Сними очки, ботаничка

10.1 С др

Благодаря тому, что я возвращаюсь домой раньше, у меня есть достаточно времени, чтобы подготовиться к празднику без этой вечной спешки, когда все валится из рук.

— Мам, ты где? — кричу я, уже перерыв полшкафа. — То самое красное платье, ну помнишь же? Где оно?

В дверь просовывается мамина голова. Она смотрит на бардак из моих вещей и тяжело вздыхает.
— Оно у меня. Сейчас принесу.

Начинаю убирать вещи обратно в шкаф. Беру первое, что попадается под руку — розовую кофту. Под ней нахожу белую юбку. Смотрю на одежду, и в голове проносится тот вечер на дискотеке. Как я тряслась от страха, боялась подойти к Мите. Казалось, это конец света. А сейчас думаю — да ерунда все это! Подошла бы и поговорила спокойно. Но тогда я никогда не узнала бы о Вите, о том, какой он смешной, сильный и понимающий… Неужели я повзрослела?

— Мирочка, а платье-то красное зачем? — мама возвращается с нарядом в руках. — Кто-то особенный будет?
Вот как она всегда угадывает? Ничего не знает, но всегда попадает в точку.

— Хочу блистать, как ты учила, — улыбаюсь я. — Восемнадцать лет всего раз в жизни бывает. Еще и линзы нужны, и помада, и тушь… — Верчусь перед зеркалом, ловя свое отражение.

Витя сказал, что я красивая... И если считать, что мое первое искусственное дыхание было почти похоже на поцелуй, то мы уже даже целовались. Щеки начинают розоветь.

— Кудри делать будем? — мама смотрит на меня оценивающе.

— Не-а, только волосы распустить.

Час спустя я вообще не узнаю себя в зеркале. Мама достала какую-то свою супердорогую французскую заколку, собрала мои волосы, оставив несколько изящных локонов. Вот это да… А я еще отказывалась пользоваться ее талантами. Зря.

— Ну ты просто куколка! — мама смотрит на меня, и глаза на мокром месте. — Такую дочь видеть — это ж счастье. Не зря я тебя двадцать часов в муках рожала… Вылезла вся синяя, с кривым носом. Я уж думала, навсегда такой крюк останется, даже хирургов искала…

— Мам, ну нос у меня нормальный! — хохочу я и обнимаю ее.

— Да шикарный нос. Моя порода.
— А раньше ты говорила, что нос как у отца.
— От него у тебя только эта раздражающая вечная задумчивость. Ну и глаза красивые серые... Хоть что-то дал хорошего.
— А папа… Он не звонил? — я запинаюсь. — Ну просто… На всякий случай…
Мама замирает, губы сжаты. Видно, что не знает, что сказать, чтобы не расстроить. Молчание становится невыносимым, и тут — звонок в дверь.

Я чуть ли не бегом несусь открывать, чтобы избежать этого разговора, результат которого и так очевиден.

Поправляю платье. Алое, из струящегося атласа, с открытыми плечами. Сидит как влитое, подчеркивает все, что нужно, но выглядит элегантно. Сама в шоке, что мне нравится. Что-то я волнуюсь. А что, если Витя так и не успел переодеть свою испачканную краской рубашку? Будем оба в красном. Улыбаюсь этой мысли. Считаю до трех и открываю дверь.

На пороге — Катя.

— Ничего себе! — глаза у нее круглые. — Это что за модель меня встречает?

Она входит, разглядывая меня.

— Ты точно уверена, что это просто дружеская тусовка, а не встреча с фанатами? — обнимает меня, и от ее слов становится приятно.

У подруги безупречный вкус. Если ей нравится — значит, и ему… Стоп. А ведь ему нравится Катя. Значит, и ее вкус ему импонирует. Мда, что-то мне в этой логике не нравится.

— Катюш, привет, — мама сияет. — Ну как тебе наша звезда?
Катя обнимает маму и вручает ей букет.
— Мира цветы не любит, а вы всё-таки рожали её, так что это ваш день.

— Спасибо, моя милая, — целует она мою подругу.

— В следующий раз я к вам за прической и макияжем приду. Это нереально круто!
— Пошли, я тебе тоже глазки подведу. Время еще есть, — смеется мама.

— Давайте, — поправляет свое обтягивающее черное платье. Оно сидит на ней идеально, потому что Кислова — настоящая красотка. Стройная, с большими глазами и длинными ресницами, которые, если накрасить, то ими, как в песне, можно взмахивать и взлетать.

— О, а помаду давайте блестящую яркую, есть такая? — слышу я их разговор.
— Сделаю тебе такой макияж, будешь куколка! — обещает мама.

Смотрю в зеркало, и моя уверенность куда-то улетучивается. Я никогда не сравнивала себя с другими. У меня есть мозги — и это мое главное достоинство. Я бы отдала всю красоту мира, лишь бы не потерять свой ум. Но сейчас я не уверена… А мальчикам разве нужны мозги? Или им важно наполовину красота, наполовину ум? А как же внутренний мир? Меня накрывает паника. Я не готова к таким мыслям. Как сделать так, чтобы выбрали меня? А кто вообще должен выбирать? Мира, да что с тобой? Дыши глубже. Что-то внутри ломается, и я не до конца понимаю что. Ощущаю полную беспомощность, а спросить не у кого.

— Мира! Мирочка! — кричит мама, выдергивая меня из мыслей. — Там в дверь звонят! Ты что, не слышишь? Открой!

Вместе с ее голосом до меня доходит настойчивый звонок. Подхожу к двери, все еще в своих мыслях. Открываю. Слышу восхищенный свист.
— Ничего себе. Вот это подготовилась!