Сны безвременья

Сны безвременья

Лицо женщины было бледным, словно простыня, на которой она лежала. Она была без сознания, но все равно печать какой-то непонятной тревоги оставалась на нем неизменной. «Наверное, если бы она умерла, то выглядела бы также» - подумал Кунал, приподнимая веки и светя в закатившиеся глаза фонариком. Потом он отдал распоряжения медсестре и спустился вниз, чтобы выпить очередную порцию кофе. Иначе он просто упадет.

Отделение реанимации находилось на шестом этаже, а кабинет на втором. Это было даже хорошо, потому что будь у него доступ к кофейнику поближе, он бы уже давно сам лежал на больничной койке от переизбытка кофеина. Ночная смена выдалась на редкость беспокойной. Только к ним в госпиталь привезли сегодня четверых «суицидников». Одного вынули из петли, двум промывали сейчас желудок, а последнего пришлось отправить на первый этаж – он-таки добился своего. Во врачебной среде уже начали поговаривать об эпидемии самоубийств.

Кунал четыре с половиной года работал в этой больнице, но не помнил такого количества суицидальных попыток в одно и то же время. Да, в общем-то, даже его старшие коллеги тоже не помнили. Тем не менее, для медперсонала странное обилие происшествий было всего лишь поводом, чтобы разнообразить будни. Многие перебрасывались шуточками на эту тему. Как известно, у медиков, особенно тех, кто каждый день имел дело с жизнью и смертью, собственный юмор, который мог показаться кощунственным для обычного человека, но на самом деле он спасал их от того, чтобы не чувствовать слишком сильно беды ближнего. Иначе они не смогут спасать жизни.

Кунал налил полную чашку кофе, откинулся в кресле, закрыл глаза и задумался. О женщине, которой недавно промыли желудок. На несколько минут она пришла в себя и что-то бормотала о снах безвременья.

- Бред! – констатировал Раджу Шарма, гастроэнтеролог, который изучал изображения эндоскопа.

Кунал тогда согласился с ним, но какое-то внутреннее чувство заставляло его думать об этом эпизоде. Может быть, именно в нем кроется разгадка, почему эта молодая и вполне цветущая женщина решила покончить с собой. С рациональной точки зрения это было глупо. Пациенты часто бредили и более странными вещами, и, как врач, Кунал хорошо понимал, что ее слова нельзя принимать всерьез.

Мужчина глубоко вздохнул и отпил глоток горького ароматного напитка. Вероятно, в душе его еще жили призраки древних верований. Кунал Чоухан родился и вырос в деревне в Раджастане, где на задворках цивилизации религиозные традиции были непременной частью повседневной жизни, и мир тамошних жителей полнился всевозможными чудесами. Почти десять лет он жил в деловом европеизированном центре Мумбаи. Сначала учился в университете, а теперь нарабатывал опыт, чтобы открыть собственную практику. Но видимо так до конца не изжил в себе мальчишку, который каждый день раскрашивал мир сотнями магических знаков и видел реальность даже в аллегориях ведических текстов, которые бормотали пуджари во время поклонений в храме.

Признаться, Кунал скучал по тем временам. Тогда мир представлял неиссякаемый источник тайн, чудес и мудрости, а нынче, облаченный в науку, стал прагматичным и предсказуемым. Поэтому загадочная история с женщиной-самоубийцей пробудила в нем жажду непознанного. Невзирая на законы логики, Кунал все же решил повиноваться своим чувствам. Ему страстно хотелось поговорить с пациенткой. Он спас ей жизнь, и безмерно хотел узнать, что случилось, и что все-таки означают сны безвременья, о которых шептала девушка с потрескавшимися губами.

Лицо женщины покрылось капельками пота, она тяжело дышала и с ненавистью смотрела на доктора. В палате они были одни. Кунал специально отослал медсестру, чтобы им не мешали. Но женщина не казалась настроенной на беседу. Из карты поступления он знал ее имя – Сунидхи Джохар. И все. Кунал тщетно пытался разговорить ее, но она только метала молнии из своих черных и острых, как могольские мечи очах, глядя в склоненное лицо доктора. Поняв, что все безрезультатно, Кунал оглянулся, чтобы его никто не слышал из коллег и тихо спросил, повинуясь своему внутреннему чувству:

- Что такое сны безвременья?

Женщина встрепенулась, и в ее глазах зажегся страх, потом они вновь потухли, и Сунидхи снова погрузилась в болезненное небытие. Интоксикация еще не прекратилась, поэтому она была весьма слаба.

«Дурак!» - корил себя Кунал. Чего он выдумал? Пугать пациента его же собственными бредовыми фантазиями, но уже наяву! Нужно было слушать Раджу! Кунал постарался забыть об этом, но на самом деле загадочная реакция Сунидхи Джохар только распаляла желание разгадать тайну.

Наутро смена закончилась, и реаниматолог отправился домой. Следовало выспаться. Но во сне его преследовали странные видения, будто он гнался за ветром в окружении высоких ощетинившихся теней, которые при попытках их рассмотреть теряли свои очертания, и одновременно с этим казались удивительно знакомыми.

Проснувшись где-то в час пополудни Кунал, прикрыв покрасневшие глаза темными очками, явился в больницу, хотя сегодня не дежурил – навестить двух других самоубийц. Малик Башир пострадал сильнее всех и за него все еще дышал аппарат. Шею Шекхара Мальхотры опоясывал уродливый кровоподтек – след от веревки, но он был в сознании.

- Что такое сны безвременья? – повторно задал свой вопрос Кунал, не ожидая получить на него желанный ответ.

А вдруг эти случаи никак не связаны? Человек замотал головой, а потом с мукой посмотрел на доктора и прошептал:

- Я хочу жить, но они измучили меня, хотя я уверен, что они не существуют.

- Вы поэтому пытались покончить с собой?

Шекхар напряженно кивнул:

- Это грех, но совершил его не я. Не я! Господь жесток, если наказывает меня за чужие грехи!

- Расскажите.

Кунал взял руку человека в свою, чтобы тому было легче расстаться с мучительной тайной, и постарался придать своему лицу участливый вид, хотя на самом деле сгорал от нетерпения и предвкушения скорой разгадки. Однако доктор даже не догадывался, что ему предстоит.