Сны исчезающего края

6*

Постепенно зарастали раны Скайлен. Города прекратили споры о первенстве. Начал строиться Третий город, Трилли. Однако завершение междоусобицы не устраивало королей тех двух стран, которые за несколько веков до этого отправили свои экспедиции в Скайлен. Ведь пока шла война, каждый из них надеялся, что победят его люди, хотя мы уже давно не можем сказать, что принадлежим тем королевствам. И с заключением мира стало ясно, что мы хотим суверенитета.
– Ну и оставили бы вас в покое. Плодородные земли ведь все уничтожила война, если я правильно понял?
– Правильно. Но ты забыл, что в других странах магия редка и слаба. А у нас тут каждый второй – маг. Пока мы воевали между собой, мы почти не представляли угрозы для соседей... Думаю, теперь тебе понятно, почему новорожденный мир оказался коротким.
Сначала магию объявили вне закона. На родину и так никто из нас не рвался, но вот парочку наших послов на кострах всё-таки спалили. Нам пригрозили, что прекратят поставки продовольствия, если мы не признаем себя чьей-либо территорией. Думаю, ты понимаешь, что в этом случае нам пришлось бы продолжить войну. И мы ответили отказом.
Мне пришлось немало потрудиться, чтобы убедить старейшин обоих советов магов, но так и не удалось убедить упрямых старцев. Тогда Маркус предложил Лодингу и Эдварду занять место старейшин.
– Как? Они же лишились силы, после заклинания Анариэль!
– Это было в её власти. Но вместе с Сольви они нашли способ восстановить силы обоих. Благодаря тому, что они приняли сторону Скайлен, земля сама давала им силу. Сам принцип их действий изменился, и они больше не приносили вред стране. Лодинг и Эд согласились, а лишенные магии советы не могли противостоять двум молодым талантливым магам.
– А как вы жили?
– Ещё лет за пять до подписания мира, я, один мой друг и Сольви начали думать, как вылечить землю и вернуть ей плодородие. Конечно, при условии, что борьба прекратится. За эти пять лет мы достигли многого и успели поделиться этим проектом со всеми нашими. Поэтому у нас был шанс справиться, хоть и небольшой... Но нам не дали проверить наши силы. И, как я теперь понимаю, к счастью.
Через месяц после официального заявления об отказе признать Скайлен частью одной из стран, к нашим границам подошли две армии. Так началась новая война. Но теперь мы не могли допустить магических битв. Нас бы просто стерло с лица земли... Да что там, весь мир мог рухнуть!
И мы дали бой. Нас было чудовищно мало, но теперь мы бились рука об руку, чтобы защитить наши жизни, нашу землю, наш мир. И против двух тысячных армий на поле боя вышли: две сотни бывших пограничных дружин, сорок паладинов, сорок чёрных всадников, горстка оборотней и шесть магов (от одного из которых никогда не знаешь, чего ожидать, а другая – девушка). Мы думали, что погибнем. Но Скайлен заступилась за нас. В тот день мы впервые все вместе осознали себя её детьми.
О, это было великолепное зрелище. Вражеские армии теснили нас всё больше и больше, они практически смяли нас. И тут в пламенеющем закатном небе появились грифоны. Из-под земли начали вылезать сотни гномов. А как только в небе проступили первые звёзды, в воздухе раздалось ржание козерогов. Несколько десятков этих великолепных зверей пришли нам на помощь. Силы всё ещё были неравны, нас вполне могли задавить числом, но ночь озарилась разноцветными огнями – это с неба неслись поющие звёзды, которых никогда не видели в нашем мире. Это было неожиданно и страшно, даже у меня мелькнула мысль, что мы всё-таки нарушили хрупкое равновесие и мир распадается на части, но Лодинг обнадёжил нас – он поймал одну из звёзд и, впитав её силу, выкосил несколько сотен вражеских солдат одним заклинанием. Кое-кто успел последовать его примеру, но армии врага уже были сломлены: одни бежали, другие сдавались в плен, третьи молили о пощаде.
Победа настигла нас внезапно. По правде, такого поворота событий не ожидал никто, ни мы, ни они. Несмотря на все надежды, я понимал, что долго нам не выстоять, и хотел только оттянуть момент, когда пришлось бы применить серьёзные заклинания, которые могут навредить земле. Наши противники же были полностью уверены в своей победе. Настолько уверены, что не поленились привезти с собой знаки своей веры, которой они хотели сковать выживших и уничтожить несогласных.
Один из этих артефактов мы даже оставили, как трофей. Да ты сам его видел много раз – это каменная статуя ангела. Часовню, правда, мы построили по образцу наших, во внешнем мире такие статуи тоже ставят в часовни.
После разгрома оставшиеся в живых вернулись домой, вовсю распространяя легенды о непобедимости Скайлен и нашей нечеловеческой природе. Короли смирились с поражением. Они поняли, что потеряли эту землю, ещё когда позволили группке разведчиков и молодежи уйти жить в Скайлен.
А мы продолжили понемногу врачевать раны земли. С тех пор в Скайлен не было воин. Мы выжили, и неплохо выжили, судя по тому, как тебе здесь понравилось. И даже пространство и время стабилизировались, на что я не надеялся. Кстати, козероги остались. Не все, конечно, но одна пара облюбовала то самое озеро, у них уже два малыша. Так что жизнь наладилась. Нам остаётся только время от времени напоминать внешнему миру их собственные сказки о стране чародеев, и Лодинг с этим вполне справляется.
Вот, собственно, и всё.
– Нет, не всё! Ты до сих пор жив и Лодинг тоже, а остальные умерли. Получается, что время не властно над вами, почему?
– Мы с Ло не единственные, просто нас ты знаешь. Анджис, мой друг, бродит по лесам, забирается в горы. Он очень любит дикую природу, возится с грифонами, общается с козерогами. Эдвард живёт в двух городах. Он руководит образованием и научными изысканиями и постоянно мотается между Остином и Кригом. Сольви, как я уже говорил, обосновалась в лесу на севере. Дрим руководит обучением боевому искусству и подготовкой стражей границы. А вот почему мы до сих пор живы, я могу лишь предполагать. Может быть потому, что мы всё ещё нужны Скайлен.