Снова вместе: Сердце помнит все

Переживания

Лили сидела в приемном покое, словно прикованная к стулу, ожидая, когда наконец назовут ее имя и разрешат зайти за результатами рентгена. Каждая минута тянулась невыносимо долго, превращаясь в подобие вечности. Весь час Лили мучительно перебирала в памяти события сегодняшнего дня. Как Марк оказался в спортивном зале? Что за девушка была рядом с ним, так непринужденно обнимающая его? Где он сейчас? Вспомнил ли он её? Эти вопросы, словно назойливые мухи, роились в голове, не давая покоя, пока наконец не появилась врач с заветными снимками в руках.

— Вот ваши результаты, — произнесла она, протягивая снимки Татьяне. — У Лили Кисловой перелом в двух местах. Вам сейчас нужно пройти в отделение травматологии и наложить гипс.

— Хорошо, спасибо большое, — ответила мама, стараясь не показывать своего волнения.

— Это моя работа, — сухо констатировала врач и быстро удалилась.

— Ну что, моя больная принцесса, пошли гипс тебе накладывать, — с нежной улыбкой сказал папа, бережно беря Лили на руки.

— Пошли, — тихо ответила девушка, прижавшись к отцу.

Татьяна шла впереди, стараясь скрыть слезы, а Сергей, нежно прижимая Лили к себе, следовал за ней. В его глазах читалась любовь и сочувствие к дочери. Когда семья Кисловых добралась до кабинета, где накладывали гипс, Татьяна постучала в дверь.

— Можно войти? — спросила она.

— Войдите, — отозвался глухой голос из-за двери.

Татьяна открыла дверь, пропуская мужа с дочерью на руках вперед. Войдя в кабинет, Сергей опустил Лили на кушетку, обитую дерматином. В светлом помещении, пропитанном запахом лекарств и бинтов, некоторое время царила тишина, которую вскоре нарушил грубый голос доктора.

— Давайте рентген, — буркнул врач, даже не взглянув на пациентов. По его уставшему виду было понятно, что он давно перегорел на этой работе.

Татьяна молча протянула снимок рентгеновскому технику. Доктор, нехотя поднявшись со своего места, взял гипсовый бинт и процедил:

— Снимайте кроссовок и носок.

Лили, с трудом сдерживая слезы, сняла обувь и носок с больной ноги. Доктор принялся накладывать гипс. Лили чувствовала, как неприятный холод сковывает ее ногу, словно заключая в тесные объятия. Когда гипс был наложен, врач, что-то записывая в медицинскую карту, небрежно бросил:

— На ногу нельзя наступать, исключить физические нагрузки. Постельный режим обязателен.

— Да, конечно, — заверила его Татьяна. — Мы можем идти?

— Да, идите, — равнодушно ответил доктор, протягивая костыли.

— Спасибо, до свидания, — поблагодарила его Татьяна, а Сергей лишь кивнул в знак прощания.

Лили, с трудом опираясь на костыли, медленно направилась к выходу из кабинета. Ее родители шли следом, поддерживая ее и не давая упасть. Весь путь до машины Лили размышляла о том, как она будет жить без волейбола. Этот спорт был частью ее жизни, ее страстью, ее зависимостью. Как она сможет выдержать долгое расставание с любимой игрой?

Добравшись до машины, Сергей помог Лили устроиться на заднем сиденье, а сам занял место за рулем. Татьяна села рядом с ним. Всю дорогу домой они ехали молча, стараясь не потревожить больную дочь. Дорога заняла около двух часов. За окном сменялись унылые осенние пейзажи. Подъезжая к городу, семья Кисловых попала в пробку. Вскоре, от монотонной езды и усталости Лили уснула, прислонившись головой к стеклу. Ее родители тихо переговаривались о чем-то, стараясь не разбудить ее.

Доехав до дома, Сергей осторожно разбудил Лили. Они вышли из машины и направились к подъезду. Поднявшись на лифте на нужный этаж, они зашли в квартиру. Едва переступив порог, Лили с облегчением опустилась на мягкий пуфик, стоявший в прихожей. Отбросив костыли в сторону, она стала снимать обувь и бомбер. Подняться с пуфика ей помог отец.

— Иди в комнату и ложись на кровать, — заботливо сказала мама. — Тебе нужен постельный режим.

Лили, не говоря ни слова, поплелась в свою комнату. Дойдя до шкафа, она принялась выбирать одежду для сна. Ее выбор остановился на комплекте из черных шелковых пижамных штанов и майки такого же цвета и качества. Переодевшись, Лили с облегчением забралась под одеяло и поставила костыли рядом с кроватью. Через несколько минут, измученная болью и усталостью, она погрузилась в глубокий сон, ускользнув в царство Морфея.