дом обыскалась, звать даже вздумала. На мой зов только ключница выскочила из кладовой, где запасы съестные хранились. Уставилась на меня, понять не может, чего я по дому крик подымаю.

- Ваша милость, случилось чего? - вытирает та руки грязные. Видимо свеклу чистила, аль другое что.

- Мужа ищу своего, - осторожничаю, не говорю лишнего, кабы в лапы к ним не попасться. - Ты не видала его, может Игоря?

- Так они меж собой переругались, да за ворота оба и вышли. Может чего опять случилось, да они пошли поглядеть, - не пытается уклонится от ответа та, будто взаправду ничегошеньки не понимает. - А может там решили спор свой продолжить, чтоб туточки все по бревнышку не разнести.

- А что такое бывало? - от удивления глазки широкими сделались. Что те ругаться станут, меня не сильно удивило. А вот что драться – это да.

- Никогда не бывало, - уверяет ключница. - Столько лет тут служу, а чтоб видеть, как родичи меж собой ругались, такое впервой слыхать. Может не поделили чего? Аль в дороге обидели друг дружку.

А я и сама не знаю, чего в той дороге, будь она неладна, случилось. Видимо старуха клятая бед натворить сумела. Мужа моего не узнать, может и Игорь поменялся в пути, раз накинулся на племянника своего.

Чего толку гадать. С ключницей об том не поговорить. Мне ее и дочку опасаться надобно, это да. Ждать возвращения хозяев дома. Может присмиреют да воротятся скоро. А может и вовсе Игорь на Мстислава из-за меня так осерчал?

Воротилась опять в светелку, работа сама себя не сладит. Да и мужа своего сердить уж больно не охота. Одного разочка гнева его мне достаточно было. Так и просидела за работой, покуда руки изнывать от холода не стали. А когда уж невмоготу стало, так собралась и вышла вон. Да и вечер уж близехонько подкрадываться стал.

Не успела и дверь прикрыть, как рука сильная опять ее отворяет. Та с грохотом о стену ударилась, я чуть со страху на пол не осела. А то муженек мой домой воротился. Угрюмо в мою сторону уставился и сам в светелку зашел.

Свечи, что я успела погасить, разом все вспыхнули. Мне чуть дурно от того не сделалось. Так страшно все то выглядит. Хоть бегом ноги оттуда уноси. Но те, непослушные, к полу словно приросли. Я зайцем трястись начала, а Мстислав словно того не замечает. Поглядел на работу мою и говорит:

- И куда это ты засобиралась, голубка моя? - вроде и ласково, да вот только жути столько я ни единого разочка не испытывала.   

- В трапезную, - вру ему, чтоб оправдаться.

А самой есть не охота вовсе было. Шла к Ясеньке, чтоб теплом спаленки согреться. Даже в свою собственную не пошла бы, до того с родненькой душой побыть захотелось.

- Неужто оголодала так сильно, что и работу не сделала?

- Все ж живой человек, не камень, - отвечаю опасливо. - И мне кушать иной раз хочется. Аль мне уж и крошки в рот не положено?

- Отчего, - словно бы нарочно медленно говорит тот. - Только вот, как погляжу ты все на прежнем месте стоишь. Когда ж я дождусь подарочек свой, женушка?

- Обожди еще немного. Не я в том виновата, что нити эти холодные. Рук и тех не чувствую уже.

Не стала говорить об том, что кто-то ткань решился тронуть. Не поверит он мне сейчас. Только обругает за глупости, что будто бы выдумываю. С этим мне к Игорю идти надобно. Точно теперь знаю.

- И кто же тебе мешает греть их у очага? - поворачивает он ко мне голову и пристально глядит, что кровь стынет. Чужой он, как есть! Но ответ держать нужно, хоть и боязно до жути.

- Так ты погляди, дровишек нет совсем. Некогда мне их таскать. Тут бы успеть сделать больше.

- Так делай, - холодно указ дает муж. - Дров, так и быть, сам принесу.

С тем развернулся и вышел вон. А я словно сама застыла. Шелохнутся боюсь и делать чего не знаю. Неужто и вправду заставит до поздней ноченьки тут просидеть, голодную? Самой не верится глазам своим. Будто в миг к чужим людям в дом приехала.

- Чего же с тобою сталось, Мстислав? - горько в пустоту спрашиваю, будто той ответ ведом.

Тени свечные по стенам пляшут мрачными пятнами, жути нагоняя. А мне уже не страшно то. Усталость одолела меня. Муженек, как и обещался, дров принес да пламя зажег колдовством своим. Хоть чуточек согреюсь и то хорошо. Правда о куске хлеба даже не озаботился.

Тут хоть плачь, хоть дитем реви, толку нет. От голода совсем внутри все свело. Но я и шагу не делаю из светелки. Боюсь мужа… нет, не мужа… того, кто им прикинулся.