Снежный страж для Снегурочки

Глава 18

Этот последний шёпот был самым страшным. Страж шёл рядом и совершенно его не слышал, ведь весь диалог проходил в голове Снегурочки. Внушал. Казался справедливым. Правильным. Сжигал все её надежды и даже тайные мечты…

И обнажал главный страх, предлагая мгновенное освобождение от напряжения, срыв, после которого можно перестать бороться.

Кристаллики слёз выступили на глазах Снегурочки, впервые тут же превратившись в воду…

Нащупав влагу руками, Снегурочка в шоке замерла, прощупывая веки. Горло сжал спазм. Воздух уже начал срываться с её губ, готовый превратиться в пронзительный, срывающий всё крик отчаяния.

И в этот миг, почувствовавший неладное страж, схватил её на руки, и, прижав к себе, заскользил по льду, расширив площадь соприкосновения своих ступней со льдом.

На другом берегу чёрного озера, он не поставил её на лёд, а заглянул в глаза и потряс, пытаясь достучаться до девушки. Разговаривать сейчас всё ещё было рискованно. Они не нашли выход!

Он просто взял её за подбородок одной рукой и повернул к ней своё лицо, соприкоснувшись лбами. Эфир подсказывал, что такое действие допустимо и в то же время создаёт безмолвный мост доверия и единства.

Его невероятная, лишённая эмоций красота в совокупности с поступком, подействовала на Снегурочку как освежающий душ из ледяной воды на морозе. В ясных, чистых глазах стража было нечто напоминающее сочувствие. Нет, она не задача. Во взгляде стража ни упрёка, ни страха, только беспокойство.

Он поднял палец — длинный, идеальной ледяной формы — и приложил его к своим бесцветным, холодным губам в безупречном, универсальном жесте: «Тише».

Это была не просьба. Не мольба. Это была инструкция. Чёткая, ясная, лишённая эмоционального шума.

Этот жест подействовал на неё сильнее любой бравады или поддержки. Она поняла, что сдаваться, за несколько уровней до цели совершенно бессмысленно и даже глупо!

Получив артефакт, она всё исправит. Станет лучше внучкой… А страж… Ей достаточно и безответной любви, ведь он в любом случае всегда будет рядом и никогда не заинтересуется другой женщиной. В него вообще функций интереса не заложено. Тем более Снегурочка не знала, как устроены мужчины, и в этом плане страж несколько недоработан, что является несомненным плюсом. Если она перестанет каждый раз таять от бешеного ритма сердца, рядом с ним, то объятий стража ей вполне будет достаточно. А ещё, может быть, дойдёт до того, что она посидит у него на коленях…

Сдерживая мечтательную улыбку, Снегурочка до хруста льдинок, закусила губу, втянула носом воздух и кивнула своим мыслям. Ради обнимашек со своим стражем, она готова на всё!

Девушка решительно сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Шёпотуны, будто чувствуя, изменившийся эмоциональный фон девушки, сначала заныли тише, а затем и вовсе расползлись по укрытиям. Больше они не видели здесь жертв для себя.

Страж, будто знал, куда идти, и жестом указывал «иди сюда», и более пристально: Вот здесь, порожек, здесь очень скользко, тут нужно переступить… Вот эту сосульку лучше обойди с правой стороны. Он стал её системой навигации, лишённой голоса, но предельно точной.

И он с точностью подвёл её к выходу! Там, где сосульки образовывали подобие арки, он остановился и указал вниз, на почти невидимую щель между двумя сталагмитами, из которой тянуло слабым, но устойчивым сквозняком — мрачным дыханием третьего уровня. Убедившись, что они под защитой арки, он молча расчистил проход, отломив одним беззвучным точным ударом по основанию мешающие наросты, и жестом пригласил её Снегурочку пройти первой.

Снегурочка оглянулась, подивившись, что стражу удалось не потревожить ни одну из висящих на потолке сосулек, и шагнула в очередную бездну!