Со дня встречи на фестивале

Деревня Энно. За 10 минут до подпольного единоаристократического совета.

Солнце ярко горело над горизонтом, окрашивая реки в багрянные цвета. Рыжие кудри порхали в свежем лесном ветре, мягкий голос смеялся звонким, как ручеек, смехом.  
-Миарина, не убегай далеко.  
-Пааап, быстрее! Я уже чувствую запах пирожных с шоколадной глазурью или медом, и начинкой из малины, нет, клубники, нет, орехов и корицы… 
-Ммм, ты заразила меня своим аппетитом. Ну-ка идем ко мне. 
Подхватив девчонку, кудрявый черноволосый мужчина с хохотом побежал вдоль деревьев. Где-то за ними с корзиной в руках тихонько шагала  миловидная женщина. Медная макушка спускалась водопадом кос до самых колен, губы алого оттенка смеялись в полуулыбке. Внезапно глаза цвета топаза окрасились серым дымом. Лицо побледнело. Глухой  стук корзины вернул ее в реальность. Встревоженным голосом она окликнула мужа. 
-Райн, Мика, быстро сюда. 
Амари оглянулись и перепрыгивая холмики и пни, хохоча понеслись к ней.  Но смех прекратился, стоило лишь увидеть бледное лицо.  
-Дорогая, виденье? 
Чуть ли не плача она кивнула, прижала к себе дочь  и сдернув со своей косы резинку, намотала ей на руку. 
-Миа, повтори за мной. Арну не орими мони редосто.  
Удивленно взглянув, та повторила заветные слова. 
-Прошу, запомни, если захочешь вернуть утраченную жизнь или предотвратить ошибку тебе поможет заклинание Анмириа. Но используя его ты утратишь все силы, и магические, и жизненные. Поэтому прошу, используй только когда это необходимо. 
-Мамочка, я обещаю что запомню и не забуду его, обещаю.-прозвучал ее наивнвй ответ,- Но что с тобой. Мамочка, не волнуйся. Ты бледная. Тебе нельзя волноваться. 
-Не буду, любимая. Я верю, с тобой все будет хорошо. Ну-ка, повтори заклинание еще раз. 
-Анмириа. 
-Молодец, ты моя умничка. Не забывай его. И прости, что мне приходится сделать это.  
Райн уже понял, что Сэлиана ставит блок. Схватив ее за руку, он открыл ей свою манну. На лице жены появилась грустная благодарная улыбка. Они скрыли воспоминания девочки о походе в лес. Та удивленно взглянула на родителей. Последнее, что она услышала от них было “Никогда не сдавайся.” Их кожа стала прозрачной, будто бы из воздуха. Слезы взлетели яркими светлыми сферами и исчезли с их последней улыбкой. 
Девочка сидела и не понимала. Вот, только что мама и папа были здесь и теперь их нет. Так ведь не бывает. Что вообще произошло. Щеки жгло от слез, в душе было пусто и тихо. “Помогите”-прошептали губы. И еще раз, и еще, и еще, все громче и громче. Градинки слез как искры огня. Кто поможет, кто-то ведь должен. Ватными ногами она брела к дому, к деревне. Улочки пусты, друзей нигде нет, нет и взрослых. Одинокие псы бродят в своих дворах, снуют петухи, на подоконниках беспокойно оглядываются коты да кошки. Где все амарийцы? Она ушла к себе домой, в свою комнату. Прижалась там к стене и тихо заплакала. Скоро слезы высохли и пришел спокойный сон. 

Шаги, крики, возгласы.  До Миарины доносился целый преферанс звуков. Сквозь мутную пелену заспанных глаз виднелось горящее ярким жгуче огненным светом окно. Протерев веки, подошла к нему. Сердце пропустило кульбит, пальцы крепко сжали оконную раму. Множество людей сновали от дома к дому. Полы их белых паланкинов подметали черную землю. Они поджигали дома один за другим. Если бы у Мии была сила, если бы она была хоть на пару лет старше. Но до двенадцати лет способность ни у кого еще не раскрывалась. А ей всего лишь семь. Что же делать? Эти убийцы не пощадят ее. Лишь одно верно, надо бежать. Взлетев по лестнице девочка добралась до спальни родителей. Быстро обыскав тумбы, схватила нитки, иголки, ткани, ножницы. На кухне взяла лишь котелок и искорный коробок. Побросав все в одну сумку вернулась в комнату. Теперь туники, штанины, блокноты, ручки, медальон, подаренный мамой, щетки, расчески, полотенца, термос. Что ещё? Под шкафом была заначка родителей на черный день. Кроме нее она схватила папин перочинный нож. Накинув теплую куртку, шапку и сапожки, с тяжелым сердцем маленькая девочка смотрела в последний раз на свой дом. Быстро, быстро, огибая кочки и пни, она бежала в лес. Светлый костер деревни остался позади.