Соберу нас по осколкам

Глава 2

Четыре года назад

Делаю пару шагов вперёд и останавливаюсь. Тяжело дышать... Грудь словно обручем сдавило. Поднимаю невидящий взгляд на здание роддома. Собравшись с последними силами, двигаюсь ко входу, словно на автопилоте. Вокруг мелькают радостные лица счастливых новоиспечённых родителей. Через мгновенье захожу внутрь, и за спиной с громким хлопком закрывается дверь.

Серые стены. Тусклый свет...

Заметив моё появление уже с порога, санитарки начинают перешёптываться между собой, бросая на меня соболезнующие взгляды. Никто не задаёт никаких вопросов.

Глубоко вздохнув, открываю дверь кабинета выписки, где меня встречает женщина в белом халате.

– Борис, мне очень жаль... Примите мои соболезнования. Такое горе... Потерять жену, одному остаться с грудным ребёнком – это...

Не даю ей договорить, молча оборвав взмахом руки.

Больно.

– Ни к чему, – выдавливаю сухо. – Не вернуть уже ничего назад...

Глаза щиплет. Подношу стиснутый кулак ко рту, чтоб случайно не нагрубить в порыве чувств.

– Присядьте, – она показывает на стул рядом со столом.

– Я пришёл за своим сыном, – тихо говорю, переведя взгляд на окно.

– Да, конечно. Ребёночка уже подготовили к выписке и скоро принесут. Подождите минуту, – встаёт и выходит из кабинета.

Я откидываюсь на спинку стула, запрокинув голову назад. С силой сжимаю веки, пытаясь не расклеиться окончательно...

Сейчас я увижу сына, своего сына! Волнение и предвкушение встречи с ним сменяют чувство скорби.

Дверь кабинета резко открывается, прерывая мои мысли. Влетает запыхавшаяся мать моей Даши, моя несостоявшаяся тёща Лариса Ивановна. Пытаясь отдышаться, обмахивает пухлой ладонью раскрасневшееся лицо. В другой руке – какие-то документы. Она озадаченно смотрит на меня, как будто не была готова увидеть здесь. В её взгляде – неприкрытая ненависть.

В кабинет медленно заходит медсестра, держа на руках младенца.

– Вооот, знакомьтесь. Это Ваш сыночек, – говорит женщина, мило улыбаясь и протягивая мне новорождённого в красивом голубом конверте.

Я беру это чудо на руки. Слёзы невольно выступают из глаз, когда смотрю на своего сына. Он такой маленький... И похож на меня... Мой пацан!

– Ну-у... Познакомились – и хватит, – Лариса Ивановна нетерпеливо тянет руки к ребёнку, явно собираясь забрать у меня моего сына.

Злобно оскаливаюсь. Да она чокнутая! Её дочь сбежала от своей матери ко мне! Они даже не созванивались!

Господи, Дашка...

Вновь заглядываю в крошечное лицо спящего сыночка.

Дашка... Зачем же ты нас оставила?

– Вот! – Лариса Ивановна протягивает зажатые в руке документы медсестре. – Я являюсь законным опекуном этого ребёнка! Это документы, подтверждающие моё опекунство! Моя дочь умерла в стенах вашего роддома! А вот ему доверять ребёнка нельзя! – тычет в меня пальцем. – Я – родная бабушка! Кровный родственник! – нервно тараторит женщина с истеричными нотками в голосе.

– Но он же отец... – растерянно произносит медсестра.

Малыш просыпается, начинает плакать. Неумело укачиваю. Выхожу из кабинета. Тёща идёт за мной по пятам.

– Борис, куда ты собрался?!

Не успеваю ответить, когда ко мне подходит медсестра.

– Давайте, я помогу.

Аккуратно берёт ребёнка и, покачивая его, отходит в сторону, глядя на Ларису Ивановну. Малыш сразу успокаивается в опытных руках.

– Боря, ну какой тебе ребёнок? Вы даже были не расписаны! Да какой из тебя отец? Тебе нельзя доверить ничего! Тем более ребёнка! – бесцеремонно причитает старая грымза, нападая на меня.

Я буквально ошарашен от её слов.

– Что?! Вы о чём, вообще, говорите? Мы отложили свадьбу, потому что Ваша дочь хотела прийти в форму после родов. Кто же знал, что всё так выйдет?! Думаете, мне не больно сейчас?

– Как тебе вообще можно доверить ребёнка? Ты постоянно на своей службе. Людей там убиваешь... Или ещё что-то... В общем, я не могу позволить тебе забрать малыша. Тебе некогда будет им заниматься. Поэтому я и оформила опекунство над своим внуком! Мальчик останется со мной, и точка! – она уже практически переходит на крик.

Мы привлекаем внимание всех присутствующих. Люди с опаской смотрят на нас.

– Всё, тихо! Перестаньте...– вмешивается медсестра, держащая моего сына. – Сейчас заведующая отделением подойдёт, будем разбираться.

Меня начинает бомбить... Это что ж такое? Какого хрена происходит?!

Заведующая является вместе с главврачом. Они изучают документы и выносят вердикт:

– Ребёнок передаётся законному опекуну – Ларисе Ивановне. С документами всё в порядке. Советуем Вам, Борис, как-то договориться с ней, чтобы иметь возможность хотя бы видеть ребёнка.

И отдают моего сына в руке тёще.

– Вы в своём уме?! Я по выслуге лет выхожу на пенсию! У меня будет полно времени. Я буду сам заниматься им! Сам воспитаю! Сам! – выпаливаю я, уже не сдерживая эмоций.

Нервно обхватываю голову руками.

– Пенсия в двадцать шесть лет!.. – фыркает скептически эта грымза.

– Да! – выплёвываю ей в лицо.

К нам подходит её муж – мой несостоявшийся тесть. Лариса Ивановна передаёт ребёнка ему.

– Геннадий Викторович! – с отчаянием взмахиваю руками. – Ну Вы хоть скажите!

Взглянув на меня с состраданием, он опускает глаза и уходит вслед за женой. Они уносят моего сына...

Медсестра кладёт руку мне на плечо, говорит сочувствующим голосом:

– Соболезную Вам, держитесь...

И удаляется, опустив голову. А я... Я несусь вслед за тёщей. Вот только её уже и след простыл.

На своей работе я видел многое. И было иногда очень тяжело... Но так хреново на душе впервые.

Но я заберу своего сына, чего бы мне это ни стоило!