Снежный пепел

Глава 15

Алена

Выбираю наряд под любопытным прищуром Марго, моей старенькой квартирной хозяйки. Какое-то волнение в душе непонятное, будто происходит что-то важное.

- Ты на свидание что ль? – спрашивает, придирчиво оглядывая меня с ног до головы. – а не слишком траурно для свидания?

- А я и не на свидание, на похороны, - разглаживаю черную джинсовую юбку и расправляю воротник на темно-синей рубашке без рукавов. – Сойдет?

- Шикарно! – раздаются сухие аплодисменты, в унисон со скрипучим старческим голосом. – Теперь знаю какой красоткой будешь, когда придет время хоронить меня.

Я морщусь, Марго говорит о своих похоронах почти каждый день, смакуя подробности, доставая из старомодного шкафа вещи, в которых ей предстоит отправиться в последний путь. Меня это душит, слишком много смерти вокруг меня, когда работала фельдшером, ее было меньше будто, уравновешивали спасенные мной.

Вдруг припомнился случай годовой давности, авария на перекрестке и мой спасенный. Александр Романов. Где он сейчас? Жив ли, здоров? Хозяин Ромео чем-то напомнил его сегодня. Да, телом он грузнее, есть лишний вес, он такой большой, я стояла возле него и чувствовала себя девочкой, маленькой и робкой. Но несмотря на это, я хочу увидеться с ним вновь, не знаю, почему. Будто я его знаю.

- Но есть же еще что-то? – спрашивает Марго, прищуривая морщинистое веко, подозрительно и смешливо глядя на меня.

- Что именно? – вожу массажной щеткой по длинным волосам, раздумывая, заплести косу или оставить их распущенными.

- Тебе кто-то нравится, и он будет там, на похоронах. У меня глаз наметан, я все-е-е вижу!

- Да. Нравится один… рыжий-рыжий, веселый… Ромкой зовут, - смеюсь я, доставая снимок песика из сумочки. Не знаю, почему не отдала его нынешнему хозяину Ромки, оставила себе.

- Ну-у-у…, - разочарованно тянет старушка, разглядывая фотку.

Телефонный звонок заставляет испуганно вздрогнуть, всякий раз подпрыгиваю, ожидая плохих новостей от мамы. Сейчас у нее стойкая ремиссия, но с такой болезнью расслабляться нельзя. Но на дисплее высвечивается другой абонент, Гринь. Выдыхаю.

- Да, слушаю.

- Так, ягодка моя, - верещит мой начальник, постоянно заряжая меня своим оптимизмом. И он зря звонить не будет, наверное, работу мне раздобыл. – Мигом собирайся и чеши в фитнес-центр на Свободина. У тебя собеседование через час, постарайся не опоздать.

- И кем меня возьмут? Техничкой?

- Почему техничкой? Инструктором. У тебя медицинское образование, опыт работы… эм-м… я правда другу наплел, что стаж у тебя больше трех лет, ты уж меня не сдавай. И да, меня тебе придется бросить, как ни жаль. Но я думаю, что пора тебе уже тереться среди молодых и живых.

Он смеется, а я представляю громадное здание фитнес-центра, не веря, что меня возьмут. Там платят очень много, слышала как-то восторженные истории знакомой медсестрички, у которой парень там работает инструктором.

Одно только плохо – на похороны мне не попасть. Получается, что я обманула хозяина Ромки. И почему-то горечь в душе, сожаление. Но хорошая работа намного важнее.

Через два часа я осматривала свои владения – ряд разнокалиберных тренажеров и приспособлений, свой шкафчик в комнате инструкторов, душевые и прочее. Заодно познакомилась с коллегами, несколькими девушками и парнями спортивной внешности. Если честно, то я не привыкла к такому окружению, поэтому немного смущалась.

- Я Катя, - подходит ко мне одна девушка, высокая брюнетка со слегка накачанными руками и ногами. – Не робей, у нас отличная дружная команда. А я буду пока твоим тренером. Две недели стажировки обязательны. Сейчас можешь идти домой, только получи форму у кладовщицы. У нас дресс-код, как ты заметила, наверное.

- А когда на работу? И график можно посмотреть?

- Завтра на работу. И каждый день, эти две недели. А потом график согласуем. И мой тебе совет – готовься много работать. И для начала подтянем твое тело, инструктор должен быть образцом для своих подопечных.

- А у меня еще работа есть… - присаживаюсь на скамейку, пытаясь усвоить в своей голове, что меня взяли на шикарную работу. Трудностей не боюсь, отношения с коллегами… разберемся по ходу дела, так сказать.

- Увольняйся. Сегодня же. Некогда тебе будет бегать на вторую работу.

Ну да, Гринь уже предупредил. После фитнес-центра еду в морг. По совету старого друга пишу заявление на отпуск, получаю отпускные и увольняюсь. Таким образом мне не приходится отрабатывать положенные две недели, они покрываются отпуском.

Попрощавшись с бывшими теперь коллегами, я поехала к маме, с желанием рассказать ей новости и узнать у врача о самочувствии роднульки. Мама теперь жила в хосписе, здесь же, в городе. Она и лечилась, и работала заодно, помогая нянечкам с особо тяжелыми больными. Часами сидела у кровати таких больных, следила за капельницами или читала книги. В таких больницах пациенты особенно одиноки, их пугает будущее, которое может оборваться в любую минуту.

- Как ты, мамуль? – интересуюсь, заглядывая в бледное лицо мамы. Мы вышли в сад, прохаживаемся по дорожке, среди кустов акации.

- Нормально. Чего приехала? – равнодушно роняет женщина, поправляя платок на голове.