Снежное княжество

Часть 20

Идти в тумане, словно в молоке никому не в охотку. Даже волки ступают медленно, словно крадутся. Только хвостами иной раз помахивают. Иной раз снежинки, что из-под хвоста выскакивают в нос попадают тем, кто сзади идет. Так те мордами махают, чихая другой раз.

От того сонливость, что все же накатывает на обоих путников вмиг слетает. А то вдруг опять кто на пути попадется… Но путь-дорожка тихая, как и все в округе. Тихая и поступь, что убаюкивает не спавших сутки наездников. Вот и спят князь молодой с дядькой. Не выдерживают. Тут бы осторожность иметь, да глядеть в оба. Но природа берет свое.

А волки все идут и идут, устали не ведая. Кто из них от стаи отобьется да округу дозором обойдет, кто следы заметает. Двое ношу свою аккурат несут, сон чуткий не тревожа… Все при деле.

Тут и горы-великаны давно позади остались, и марево белое с ними. Вокруг, куда ни глянь, лишь сосны да ели заледенелые. Будто кто их водицей студеной окатил, да так и оставил застывать. Каждая иголочка во льду, каждая бороздка на стволе.  Даже снег коркой твердой да гладкой покрыт.

Словом царство льда и холода не человеческого. И не спрятаться от него, ни укрыться. Только и остается князю с дядькой в мех волчий укутываться, словно в стог сена зарываться. Никто из них такого не ожидал.

Тут уж сомнений нет – в чертоги колдовские прямехонько путники попали. Такого еще ни один из них не видывал.

Ноченька давненько уж в своих правах, а места для ночлега все никак не сыскать. Не на гольном же льду спать! А делать все равно нечего. Тут как ни крути, и волкам отдых нужен.

Не сговариваясь на привал остановились. Кто где себе местечко нашел, там и улегся. Сидят Мстислав с Игорем на бревне ледяном, у костерка небольшого греются. Только не простой огонь тот… колдовской. Иначе никак на таком холоде.

Звезд на небе не видно, как не старайся разглядеть. И как теперь разузнать в какой стороне оказались? Поднял вверх ладонь Игорь, снял варежку меховую. В тот же миг с руки светло-голубое свечение, словно зайчик солнечный, ввысь взметнулось. Перед глазами обоих, будто нарисованное, небо звездное появилось. И вроде не взаправду все, а как настоящее. Только огоньки крохотные не мигая, чуть подрагивают в темноте.

- Гляди, Мстислав, - слово держит Игорь, пальцем в огоньки тыча. - Мы с восхода солнца вышли, а теперь аккурат к заходу подобрались. Значится ровнехонько по дуге его двигались. Все верно путь наш Вихрь выбрал. Тут старуха пристанище свое имеет.

- Верным путем идем. Это радует. Сколь долог он будет? Этот вопрос меня тревожит. Больно тревожно мне за Милушку свою. Хочется верить, дождется она спасения моего. Иначе даже не знаю, как буду жить дальше!

- Не горюй, рановато еще. Мы с волками быстро движемся. Защита у нее крепкая, что в кольце родовом содержится. Оберегет та Милославу. Ежели в пути никто дольше не задержит, успеем спасти жену твою. Теперь же нужно хоть чуток отдохнуть от скачки. Сил набраться.  

- Дело говоришь. На спинах волчьих много не наберешься. Так, суета одна. Часок под боком меховым вздремнем, да в путь соберемся. Некогда нам отлеживаться.

- Тогда закончим разговоры, да спать ляжем.

Так и уснули путники, как говорено было. Волки только разок осклабились, но погреться все ж пустили. Понимают, что иначе никак людям не согреться. Что попусту воздух сотрясать. Даже хвостом своим, словно одеялом пуховым сверху накрыли.

Утро настало, никто того и не ожидал. Повскакивали разом со своих мест, ругаются на чем свет стоит, что не уследили за временем.

Тут бы уже мчать во весь опор, а приходится только ноги затекшие потирать. Мстислав от досады такой пнул, что есть мочи, бревно, на котором ночью с Игорем сидели. Льдины вперемешку с трухой в разные стороны по разлетались. Шуму наделал такого, что и не заметил никто, как один из волков тихим рыком изошелся.

- Мстислав! - вдруг предостерег племянника Игорь, жестом показывая пыл остудить. - Не нужно злится, волки учуяли неладное. Видишь, опасливо озираются.

- Вижу, - присмирев отвечает князь. - Теперь и нам с тобой глядеть в оба нужно.  Благо марево, что склон с этой стороны укрывало, рассеялось. Нет более помехи.

- Видеть будем, кого опасаться нужно, - подхватил Игорь.

Встали бок о бок родичи, ждут кого ж нелегкая принесет. Ветер верхушки сосен гнет все сильнее. Снег комьями наземь кидая. Только и успевай с головы покрытой стряхивать. Аль мордой в разные стороны трясти по той же надобности.

Уже и вихри снежные из-под ног подымаются. Глаза застят. Совсем глядеть туго становится. А зверя лютого нет и нет. И вроде волки зубы скалят, понят дают, чтоб в оба глядели. Только метель начавшаяся видимость отбирает.

Смотреть становится в тягость, а делать нечего. Стоять до конца надобно. Вот путники и щурясь на все лады вдаль глядят. И лишь зоркое, колдовское зрение помогло князю заприметить неладное.

Огромное чудище, поступью тяжелой навстречу идет. Сосны ему едва ль до головы косматой достают. Такой огромный выискался! И вроде зверь какой, и вроде нет. Быть может на человека даже похож, ежели приглядеться посильнее. Странного, но все ж человека.

 Бредет вразвалочку. Ногами оземь ступает, переваливаясь из стороны в сторону. Ручищами маковки гнет в разные стороны, дабы пройти не мешались.

 Только дюже мохнатый. Не хуже волков наших густотой похвалится может. И белый, как и все в округе. Его так бы никто и не заметил, пройдя тот мимоходом, чутка в сторонке. Только волков с толку не сбить. Те все учуют, ежели б даже тот по ту сторону гор шел.

А за метелью, что им же и поднята была, сразу человеку и не разглядеть чудища. И вроде виду огромного, но только совсем рядышком князь с дядькой услыхать смогли того. Как такое возможно – поди разбери!?

Теперь стоят вдвоем, соображают, как быть. Волки тихохонько в кучу собрались, аккурат около путников. Тоже на рожон лезть не спешат. Пока громадина близехонько совсем не подошла, высовываться, аль первыми нападать не надобно никому. Кто его знает, чего тот учудить может. Так мирно шествует, никого не трогает. Может и вовсе мимо пройдет. Да за метелью никого и не заметит.