Собкар. "За Родину!"

Глава II. Путь-дорога

   Высокие белоснежные с чёрными полосами берёзы склонялись над еле видной тропинкой. Их извилистые корни змеями окутывали тропу, усложняя путь тем, кто ходил по ней. Повсюду распускался розовый иван-чай. Над ним кружились разноцветные бабочки, находящие удобное место, чтобы собрать нектар. То тут, то там пробегала серая ящерица. Она не знала, что является в какой-то мере родственницей тем большим созданиям, идущим цепью, осторожно ступая по твёрдой земле.

Впереди шёл Собкар. Его внимательный взор бегал по кустам в поисках неприятеля, который мог спрятаться среди густых зарослей, окружавших отряд. Он не думал, зачем может быть устроена засада, кем, на кого. Он только знал, что здесь нельзя ошибиться. Ошибка — плен или смерть, но не только своя, а также чужая, и, главное, полное разрушение надежд совета, расы, союза рас, мира!

Следующим шёл Цицикар. Всем созданиям, от ящеров до гоблинов, он был известен своей горячностью и решительностью, доходящими иногда до безумия. Изначально никто не хотел брать его в совет, но в один момент выступил Сыктывкар, его близнец и член Совета Древних Существ, с длинной речью о достоинствах Цицикара, и велоцираптор был принят. В этой убедительной речи Сыктывкар сказал, что Цицикар может до последнего стоять за возможность решения какой-нибудь проблемы, помогая тем самым не потерять веру и надежду всему совету на её решение. Это была чистая правда.

Сыктывкар, шедший за Цицикаром, отличался от своего брата спокойствием, подчас хладнокровностью и медлительностью в принятии решения. Такой велоцираптор был редкостью среди своих сородичей. Большую часть времени он проводил в спокойном молчании и в глубоких думах и только иногда давал себе расслабиться, и то только рядом с пылким Цицикаром.

Сначала все шли молча. Затем Цицикар нетерпеливо взмахнул хвостом, и начал беседу с Собкаром, в то время как Сыктывкар задумчиво слушал эти речи, иногда посматривая по сторонам. Собкару беседа нисколько не мешала внимательно осматривать каждый куст и берёзу своим быстрым взглядом. Он был даже рад что-нибудь рассказать или объяснить своим соратникам. Цицикар пытался извлечь особый смысл из речи Горкара и для этого внимательно слушал ответы Собкара:

— Горкар сказал, что гоблины и тролли захватывают весь мир! Чем мы лучше их, идя на уничтожение целых народов, или как иначе толковать фразу «уничтожить всех гоблинов, троллей, игнов»?

— Не вся речь Горкара была правильной, Цицикар. Горкар, как и все древние ящеры, видит этот мир своей Родиной без конца и края. — Собкар, задумавшись, помолчал. — Многие ящеры очень недовольны тем, что все эти просторы стали чужими... Горкар весь переполнен чувством несправедливости. Он готов всё сжигать, убивать и захватывать ради того, чтобы мир снова стал таким, каким он был в древние времена! — Собкар оглянулся по сторонам, будто ища нужные слова. — Да! Нужно бороться за свободу, бороться с захватчиками, спасать народ... Но Мир стал иным, и нужно создавать новый Мир, не имеющий своего двойника. Мир должен включать в себя новые народы, и чтобы в нём исчезли все войны. Нужно чтобы все народы стали равными: от ящеров до гоблинов, и не было ни царей природы, ни бесправных рабов.

Сзади что-то хрустнуло, и Собкар резко оглянулся, доставая алебарду из-за плеча. Затем он спокойно срезал алебардой травинку и поместил алебарду в специальные ножны за плечом. На тропинку выбежал небольшой кабан и, недовольно хрюкнув, скрылся за кустом.

Цицикар, посмотрев вокруг себя, будто в поисках второго кабана, недовольно спросил:

— Собкар, а если это был бы не кабан, а кто-то из врагов? Лучник например...

— То тогда было бы туго. — Собкар скорбно помолчал. Он понимал, что недосмотрел. — Но не все враги бесшумны как кабаны, и не все ящеры в совершенстве умеют замечать кабанов. — Ящер вздохнул. — Но есть закон, важнейший в жизни: учиться, учиться и учиться!

Помолчав, Собкар продолжил свою прерванную речь:

— Также существует ещё одно правило, которому надо следовать: цель не всегда оправдывает средства.

— Но как же найти пленных ящеров для того, чтобы совершить всё сказанное? — скептически вставил своё слово Сыктывкар. Он устал слушать великие речи о конце дела, без упоминания тех вещей, с которых надо начинать.

— Это будет легче всего. — Собкар невольно улыбнулся. — Главное... Найти гоблинский город или крепость...

Вдруг высокие берёзы расступились, и открылся вид на широкое поле с небольшим холмом посередине. Гигантская крепость возвышался на нём, напоминая деревянную корону на голове лысого короля. Огромные стены, сторожевые башни, тонкие бойницы и широкие ворота казались неприступной громадой, которая может выдержать любую осаду. Над сторожевыми башнями развивались гоблинские знамёна, красноречиво говорившие о принадлежности хозяев замка к Гоблинской империи. Зоркие глаза Собкара даже различили зелёных стрелков, стоявших на этих башнях и стенах. Но чего-то не хватало... Либо рва, либо... Огромной башни в середине замка! Эти стены без донжона (центральной башни) сразу показались сиротливыми и в некоторой степени не нужными, но воины на стенах рассеивали все сомнения о серьёзности сооружения.

— Когда это случилось! — поражённо воскликнул Цицикар. Сыктывкар поднёс указательный коготь к губам, и велоцираптор перешёл на шёпот. — Как за такой короткий срок можно было сделать большое деревянное укрепление? Около двух часов прошло с тех пор, когда мы проходили в этих местах!