Собака на счастье

Собака на счастье

Трезвон продолжался, несмотря на то, что я с первого же раза попала в будильник диванной подушкой. Недовольно замычав, я прислушалась – звонили в дверь.

– Нет меня! – сказала я в пространство и перевернулась на другой бок.

Звонок не умолкал, постепенно пробуждая во мне дремучие инстинкты, например, каннибализм.

– Ну, все! – не выдержала я, скидывая одеяло и направляясь к двери прямо в ночной сорочке и с растрепанной головой.

Какая разница, если меня такую увидит человек за дверью. Жить ему осталось все равно не больше минуты. Придушу!

Очевидно, все эти мысли ярко отразились на моем лице, потому что соседка Верка громко ойкнула и отскочила на метр от двери, когда я ее широко распахнула.

– Ты?! – угрожающе спросила я. – Я же тебя предупреждала…

– Леночка, миленькая, прости, – зачастила Верка, делая обходной маневр, чтобы проскользнуть мимо меня в мою же квартиру.

Я поймала ее за пояс халата и вернула на исходную позицию.

– Рискуешь здоровьем, Верунчик! – обрисовала я ее ближайшее будущее. – Говорила же тебе, что в выходной я раньше десяти не встаю!

– Уже десять, – нагло соврала Верка, хлопая своими длиннющими ресницами.

Я скосила глаза на настенные часы, а Верка поспешно добавила.

– Без пяти.

– Вот эти пять минут тебя и погубят, – пообещала я соседке, заталкивая ее в свою крошечную кухню.

– Лена, я по делу,– постаралась внести серьезность в наши отношения Верка.

– Свари кофе, пока я умываюсь – безапелляционно приказала я и соседка покорно взялась за турку.

Видимо, этим утром я ей действительно сильно нужна. Когда я привела себя в порядок и заметно подобрела, кофе уже был готов. Верка даже нарезала бутерброды с ветчиной и сыром. Наверное, просьба уж очень неординарная, раз она так старается.

 

Я переехала в этот дом два года назад. Тогда мне было двадцать четыре и мои родители разменяли свою трехкомнатную квартиру на две однокомнатные в надежде, что так я скорее найду свое счастье и выйду замуж. Сначала у родителей умерла уверенность в правильности своего поступка, потом приказала долго жить мысль о моей способности найти подходящего жениха. Надежда же на то, что я вообще когда-нибудь выйду замуж, как водится, умерла последней.

Единственным человеком, кого никогда не покидал оптимизм по поводу моего будущего, была двадцатипятилетняя соседка Верка. Она уже успела побывать замужем четыре года назад, развелась и считала себя великим знатоком супружеской жизни. Сейчас Верка находилась в свободном поиске и активно пыталась устроить свою личную жизнь. Мою же она обещала устроить чуть позже.

 

Ерзая на табуретке, Вера принялась объяснять причину своего наглого вторжения в мой утренний сон.

– У меня через час свидание. Мужик – высший класс! Ростом, правда, маловат, лицо одутловатое, зубы так себе, волосы назад зализывает и мажет их чем-то, но зато богатый и неженатый.

– Шариков, – сказала я.

– Что? – не поняла Верка.

– По описанию – вылитый Шариков, – пояснила я и заорала дурным голосом, – «В очередь, сукины дети, в очередь!»

– Да ну тебя! – обиделась Верка, но подумала и сказала, – А ведь ты, пожалуй, права.

Я победно хмыкнула – когда я была не права?

– Вечно ты все опошлишь. Я теперь буду смотреть на него, как на Шарикова, – нахмурилась соседка.

– Не расстраивайся, – утешила я ее, – С твоей-то внешностью тебе стоит только свистнуть.

– Ага! И сбегутся все окрестные собаки, – парировала Верка, имея в виду, наверное, все того же Шарикова.

Тут она вскочила и с криком: «Кстати, о собаках!», рванула в свою квартиру, которая располагалась на этой же площадке. Я застыла с чашкой в руке и настороженно прислушивалась, пока Верка не вернулась, волоча на длинном поводке пса невероятного вида. Я чуть не вылила на себя кофе.

Посреди моей кухни сидело существо, чуднее которого я еще не видела. Есть люди, которые даже в преклонном возрасте похожи на крепких розовых карапузов. Оказывается, среди собак такое тоже случается. Пес был похож на большого толстопузого щенка, но с мудрым, все понимающим взглядом.

Я сползла с табуретки и на коленях приблизилась к собаке. С минуту мы смотрели друг другу в глаза, потом гость вздохнул и протянул мне свою короткую толстенькую лапу. При этом он отвернулся в сторону и лишь изредка косил на меня большим коровьим глазом с томной поволокой.

Я взяла его за лапу, но он тут же ее у меня выдернул и дал другую, которая тоже не задержалась в моей руке. Его смешная лопоухая морда красноречиво выражала мысль: «Все! Поздоровались и больше лапу не дам».

– Что это за чудо? – повернулась я к Верке, которая наблюдала за нами, затаив дыхание.

– Собака, – с готовностью ответила она.

– Я вижу, что не кенгуру. Откуда она у тебя?

– Не поверишь, но мне ее подбросили, – трагически сказала Верка.

– Я не поверю?! Да я про тебя чему угодно поверю.

– Но, если разобраться по справедливости, то еще неизвестно, кому из нас ее подбросили, – заныла Верка.

– Как это? – опешила я.

– Просто я ее первая нашла, – пояснила она. – А сидела собака, между прочим, ровнехонько между нашими дверями. Тебя дома не было, вот я ее и забрала к себе.

– Так. Веселье нарастает, – прокомментировала я свои ощущения. – И что ты теперь собираешься делать?

Вопрос я задала по инерции, на самом деле я знала, что Верка собирается делать, и не ошиблась.



Елена Рувинская

Отредактировано: 15.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться