Снежный пепел

Глава 14

Сашка

Ромка вперед меня выскочил из подъезда, устремляясь к незнакомой девушке, сидевшей на скамейке. Та знает его имя, зовет. Неужели у Юрьича есть родня? Мне даже страшно стало, за сутки я успел свыкнуться с мыслью, что Ромка мой теперь.

- Бедолага… - ласкает девушка пса, жалея его. Ее правая рука зарывается в золотистую шерсть, а пес тычется в левую ладошку и скулит.

- Вы родственница Бориса Юрьевича? Откуда вы знаете Ромку? – спрашиваю, напрягшись. Я не отдам пса.

- Нет. И Ромку не знаю, - тихо говорит девушка, все так же лаская пса, даже не смотрит на меня. – Я ему привет принесла, от хозяина.

Ничего не понимая, я молчу. Девушка поднимается, поправляет длинные волосы. И тут поднимает голову, глядит прямо мне в глаза. Мне будто под дых. Аленка, с васильковыми глазами.

- Я в морге работаю… здесь недалеко, - объясняет она, не понимая, почему я так рассматриваю ее лицо. – Сегодня готовила его хозяина к погребению… хоть и перчатки, но запах, наверное, все равно есть… вот Ромка и признал меня.

Девушка лепечет, все тише и тише, тоже разглядывая меня. Но я не вижу, что она меня узнала, просто моя безмолвность ее удивляет.

- Ну… у собак нюх же… Ладно, я пойду. Я просто переживала о песике.

- Откуда вы узнали о нем, - прорезается мой голос, преодолев сухость в горле.

- А… вот, - девушка протягивает мне фотку Ромки, - мы нашли в кармане покойного.

- Ясно, - роняю я, глядя, как девушка треплет за уши пса, на прощанье.

С языка рвется вопрос – ты Алена, которая работала на «скорой» год назад и спасла меня? Но я только разглядываю пушистые длинные волосы цвета карамели, ладную фигурку и любопытные синие глаза. Это точно она! Тогда на ней была шапочка и маска, но я уверен, что не ошибаюсь. А еще помню мягкость теплых губ, на моих губах, когда она делала искусственное дыхание мне.

Но молчу. Таких как я, у нее сотни были, спасенных. И теперь она ушла работать в морг, оказывается. Ну да, там работа поспокойнее. Девушка взмахивает рукой на прощанье и уходит, а я стою, как остолоп, хочу остановить, но не могу найти слов.

- Девушка… как вас? – я знаю ее имя, но сомневаюсь.

- Алена, меня зовут, - останавливается она, смотрит с улыбкой. Ее обнимает утренний солнечный свет, будто ангел светится.

- Можно я тело Юрьича заберу? Ну… я похороню, ведь у него кроме Ромки больше никого и нет.

- Он сам позаботился о себе, в полдень тело заберет ритуальная служба, - непринужденно говорит красотка в ярком голубом платье, которое делает ее похожей на девочку лет пятнадцати. – Панихиды и поминок не будет, наверное, но вы можете проводить вашего соседа в последний путь. Сейчас, я вам адрес морга дам.

- Я знаю адрес, - уведомляю девушку, которая роется в сумочке, наверное, ищет визитку или блокнот с ручкой. – А вы пойдете на похороны?

- Не знаю, - пожимает хрупкими плечиками и смотрит на Ромку, носившегося по тротуару. – Ладно, составлю вам компанию, все равно дел сегодня больше нет. Встречаемся в половине двенадцатого у ворот морга.

- Хорошо, - такая радость в груди, будто меня не на похороны пригласили, а на свидание в кафе. Впрочем, потом можно будет и в кафе посидеть, помянуть Ромкиного хозяина.

Это точно судьба, думал я, тщательно выбирая рубашку. Я побрился и даже упросил соседку подстричь меня. Пожилая женщина удивленно стрекотала, странно прицокивая языком, будто радовалась, что я понемногу возвращаюсь к жизни. Хорошие у меня соседи. Были. Теперь осталась одна тетя Тоня, мечтающая поженить меня со своей внучкой Леночкой.

Но Лена не в моем вкусе совершенно, мы крутились раньше в одних кругах, так я развязнее девиц не видел, таких точно в жены брать не стоит. И только приезжая к бабушке, она была скромняжкой с косичками, вводила свою бабулю в заблуждение. А я хранил секрет подруги и только отмахивался от старушки, когда она очередной раз заговаривала о женитьбе.

- На свидание собрался, - любопытствует соседка, собирая в совок состриженные волосы. – Наконец-то вылез из берлоги.

- На похороны пойду, - говорю уже от двери. – Спасибо, Антонина Степановна, а то я уже скоро косы заплетать бы смог.

- Стой, Саша, - просит старушка, - я тоже на похороны хочу, все-таки сосед хороший был.

Н-да, сосед хороший, значит достоин внимания. А был бы плохой, то не стоило бы и провожать. Логика у стариков своеобразная, нечего сказать. В итоге у ворот морга стою я с венком и Антонина Степановна с букетом чахлых красных гвоздик.

Но зря я прихорашивался, Алена не пришла. Или дела появились, или передумала. Но все равно, наша утренняя встреча дала толчок к моей новой жизни. Я стал меняться с того дня. Вернее, стал возвращаться. Первым делом вспомнил о своей работе, интересной и с отличной зарплатой.

- Шур, привет, - звоню своему непосредственному начальнику.

- О, здорово! Насиделся в своей берлоге? – спрашивает друг, рад слышать его. Нас в группе два Сашки, поэтому все зовут его Шуркой. – Наконец-то, тебя не хватает нам. Когда выйдешь?