Сны исчезающего края

Лодинг

9

Но зима остужает сердце,
Обвивая туманами сонными.
Лишь мечты и рассветное солнце
Остаются незамутненными.

Ей снова снился тот сон.
На горизонте черной громадой повисли горы. Небо выгорело до бела. Она стояла посреди знойной пустоши, на берегу озера с вечно холодной водой и пугающе тихой поверхностью. Ветер играл еще длинными волосами девушки. А рядом на пыльной дороге стоял он – зеленый рыцарь. В зеленом плаще и черном колете, черных штанах и высоких сапогах, на поясе приютился кинжал: светлая сталь, усмешка простой гарды, перевитой кожаными ремнями, небольшой круглый набалдашник из изумруда. Высокий, мощный с широкими плечами, сильными руками и горделивой осанкой. Ветер перебирал его волосы, а он стоял и улыбался, глядя прямо на девушку своими глубокими зелеными глазами.
И, казалось, в пыли дороги проступают золотистые узоры, даже вроде бы, она узнает их, может прочитать, понимает их смысл.
О чем говорили эти двое и говорили ли вообще? Анариэль не знала. Она чувствовала, да, говорили, не размыкая губ, глядя в глаза. Говорили о чем-то важном и невесомом как сон…
Сон… Анариэль открыла глаза и попыталась отделить нити реальности от пряжи сна.
Свет еле пробивался сквозь плотно закрытые шторы. Она лежала на кровати в незнакомой комнате. Рядом на стуле было сложено чистое платье. Не ее платье, но ее цвета. Цвета? Ах да, ей всегда нравился синий, да и во сне она была в синем платье. И все-таки, ее цвет…
Анариэль решительно тряхнула головой, и села на постели. Голова закружилась несильно, но неприятно. Девушка осторожно оделась, обула стоящие рядом с кроватью домашние туфли и медленно приблизилась к двери. Пол не спешил уходить из-под ног, просто слегка покачивался, как днище лодки, чтобы не расслаблялась.
За дверью оказался узкий полутемный коридор. Одна из дверей была открыта, и из нее лился мягкий свет прирученного людьми огня. Это была небольшая комната, единственное освещение которой на данный момент составлял камин. В комнате стоял низкий столик и несколько кресел, в одном из которых с бокалом вина устроился Лодинг. Он улыбнулся девушке и спросил, как ей спалось.
– Хорошо, спасибо, но где я?
– Ты в доме одного из лучших магов этого города, а по совместительству скромного рыцаря, спасающего девушек от черных.
Комната начала плыть перед глазами, но благодаря вовремя подоспевшему Лодингу, Анариэль не упала, а была аккуратно усажена в мягкие объятия кресла.
– Прежде всего, тебе нужно утолить голод, а потом любопытство, – сказал он, выходя из комнаты. Через несколько минут он вернулся с подносом еды. Анариэль даже возражать не стала.
– То есть ты маг? – спросила она, покончив с едой.
– Да, есть такое, – улыбнулся Лодинг, сидя в кресле напротив. У него была особенная улыбка, не похожая на ту, которую она видела во сне. Казалось, мужчина смеется над собой, а внутри остается серьезным, как будто его мысли были заняты чем-то другим.
– А почему ты не сказал об этом?
– Да как-то времени не было.
– А почему не воспользовался своей магией против черных?
– Я-то как раз пользовался. Сначала чтобы перенести себя и двоих паладинов поближе к Башне, а потом, чтобы вызвать подмогу из Города. Честно говоря, я до сих пор окончательно не восстановился после перемещения, а в те дни был почти на нуле.
– Что-то мне последнее время везет на всяких типов, – усмехнулась Анариэль. – Сначала жених темным колдуном оказался, теперь ты…
– А сама ты кто? – вдруг серьезно спросил Лодинг. – Там, у озера, от тебя не пахло даром. А потом, милое создание, ты пробираешься туда, куда не всякий колдун рискнет сунуться, вызываешь ополоумевшего от удивления мага, удираешь от черных, которым зачем-то вдруг понадобилась, а потом еще и оказываешься в старой дружбе с волками. После чего несчастный маг решает: либо его чутью пора на свалку, либо ты не вписываешься в его представления о человеческих возможностях. Ты сама-то хоть знаешь, кто ты?
Анариэль была настолько ошарашена вопросом, что ответила честно:
– Не знаю. Я знаю, что была обычной девушкой, отличавшейся других лишь способностью общаться с волками. А потом я отправилась в путь, и мне пришлось стать Рилом, мальчишкой, приехавшим на войну вслед за старшим братом. Потом Рилу начали сниться сны, которые он не помнил. Только сны эти его в горы звали. И там опять пришлось действовать Анариэль… А кто я теперь, я не знаю, но чувствую, что общего с моими предшественниками у меня мало.
Маг одарил девушку тяжелым изучающим взглядом, а потом вынес вердикт:
– Ты ничего не знаешь о стране, в которую приехала, о врагах и друзьях. Ты даже о себе ничего толком не знаешь.
– Я хочу узнать. Научи меня, будь моим учителем, Лодинг.
Он посмотрел на кубок в своих руках, на левой руке играло отсветами камина крупное кольцо с ограненным изумрудом в золотой оправе. Девушка замерла, ожидая его ответа с непонятным для себя волнением. Прошла томительная минута, когда он снова посмотрел на нее и ответил:
– Хорошо, но я хочу, чтобы ты поняла одну вещь. Я буду учить тебя не из сострадания, не из-за того, что иначе ты и дня не сможешь прожить в этих краях. Мне интересно. Я хочу изучить тебя, узнать кто ты. Это будет платой за обучение.

Устроив Анариэль отдыхать в своем доме, он немедленно отправился доложить. Верховного мага он нашел в кабинете. Учитель просветил его с ног до головы, убеждаясь, что он вернулся целым и невредимым, и только потом спросил:
– Ты выяснил, что это было и кто тот новый маг?
Лодинг кивнул. Он рассказал учителю о своей поездке, а потом про первую встречу со странной девушкой у озера, которое отмечало начало зачарованной земли. Старец хмурился.
– Зря ты не погнал ее в Город за советом мага.
– Я не почувствовал дара, – повторил он, не напоминая, что тем более, не удостовериться, что она точно поедет в Город, поскольку спешил ко двору с его же заданием, но Верховный только отмахнулся.
– Дар нестабилен, нужно время, чтобы созреть, а ты слишком молод, чтобы разглядеть непроклюнувшийся росток. Плохо, что о ней знают черные, но по-другому и не могло быть, раз уж ее занесло в Башню Связи.
– А волки?
Учитель посмотрел в окно.
– В этом мире больше странных чудес, чем мы можем понять. Возьмешься ее учить?
– Возьмусь, если попросит.
Ответ не удовлетворил Верховного.
– Девчонка еще ничего не понимает. Так что ты возьмешься за ее обучение или убедишь ее в необходимости этого.
Он кивнул, принимая приказ. Когда Лодинг уже собирался уходить, его догнало тихое предостережение:
– Будь осторожен, пока не поймешь, кто она такая.