Собкар. "За Родину!"

Глава III. Побег

   Недалеко от палаток стояло низкое здание, незамеченное велоцирапторами. Его стены были сделаны из гранитных кирпичей, а крыша, покрытая толстыми брёвнами, имела длинную трубу. Деревянная дверь приоткрыта и как будто звала каждого, кто проходил мимо неё. Чуть выше двери висела деревянная табличка с выжженной надписью:

«Рабы из некогда существовавшего Союза Существ».

Справа от двери находилась железная решётка с небольшим замком. За ней кто-то протяжно стонал.

Цицикар хотел броситься на помощь пленным, ему было в тягость слышать стоны своих соплеменников, но Собкар остановил его жестом руки и показал на стражников, гордо стоявших возле решётки. Все они были вооружены до зубов. Шрамы на их угрюмых лицах говорили о многих битвах, через которые они прошли. Собкар что-то прошептал на уши велоцирапторам и направился вместе с Сыктывкаром ко входу. Цицикар же затерялся в толпе гоблинов...

Собкар спокойным жестом открыл дверь каменного дома и вошёл, придерживая её за Сыктывкаром. В небольшой комнате стоял покрытый синей скатертью стол. Далеко не все купцы могли приобрести такую скатерть, ведь краска, которой была покрыта скатерть, добывалась только в одном месте Мира. В углу располагался камин. У стены, отгораживающей пленников, сидел на деревянном стуле жирный гоблин. Он захотел встать, но ноги отказались держать тяжёлую тушу, и гоблин повалился на свой стул. Сиденье стула, скрипнув, разломалось, и толстяк рухнул на пол. Ни капельки не удивлённый, Собкар начал свою речь, в то время как Сыктывкар закрывал за собой дверь:

— Насколько я понимаю, здесь продаются рабы... Но для чего нужно торговать жизнями других существ? — ящер знал, зачем гоблины «торгуют жизнями других», но его главной задачей было привлечение к себе внимание рабовладельца.

— Бызнес-с-с-с-с-с! — гордо выговаривая любимое слово, произнёс гоблин, пытавшийся встать, опираясь о стену. — И что же делать с теми, кто попадает в плен? К примеру с вами!

Вдруг открылись еле заметные люки на полу и на потолке, и оттуда выпрыгнуло несколько гоблинов. Собкар легким жестом достал алебарду и одним взмахом отбросил их в сторону. Новые гоблины полезли со всех сторон, а за ними тролли с большими дубинами вступили в бой. Собкар, высоко подпрыгнув, метнул алебарду в троллей. Тем временем Сыктывкар отбивался передними лапами от наседавших гоблинов. Рабовладелец, дивясь точности и скорости, с которой действуют его враги, отползал в дальний угол комнаты.

«Скорее... Скорее, Цицикар!» крутилось в голове у Сыктывкара. Ему казалось, что враги будут вечно вылезать из люков, а Цицикар — единственный, кто может помочь отразить нападение. Собкар об этом не думал: он был слишком сильно занят битвой с гоблинами и троллями, которых специально готовили к поимке ценнейших и на данный момент редчайших существ. Эти создания можно было продать на чёрном рынке за гигантскую цену, а жизни тех троллей и гоблинов ничего не стоили по мнению закоренелых торговцев, вроде уже знакомого нам жирного гоблина. Их не интересует и не волнует чужая душа, достоинство, жизнь... Может, если бы не было таких аморальных чудовищ, то мир был бы почти идеален.

Деревянная дверь, открывавшаяся наружу, от сильного толчка разлетелась на несколько частей, и Цицикар гордо вошёл в каменный дом. Довольный оскал играл на его пасти. Казалось, что велоцираптор светился от гордости за совершённый подвиг. Цицикар понимал, что он сейчас является, хоть и на несколько минут, но настоящим командиром. За ним стояла небольшая армия ящеров, телесных лягушек, велоцирапторов и носорогов. Все гоблины и тролли опешили от такой неожиданной встречи и начали медленно скрываться за люками. Бывший рабовладелец тоже ползком добрался до ближайшего люка в полу и свалился на небольшую глубину. Цицикар браво воскликнул:

— Всё как ты говорил, Собкар! — велоцираптор с ухмылкой посмотрел на валявшиеся на полу обломки. — Эти горе-стражники после захлопывания двери сразу полезли в люки, скрытые землёй и травой. Они даже не заметили, что я не заходил в дом вместе с вами.

— Теперь бежим отсюда! — промолвил Собкар, — Пока не поздно!

Вся армия освобождённых существ, быстро оглядываясь по сторонам, побежала к крепостным воротам. Работавшие на стенах ящеры, бросая свою, теперь не нужную им, работу, слазили с деревянных стен и присоединялись к убегающим. Вдруг впереди показалось второе каменное здание, возвышавшееся над кожаными палатками. Ящеры, издав восторженные крики, замедлили бег, а носороги, опустив свои острые рога из прочнейшего в мире материала, с разбегу разнесли каменную стену. Несколько гоблинов, гнавшихся за бывшими рабами, издали протяжный вздох, махнули зелёной рукой и разошлись по своим палаткам. Убегающая армия же с радостными восклицаниями бурным потоком хлынула в образовавшуюся дыру.

Тот дом оказался оружейной лавкой, в которой находились не только недавно изготовленные гоблинские кривые сабли и тяжёлые дубины, но и оружие, отобранное у бывших рабов. Было странно, что это оружие уже много лет пытались продать на разных рынках без всякого успеха, но, быть может, всё дело в том, что никто не пожелал иметь «допотопное старьё чужих рас», по выражению троллей. Убегавшие не побрезговали завладеть вещами, служившими в прошлом им верой и правдой: зелёные болнаги осторожно вытаскивали копья из узких отверстий; корнаги обхватывали своими коричневыми перепончатыми руками рукоятки круглых щитов, тем временем выбирая длиннейшие из алебард; ящеры с голубой чешуёй находили свои именные луки, отобранные поработителями; красные ящеры, со свойственной им лихостью, на бегу хватали свои шашки вместе с ножнами. Велоцирапторы, носороги и телесные лягушки сильно жалели, что не могли поучаствовать в приобретении экипировки.