Собирая осколки тьмы: Черный лёд

Глава 11. Вес титула

Кабинет Императора Исфрида Тенемара был не тронным залом, а лабораторией, библиотекой и штабом одновременно. Воздух здесь пах старым пергаментом, засохшими травами и слабым, едва уловимым запахом озона — следствием постоянных магических опытов. Когда курьер вручил ему срочное донесение за печатью капитана Вальтера, Исфрид отложил трактат о некротических связях в экосистемах.

Он прочитал сообщение медленно, в первый раз — просто пробежав глазами. Потом — ещё раз, вдумчиво, водя тонким, бледным пальцем по строчкам. На его интеллигентном, усталом лице, не отразилось ничего. Ни шока, ни радости. Лишь лёгкое движение бровей, будто разглядывал сложную, неочевидную теорему.

«...Разлом «Гамма-3» стабилизирован... пролёт пары... эффект моментальный, неритуальный...»

В груди что-то дрогнуло. Не надежда, азарт учёного, увидевшего аномалию, которая не вписывается ни в одну из его моделей. Если это правда... если эта пара, этот вынужденный, жестокий союз, мог такое... Это был бы не просто успех эксперимента. Это был бы луч света в логике всего его отчаянного плана. Симптом того, что он движется не в пропасть, а в верном направлении.

Но следом за азартом пришёл леденящий скепсис. Слишком удачно. Слишком чисто. Слишком похоже на чудо, в которое он перестал верить со смертью отца. Мир, раздираемый Разломами, не дарил чудес. Он давал только цены и последствия.

Он подошёл к окну, глядя на шпили Академии Единства — своего детища, великого, рискованного эксперимента. Руки сжали подоконник. Нет. Проверить. Немедленно. В контролируемых условиях. Без свидетелей.

Перо летало по плотной бумаге с его личной печатью. Письмо было коротким, как приказ на расстрел, и адресовалось лично ректору Академии.

«Хелверд, до меня дошли сведения о нестандартных проявлениях у пары Тенебрин-Соларис. Требуется верификация в полевых условиях. Организуйте их доставку на закрытый полигон «Анклав» завтра к 05:00. Информация выше уровня «совершенно секретно». Присутствовать буду лично. Исфрид.»

Ни объяснений, ни вопросов. Только воля.

Когда Киару и Аррена вызвали к ректору, а оттуда, под усиленным эскортом без опознавательных знаков, повезли в глухом закрытом экипаже куда-то за пределы Академии, они не понимали ровным счётом ничего. Они обменялись краткими, настороженными взглядами. Это не было похоже на начало патруля. Это было похоже на арест.

Их привезли на пустынный, вымерший полигон, окружённый высоченными магическими барьерами. В центре, на безопасном расстоянии, пульсировал искусственно созданный учебный Разлом — бледная, но точная копия настоящего. И перед ним, в простом тёмном кафтане, стоял Император.

Увидев его, они застыли как вкопанные. Исфрид Тенемар был уважаем и презираем одновременно, призраком, головной болью всей Империи, стремящийся покуситься на их уклады. Его физическое присутствие здесь, в предрассветной мгле, было более невероятным, чем любой Разлом.

— Подойдите, — его голос был тихим, ровным, лишённым привычной императорской торжественности. Он смотрел на них так, как смотрят на интересные образцы под стеклом. — Капитан Вальтер сообщил мне о любопытном явлении. Во время вашего... полёта прошлой ночью, Разлом «Гамма-3» стабилизировался. Мгновенно. Без ритуала. Вы что-нибудь об этом знали?

Киара и Аррен переглянулись ещё раз, на сей раз в полном, леденящем недоумении.

— Нет, Ваше Величество, — честно ответил Аррен. Голос его не дрогнул, но внутри всё сжалось. Разлом? Стабилизировался? От их полёта?

— Мы... просто летали, — добавила Киара, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Их тайное освобождение, их интимное откровение — и оно закрыло Разлом?

— «Просто летали», — повторил Исфрид без интонации. В его глазах мелькнуло что-то — разочарование? Нет, скорее подтверждение догадки. — Повторите. Здесь. Сейчас. Сделайте то же самое.

Это была не просьба. Это был приказ, обёрнутый в тихую, непреклонную ткань ожидания.

Их отправили на стартовые позиции. Давление было невыносимым. Весь сброшенный накануне контроль вернулся, удесятерённый страхом, осознанием важности момента, тяжёлым, оценивающим взглядом Исфрида и его безмолвных магов-наблюдателей, застывших в тени. Они не летали для чего-то. Они летали от всего. А теперь должны были воспроизвести чудо по заказу.

Они попытались.

Вышли из себя. Взлетели. Чёрный и белый драконы возникли над полигоном. Но не было вчерашней лёгкости, того слепого доверия. Была скованность. Киара пыталась контролировать каждое движение своей тени, думая о том, как она выглядит со стороны. Аррен просчитывал каждую траекторию, пытаясь найти «ту самую», что могла стабилизировать Разлом. Их драконы чувствовали эту напряжённость, этот страх. Вместо гармоничного танца получился осторожный, неуклюжий кордебалет. Они летали рядом, но не вместе. Их силы не сплетались, а существовали параллельно, временами даже слегка отталкиваясь, вызывая болезненные всполохи конфликтующей магии.

Спустя десять мучительных минут они приземлились, снова в человеческом облике, дыша неровно и не глядя друг на друга. Позади них учебный Разлом продолжал мерзко пульсировать, ничуть не изменившись.

Тишина была оглушительной.

Исфрид наблюдал за всем этим, не двигаясь. Когда всё кончилось, он медленно кивнул, как будто получил ожидаемые, досадные, но важные данные.

— Как я и предполагал, — произнёс он, и в его голосе не было ни гнева, ни упрёка. Была усталая констатация факта. — Спонтанное, неосознанное проявление потенциала. Не воспроизводимое по команде. Пока что.

Он сделал паузу, его взгляд скользнул по их бледным, напряжённым лицам.

— Информация о событии с капитаном Вальтером остаётся под грифом «совершенно секретно». Вы не обсуждаете её ни с кем. Вы даже не думаете о ней как о чём-то значимом. Пока. Вы продолжаете обучение. Выполняете свои задачи. Завтра у вас первый патруль. Живите обычной жизнью солдат Академии. Всё остальное — моя забота. Понятно?