Собирая себя по осколкам

8

Несколько дней всё продолжалось, муж приехать не мог, был занят сестрой, которую в итоге положили на сохранение в больницу.

А я уже себя накрутила ужас как. А он и правда с сестрой был, а я думала, что он дальше кутит.

Созвонилась с Машей, своей золовкой, сказала, что просто врачи подстраховались из-за плохих анализов. Но сказали недельку подержат и выпишут. Так что договорились, что мы придем в гости к ним, когда её выпишут.

Макс не приезжал, да и мне не хотелось, чтобы он приезжал, я не знала как с ним общаться, не узнавая правду, а пока еще была не готова её услышать. Но с каждым днём я была более решительна настроена расставить все точки на и.

Ведь, если у него появилась другая женщина, то я просто устраняюсь, биться и бороться за него я не собираюсь. Тем более он уже взрослый и сам может отвечать за свои поступки.

Вечером, когда кормила Еву, зазвонил телефон. Макс звонит.

Я вдохнула, и постаралась улыбнуться.

– Привет Макс.

– Привет. Как дела у вас? – беззаботно произнес муж.

– Отлично сегодня ходили гулять, Ева такая счастливая с горки каталась, а ещё она сегодня даже играла с детьми на площадке, сама представляешь…

– Вер? – со смешком произнес Макс.

Опять я болтаю. Дурацкая привычка болтать обо всём и ни о чем конкретно важном, когда я нервничаю.

– Что? – тихо произнесла я.

Я знаю, что его бесит то, когда я начинаю тараторить.

– Я хотел бы дочь к себе с ночевкой взять. Да и ты бы отдохнула. – весело проговорил.

– Когда? – начала грызть ногти.

– Сегодня.

Я посмотрела на время уже семь часов вечера, зачем ему дочь на ночевку? Днём что ли не мог взять ее и потом оставить на ночевку.

– А не поздно ли уже? – с сомнением произнесла я.

Молчание на том конце провода.

– Ты не имеешь права мне запрещать или не давать мою дочь. – произнес он жестко.

Я была ошеломлена. Как будто я хоть раз ему запретила, я же только за, чтобы дочь видела чаще папу. Я прокашлялась.

– Я тебе не запрещала, я просто задала вопрос. Хочешь забрать её сегодня, приезжай и забирай.

И повесила трубку. Повернулась к дочери, улыбаясь.

А у самой просто волна гнева поднималась от несправедливости его слов. Ах вот как ты заговорил дорогой. Хорошо сыграем, по-твоему.

– Евочка, пойдешь сегодня к папе ночевать, да? – подняла её со стульчика.

– Да. – кивнула она головой.

– И папа тебя и искупает пред сном да?

– Да. – радостно закивала она. И побежала собирать игрушки.

Раз он думает, что я запрещаю ему с ней общаться, то пусть теперь её берет хотя бы 3 ночи в неделю к себе и днем тоже проводит время. А я смогу заняться своей реализацией.

Написал сообщение, что приедет через полчаса, я стала собирать одежду на переодевание, игрушки, кашу заварную. А там пусть сам покупает, что считает нужным.

Собрала Еву, осталось только комбинезон надеть и всё.

Раздался стук в дверь, я пошла открывать. Увидела Макса, у меня по новой поднималась волна злости от его милой улыбочки. Лицемер.

– Привет. Ева готова. – сухо произнесла я.

Хотя хотелось язвительное что-то сказать о его поездках, да и постоянное враньё с его стороны, а теперь еще и несправедливое обвинение.

– Привет Вер. – он, улыбаясь, потянулся обнять меня.

Но наткнувшись на мой предупреждающий взгляд, остановился.

– Обиделась? – посмотрел он на коврик под ногами, и при этом пытался скрыть улыбку.

– Нет. Просто увидела, твоё мнение обо мне.

Он хмыкнул. И подхватив Еву на руки развернулся и потянулся к двери.

– Завтра нам надо к педиатру в три часа.

– Хорошо, как раз съездим вместе. Я позвоню завтра.

Я кивнула и помахала, улыбающейся дочери, на прощание.

Прошла на кухню и посмотрела в окно на наш двор, вот они вышли, усадив Еву, муж сел за руль, перед этим подняв голову на наше окно.

Когда они отъехали, я присела на стул, думая о том, что Максим стал себя нагло вести. Когда он приехал, всё было хорошо, я начала расслабляться, заново разрешила себе обрести надежду, перестала бояться, что все повторится. Не разрешала себе думать о том, что всё может вернуться к прошлому положению, на грани развода. Думала, что мы пережили кризис и смогли оценить семью.

Но как оказалось это сделала только я.

Не могла уснуть ночью, крутилась и ворочалась, так как привыкла что Ева всегда со мной в этой квартире. Оказывается, что я так привыкла, что я и дочь одно целое, что, оставаясь в одиночестве я готова лезть на стенку от одиночества.

Когда ездила к девчонкам, я была занята общением с ними, а сама я себя занять не знаю чем. Даже привычные дела, не могу делать, такое ощущение, что чего-то не хватает.