Снова ты

Глава 1

Азалия

– Гордей уже едет из аэропорта.

Сначала я даже не понимаю, о чем говорит Мстислав. Слова доходят с какой-то странной задержкой, будто звук на мгновение выключили, а потом резко вернули обратно, и смысл запоздало догоняет меня.

– Что? – нахмурившись, медленно поворачиваю голову, чувствуя, как внутри все будто притормаживает.

Он стоит у окна и смотрит в экран телефона, словно там сейчас происходит что-то куда более важное, чем фраза, которую он только что бросил в пространство между нами.

– Гордей уже едет из аэропорта, – повторяет он, даже не подняв на меня взгляд. – Выехал минут двадцать назад. Если без пробок – будет через полчаса.

Полчаса.

Это слово не просто остается в голове. Оно оседает где-то глубже, тяжелым и холодным грузом.

Я киваю, но чувствую, как это движение выходит слишком медленным, почти неестественным. Горло сжимается, и мне приходится сглотнуть, прежде чем ответить, стараясь, чтобы это выглядело нормально, будто внутри ничего не происходит.

– А-а-а… поняла, – голос звучит чужим, как будто не мой.

Сегодня в доме полно людей. Отец постепенно отходит от дел, и теперь компанией будет руководить Мстислав – мой брат, старше меня на пять лет, и всегда казавшийся чем-то вроде второй опоры этого дома. Все это знают, поэтому сегодняшний вечер – скорее формальность для партнеров, коллег и знакомых семьи.

Я знала, что будут гости. Знала, что придут те, кому это важно, кто должен это увидеть. Но про Гордея, лучшего друга Мстислава, никто ничего не говорил.

Ни разу.

Ни вскользь, ни случайно.

И именно поэтому его имя сейчас звучит не просто неожиданно. Оно звучит неправильно, как будто его не должно быть в этой реальности вовсе. Хотя Гордей всегда был частью нашего дома, даже когда физически здесь не находился.

Мстислав продолжает говорить что-то про ужин, про гостей, про отца и про то, что сегодня не нужны лишние проблемы, но я почти не слушаю. Слова проходят мимо, смешиваются в один монотонный шум.

Полчаса.

Это слово продолжает крутиться в голове, возвращаясь снова и снова, словно времени стало слишком мало, чтобы успеть собраться с мыслями.

Поднявшись с дивана, избегаю зрительного контакта с Мстиславом.

– Я на кухню, – бросаю на ходу, хотя он ничего и не спрашивал.

Он кивает, даже не подозревая, что у меня внутри все сжимается от одного понимания: Гордей скоро будет здесь. Для него это обычная новость. Факт. Человек возвращается домой.

Для меня это совсем не так.

Полчаса.

Быстро иду по коридору, сжимая пальцы в кулаки. Спина прямая, дыхание ровное и какое-то слишком контролируемое, как будто я боюсь, что стоит сбиться, и все внутри выйдет наружу.

– Азалия?

Вздрогнув, оборачиваюсь. Нана, домработница, которая работает у нас столько лет, что давно стала частью семьи, выходит из гостиной, поправляя рукав темно-синего платья.

Она внимательно смотрит на меня и сразу сдвигает брови у переносицы.

– Ты чего такая бледная? Тебе плохо?

– Все хорошо, Нан. Просто устала.

Несколько секунд она еще смотрит на меня так, будто пытается понять, вру я или нет. Замечаю, что она нарядилась – аккуратное платье, серьги, уложенные волосы и быстро перевожу тему разговора.

– Тебе очень идет.

Нана смущенно отмахивается.

– Ой, перестань. Решила хоть раз выглядеть прилично, а то у вас тут сегодня важный вечер.

– Ты и так всегда красивая.

Она что-то ворчит себе под нос, но губы все равно растягиваются в улыбке.

Кухня встречает теплом и запахами: мясо, специи, что-то запекается в духовке. Приглашенный повар стоит у плиты, сосредоточенно помешивает что-то в сковороде, даже не обращая на меня внимание.

Открыв шкаф, достаю бутылку. Хватаю с подставки стакан и направляюсь в свою комнату.

Коридор кажется длиннее обычного, будто растянулся, подстраиваясь под мое состояние. Быстро прохожу его, чтобы ни с кем не встретиться, поднимаюсь на второй этаж и прошмыгиваю в спальню.

Внутри ничего не изменилось. Та же кровать, тот же комод, тот же шкаф, те же шторы. Все выглядит так, будто время здесь остановилось, а я просто вышла на минуту и вернулась обратно.

Это ощущение давит на грудную клетку.

Закрыв дверь, поворачиваю ключ. Только после этого позволяю себе выдохнуть. Сажусь на край кровати, ставлю стакан на тумбочку. Пробка от бутылки щелкает и этот звук неожиданно режет слух. Наливаю немного, чтобы жидкость покрыла дно. Хотя… доливаю половину и завороженно смотрю на янтарную жидкость.

Я не пью виски с тех пор, как в последний раз позволила себе забыть, кем Гордей для меня является. И кем я не должна была становиться для него.

Мысль об этом отзывается внутри неприятным, почти болезненным эхом.

Взяв стакан, подношу к губам и, не давая себе времени передумать, делаю несколько больших глотков. Горло сильно обжигает. Я зажмуриваюсь, наклоняюсь вперед, обхватывая стакан двумя руками, и какое-то время просто дышу, стараясь переждать это ощущение.

Полчаса.

Он уже в дороге.

Провожу пальцами по краю стакана, чувствуя гладкость стекла, как будто это может заземлить меня и вернуть в реальность. Рвано выдохнув, кручу стакан, наблюдая, как виски скользит по стенкам.

Не думать.

Не представлять.

Не вспоминать.

Я почти заставляю себя повторять это как мантру, но понимаю, насколько это бесполезно. Потому что память все равно находит, как вернуться.