Сны исчезающего края

16

Анариэль пришла в себя на поляне посреди вражеского лагеря, руки были связаны за спиной веревками. Она поднялась на ноги, пошатнулась и увидела Лодинга, встающего с земли рядом с ней. Было зябко и в то же время душно, как будто они оказались внутри опустившегося на землю облака или в ложбине, затопленной туманом. Солнце не пробивалось сквозь туманную завесу и оставалось надеяться только на свое чутье, которое подсказывало, что кругом враги, что все еще день, и еще о чем-то пытался напомнить тихий внутренний голосок, но его перебили.
– Ну, здравствуй, Анариэль, – услышала она рядом знакомый до боли голос.
Повернувшись, девушка увидела Эдварда. Он выглядел старше, но был все таким же худым. На бледном лице появилось несколько жестоких морщин, а в глазах плясали безумные огоньки, которых раньше ей ни разу не доводилось видеть.
– Вижу, ты соскучилась без меня и нашла себе нового жениха. Ну, ничего, я быстро с ним разделаюсь, тогда мы снова будем вместе, – продолжал Эд.
Слова, произнесенные им, вырвали девушку из оцепенения и подняли в ней волну гнева:
– Ты предал Дрима! Как ты мог? Ты и меня предал, став черным! Я тебе больше не невеста. Теперь ты мой враг, и если хоть пальцем дотронешься до Лодинга, я уничтожу тебя!
Лицо колдуна перекосилось, так она никогда с ним не разговаривала, да и имя Дрима, похоже, сильно его задело.
А внутри у девушки кипела ярость, ее руки напряглись, сила потекла по ним и веревки лопнули. «Звезда!» – ее мысль молнией метнулась к Лодингу. Он кивнул, и через мгновение из его руки вылетела та самая, голубая звездочка и понеслась к Анариэль.
Пока Эдвард приходил в себя от бешенства, Ани поймала звезду левой рукой… И закричала от боли. Казалось, огонь охватил ее левую кисть. Казалось, на нее надели раскаленную до бела сетку. Пересиливая боль, она сжала ладонь, чувствуя, как огонь проникает внутрь и что-то еще. Тоненький голос на краю сознания никак не умолкал, пытаясь докричаться до нее, напомнить ей совершенно пустяковый факт: они с Эдвардом обручились три года назад, в день ее рождения. В этот самый день.
Звезда исчезла, жар стих, и Анариэль завороженно посмотрела на свою левую руку, на которой после соприкосновения со звездой проявился затейливый темно-синий, постоянно изменяющийся, узор. Сфокусировавшись на нем, Анариэль ощутила, как ее сознание прояснилось впервые за все время жизни в этой стране. Она вспомнила все свои сны. Она четко поняла, кто и что двигало ей все это время. Она знала, что за татуировка охватила ее левую руку. Вся ее память была там. Стоило лишь мысленно пройтись вдоль темных линий… Ее разум и тело вспомнили заклинания, о существовании которых ни Лодинг, ни Эдвард никогда не подозревали. Миг, и ветер взъерошил ее волосы, раздул плащ, напомнив девушке, кто ей настоящий брат по крови. Дальше… Нет! Стон, боль, холод, отчаяние. Не надо, не хочу, нельзя вспоминать! Потом. Как-нибудь потом. Все, что нужно для выживания, она уже вспомнила.
Все это длилось несколько мгновений. За это время Эд очухался и его заклинание ударило Анариэль в грудь и отбросило на землю. Он не сообразил, что произошло, лишь подумал, что маг поделился с ней своей силой, и поспешил отделить ее от учителя.
– Что ж, любимая, раз ты отказалась от меня, живи, как хочешь. Ты привела мне противника, с которым я давно мечтал сразиться, и заслужила этим право на жизнь.
– Если хочешь драться, ты будешь драться с нами обоими, – выкрикнула Анариэль, вставая, внутри сияла и бурлила проснувшаяся сила. Сила, которая всегда была в ней, которой она принадлежала, и только развеявшееся забвение прятало ее все эти годы.
Лодинг улыбнулся, готовясь атаковать. Его плечи напряглись, веревки натянулись, но не поддались, однако его настроение не понравилось колдуну, он поднял руку в сторону рыцаря и ядовито усмехнулся:
– Ну, уж нет. Ты меня отвергла, но он тоже не получит того, чего так жаждет. Мы знакомы с детства, и ты точно знаешь, когда я говорю правду. Так вот, этот очень благородный, – он сплюнул, – рыцарь, преследует весьма корыстные цели. Почуял в тебе невиданную доселе силу и поэтому стал твоим учителем. Он просто хочет использовать тебя как оружие против нас.
Это была сущая глупость и Анариэль посмотрела на Лодинга, думая, что тот рассмеется в ответ, но он побледнел.
– Потом он понял, что ты гораздо сильнее его и вскоре можешь выскользнуть из сферы его влияния, – продолжал Эд. – Тогда он решил привязать тебя к себе лично. Это было не трудно. Ты ведь влюбилась в него. Да и он испытывал к тебе симпатию.
– Это неправда! А как же сны? Мы ведь оба видели один и тот же сон!
Анариэль чувствовала, что задыхается, что проклятый туман забился ей в грудь и внутри стало холодно и липко.
– Спорим, он и сам до сих пор не может понять, к чему этот сон, – усмехнулся Эдвард.
– Лодинг, – взмолилась девушка, – пожалуйста, скажи, что это все ложь! Ты же любишь меня?
Зеленый рыцарь опустил глаза.
– Я люблю тебя. Люблю твою тайну, твою силу, – он вскинул голову, – помоги мне одолеть его. Я сделаю все, что ты захочешь, я помогу тебе добиться всего, только помоги мне!
Резкая боль в сердце заставила ее схватиться за грудь. Ветер, еле шевелящий ее волосы, нашептывал ей, что на этой поляне не было произнесено ни слова лжи. Все было именно так.
– Тебе нужна не я, а моя сила, – ее голос звучал тускло и глухо. – Твоя проклятая магия заменила тебе сердце и разум, как и ему.
Слезы жгли глаза, но она не хотела их выпускать. Не хотела, чтобы два мужчины, променявшие ее на силу, видели ее слабость. В ее голосе зазвучала сталь:
– Деритесь сами. Я больше не желаю иметь дела ни с одним из вас.
Легкое движение руки, и веревки, связывавшие Лодинга, упали.
– Это моя плата за обучение, учитель, – лицо девушки скривилось в ухмылке.
Маг и колдун посмотрели друг другу в глаза, и поединок начался.