Соберу нас по осколкам

Глава 6

Борис

– Давайте на моей машине, – настойчиво говорю я, открывая пассажирскую дверь своей Нивы.

Татьяна забирается в салон. Хочет пристегнуться, но ремень заедает. Нависнув над женщиной, пытаюсь помочь. Накрываю её пальцы... И это касание поднимает во мне какую-то странную неловкость. Когда замок ремня защёлкивается, резко разгибаюсь и бьюсь затылком о крышу.

Воу... Что-то я никак не могу собраться.

Если честно, меня смущает возраст моего адвоката. Она слишком молода. И в её тачку я не сел тоже по этой причине.

Едем к тёще.

– Что требуется от меня? На случай, если мы всё-таки будем подавать в суд.

– Быть лучшим кандидатом в отцы, – подбадривающе улыбается Таня. – Соберём положительные характеристики. Суд затребует тест на отцовство – сделаем. Лариса Ивановна не сможет противиться. Вы всё-таки родной отец, и право опекунства должно перейти непосредственно к Вам. Мне очень жаль Вашу супругу...

Она грустно смотрит на меня, искренне сочувствуя моей утрате. Через пару секунд продолжает уверенным тоном:

– Квартира у Вас есть, работа есть. Вы – отец! Родной отец! Суд будет на Вашей стороне. Но всё же сегодня мы попробуем сделать всё, чтобы избежать судебных тяжб.

Мне становится так кайфово оттого, что она говорит «мы»... Это «мы» очень обнадёживает, чёрт возьми! Я начинаю верить, что не в одиночку варюсь в этом. И у меня наконец-то появилась надежда вернуть сына.

Паркую машину в знакомом до боли дворе, прямо напротив подъезда, откуда не раз забирал Дарью. Невольно напрягаюсь.

После моего последнего разговора с тёщей и этой заварушки с ментами, которых она на меня натравила, хотелось послать её куда подальше и просто забрать ребёнка. И забыть всё как страшный сон. Но я сдержался. И так уже накуролесил и допустил ошибку.

– Мы на месте.

Подаю руку Татьяне, помогая выйти из машины. Подходим к подъезду, я набираю цифры на домофоне.

– Кто там?– доносится голос тёщи.

– Лариса Ивановна, откройте, пожалуйста... Надо поговорить по-нормальному, – наклоняюсь ближе к домофону.

В этот момент Татьяна кладёт руку на моё плечо, чтобы напомнить, что нервничать и психовать сейчас не время.

– Что-о? Опять ты? Разве ты ещё не понял, что с тобой разговор окончен?! Или мне опять полицию вызвать? – выпаливает тёща и сразу отключается.

Кровь закипает в жилах. Вмазываю кулаком в железную дверь подъезда, выпуская пар.

– Как с ней разговаривать-то? Бл*ть!!

– Шшш... Тише, успокойтесь, – Татьяна оттесняет меня от двери.

В этот момент она открывается, и выходит пожилой мужчина.

– Здравствуйте.

Таня вежливо здоровается с ним и аккуратно проскальзывает внутрь, придержав дверь для меня. Подмигивает с улыбкой.

Заходим в лифт. Жму на четвёртый.

– Борис Андреевич, – строго смотрит мне в глаза мой адвокат. – Держите себя в руках. Говорить буду я.

Молча киваю, сжав челюсти. Тёща – мой личный триггер, походу...

Выходим из лифта. Я останавливаюсь возле нужной двери и молча указываю на звонок. Осторожно прильнув ухом в двери, Таня прислушивается. Потом тихонько трижды стучит. С той стороны слышатся быстрые шаги. Мы немного отходим от двери. Несколько секунд ничего не слышно, видимо, тёща смотрит на нас в глазок. Потом щёлкает дверной замок, и дверь открывается на пару сантиметров, дальше мешает цепочка. В щели появляется красноватая физиономия хозяйки квартиры.

– Боря, я же по-хорошему с тобой... Неужели до тебя не доходит? Чего ты опять припёрся, да ещё эту с собой приволок? – тихим голосом говорит она.

Татьяна решительно отпихивает меня плечом, чтобы я совсем не попадал в поле зрения тёщи, и вкрадчивым голосом обращается к ней:

– Здравствуйте. Меня зовут Татьяна Александровна. Я – адвокат Бориса. Можем мы...

– Не можете!!– рявкает тёща, бесцеремонно перебивая Таню. – Уходите отсюда!!

Пытается закрыть дверь, но Татьяна успевает просунуть ногу в изящной туфельке в проём.

– Лариса Ивановна, пожалуйста... – с мольбой смотрит ей в глаза. – Мой клиент не хочет доводить до суда. Это же его сын! Позвольте им хотя бы увидеться.

– Вы понимаете, о чём просите? Этот псих в прошлый раз чуть не снёс дверь с петель! Переполошил всех соседей, опозорил нас с мужем! Это из-за него погибла моя дочь! – истерит тёща.

Резко дёргаю дверь, выдирая с корнем цепочку.

– Вы чо несёте?!

– Ты заставил её рожать! – с ненавистью шипит она. – Из-за тебя она умерла!

– Лариса Ивановна, успокойтесь, пожалуйста, – Татьяна оборачивается на выползших из своих нор соседей.

– Убирайтесь отсюда!! – вновь гонит нас тёща, пытаясь закрыть дверь.

А я начинаю зачем-то оправдываться.

– Я не знал, что у Даши проблемы с сердцем...

– Это не просто проблема с сердцем! Это врождённый порок!

Захлопывает дверь, воспользовавшись моим замешательством.

Отшатываюсь, обескураженный и шокированный.

– Я не знал... Узнал уже после её смерти.

Сказать мне больше нечего.

Как там говорится? Незнание закона не освобождает от ответственности. Даша умерла, и это не только моя боль... Это моя вина и моя ответственность. И сын тоже моя ответственность. И моя кровь... И, кажется, я сейчас вновь вышибу эту чёртову дверь.

Сползаю по стене, стискиваю голову руками. Татьяна присаживается на корточки рядом со мной.

– Борис, сейчас не время обвинять себя. Уверена, что у Дарьи была причина не говорить Вам о своей болезни.

Наверное, была... Потому что я никогда в жизни не позволил бы ей рожать.

– Пойдёмте отсюда, – встаёт и протягивает мне руку.

Меня всё ещё бомбит, и я, словно на автопилоте, хватаюсь за её теплую ладошку и поднимаюсь. Заходим в лифт. Через пару минут мы уже в машине. Прижавшись затылком к подголовнику, закрываю глаза. Таня молчит, ждёт, когда я приду в себя. А я всё не могу выкинуть из головы обвинения тёщи.

– Борис, рано опускать руки. Это просто убитая горем мать, – Татьяна решает нарушить молчание.