Снежный барс. Зимняя сказка

Глава 4 

Неделя до отъезда пролетела на удивление быстро. Впрочем, чему удивляться, если уже к концу новой недели мы ожидали прибытия представителей таинственного содиректора, какие точно запустят свои шаловливые ручонки в нашу документацию, а также будут шататься по всему предприятию, оценивая нашу фирму, ее рентабельность и штат.

Собственно, все, как я и думала. Грустно, печально, досадно и без вариантов. Не окончательно же фирму продавать, в самом деле. Странно, что сам содиректор,

имя которого по-прежнему отчего-то оставалось в тайне, приезжать к нам не спешил, как и созваниваться с матушкой, надеюсь, он не перепродаст эту часть еще кому-нибудь, не хотелось бы пойти, так сказать, «по рукам».

Эти дни я же крутилась как белка в колесе, работая на голом энтузиазме, от мысли, что всего через неделю моя пытка работой закончится, и я таки выберусь из душного городка в такой чудесный заснеженный Ранийск.

Ух, как я этого ждала. Ух, как ждала!

А пока ― да, бегала как белка в том самом чертовом колесе, исполняя все поручения и прихоти Лизаветы Михайловны, вместе с тем, готовясь к передаче «своего кресла» в другие заботливые руки.

Принимающей стороной моего такого всеми любимого «кресла» оказалась почти моя ровесница, только недавно окончившая университет, на удивление, очень строгая девушка по имени Лена, пришедшая к нам на место декретницы Савельевой из аналитического отдела.

Высокая, выше меня на голову, в толстых смешных очках, которые почему-то ее внешность совсем не портили. Ну, не то чтобы я ей завидовала, да и со зрением у меня всегда был полный порядок, только червячок легкой зависти невольно засвербел в одном месте. Белокурый хвостик и кислая натянутая улыбка довершали образ Леночки. Она действительно была серьезной и крайне неулыбчивой, а еще ― совсем неразговорчивой.

Сколько я ни пыталась ― пытать, выспрашивая то про учебу, то откуда она к нам приехала, она толком ничего не рассказала, да и слова выдавливала через губу. Пришлось прибегнуть к тяжелой артиллерии и выпросить ее личное дело у Алины. И мне ни капли не стыдно! Не могла же я оставить маман на не пойми кого. А зная бестолковых сотрудников Даринкова, они и шпиона прошляпят у себя под носом.

В личном деле Леночки значилась абсолютно вся информация, подтвержденная службой безопасности, так что все с ней было о’кей. Только омрачал один факт, из-за которого странности Лены встали на свои места: как оказалось, девушка росла в детском доме, без заботы и ласки родителей, очень жаль, меня то никак не отталкивало, даже напротив, еще сильней захотелось с девушкой подружиться.

Тем более, кроме Алины, у меня и подруг особо не было, знакомых тьма, а вот настоящих подруг — всего одна штука, так почему бы и Лене не войти в этот маленький ближний круг. Вот только беда — самой Лене это, похоже, было совсем уж не нужно.

Временно решила от девчонки отстать, еще будет время на налаживание нашего контакта.

В последний мой рабочий, пятничный день ― когда, кстати, и должны были явиться те самые представители, я пришла на работу на полтора часа раньше и, к своему удивлению, обнаружила порхающую за клавиатурой Лену.

Ого. Все-таки она ранняя пташка. И судя по всему, она всю неделю так приходила, ведь когда я являлась на работу, Ленка всегда уже находилась в кабинете.

— А чего ты так рано, Лен?

Девушка вздрогнула, хотя я специально понизила голос, дабы ее не испугать. Видимо, не ожидала моего появления. Оторвав от монитора взгляд цвета неба в грозу, посмотрела на меня поверх толстых очков.

— Выполняю поручение Лизаветы Михайловны, — суше только пустыня в жару.

— Это она попросила тебя так рано прийти? — заинтересовалась, щелкая по кофемашине и подставляя сразу две чашки ― для себя и Ленки.

— Нет.

— Тогда, какие-такие поручения ты выполняешь? — хмыкнула, заглядывая в ее технику поверх девичьего плеча, с губ сорвался изумленный свист.

Исполнительная Лена, просчитав родительницу наперед, составляла новый рабочий график, включая в него приезд гостей. Походы с ними по ресторанам и филиалам фирмы. Встречи с поставщиками и клиентами. И даже смогла впихнуть коротенький отдых, аж через неделю.

— Да-а, — пораженно протянула; уж очень плотный график вырисовывался у маман. — Если не спать, то можно еще несколько встреч поставить. Спать, как я понимаю, она у тебя вообще не будет?

Ленкины пальцы замерли. Подняв голову, она уставилась на меня в упор немигающим взглядом голодной кобры. Отпрянула, от греха, так сказать.

— Вы бы, Илария Владимировна, меня не отвлекали, а занялись своими рабочими вопросами, — процедила девушка сквозь зубы. — У вас последний рабочий день? Вот и дерзайте. А то свалите в отпуск, мне потом ночами ваше, гм, бумаги разгребать.

— Ого. Железные зубки, — буркнула негромко, доставая из тумбочки небольшую шоколадку, затем забрала из машинки чашки со слегка остывшим напитком, одну поставила пред невозмутимой Леной да кинула ей шоколадку: — На вот, подкрепись. Может, добрее капельку станешь.

В спину мне донесся хмык и тихое: спасибо.

— Пожалуйста, — беззаботно пожала плечами. — Так, что там у нас по графику, Лен?