Собкар. "За Родину!"

Глава XIII. Два года спустя...

    Дул слабый ветерок. Было темно, но природа соснового бора начала оживать: запели синицы, юркие поползни, словно дятлы, стали ползать по толстой коре, громко стуча по ней своим острым клювом... За большими соснами были слышны шорохи и недовольное беличье цоканье. На высокой траве блестели прозрачные капли росы, а по холодной земле ползали многочисленные муравьи. Сильно похолодало — видимо, скоро придёт зима...

Собкар в последний раз поглядел на утреннее небо и, решив, что настало шесть часов утра, привычной громкой командой «Подъём!» разбудил воинов. Пока армия тяжело пробуждалась от крепкого сна, вождь Союза Существ, сидя у тёплой коры толстой сосны, думал о нынешнем положении дел: ведь прошло больше двух лет с того момента, когда он со своими верными соратниками обосновался на этой поляне. Неподалёку стоят небольшие палатки из шкур кабанов; под корнями соседней сосны прокопан склад для оружия и пустых банок. Во время прошедших двух зим приходилось в банках таскать снег и с различными ухищрениями растапливать его, не поджигая деревянные ёмкости.

Сами воины тоже изменились: раньше это были слабые создания, не знавшие ни вольной борьбы, ни верховой езды, ни приседаний, ни даже отжиманий. А теперь: заглядение! Бонкар, наскоро умывшись из сооружённой бочки с водой, шутливо бросил «на прогиб» своего главного соперника, Дриндринкара. Тот, ловко вскочив, попробовал сделать «бедро», в то время когда Бонкар отточенным движением схватил лучника за ногу и сделал подножку. Дриндринкар снова свалился на землю, пытаясь перевернуться на живот, но Бонкар вовремя успел прижать соперника коленом и двумя руками: Бонкар до сих пор помнил ту схватку с Собкаром и научился в совершенстве делать прижатие к земле противника. Дриндринкар, когда Бонкар отпустил его, медленно встал и добродушно пожал руку победителю.

Неподалёку слышался еле слышный шелест лап велоцирапторов: у Данкара, за два года учений не потерявшего звания лучшего кавалериста, появился свой соперник. Это был Нуркар — неплохой ящер-шашечник, которого Собкар когда-то отнёс к третьей категории учеников. Их вечное соревнование по вытоптанной среди сосен трассе продолжалось уже полгода, и никто из них так и не решил, кто быстрей. Несмотря на то, что Нуркар не очень любил соревноваться, он всё же не хотел отставать от соратников. Благодаря своим приёмам верховой езды, красный ящер не только не отстал от других, но и перегнал их в умении ездить верхом на велоцирапторе. Но инициатором соревнований с Данкаром был не кто иной, как Ройкар — велоцираптор-напарник Нуркара. Его характер сильно отличался от характера того ящера: Ройкар иногда даже подумывал перегнать Цицикара или Сыктывкара в пятикилометровых бегах. Винкар — ящер, в прошлом служивший вместе с Данкаром, — не участвовал в состязании, потому что он неудачно упал с велоцираптора прошлой осенью и сломал кость ноги. Плохо сделанная шина довершила дело — кость неправильно срослась. Винкару оставалось одно: учить других ездить верхом.

Среди носорогов и телесных лягушек тоже проходили соревнования. Вследствие того, что все они имели примерно одинаковый уровень тренированности, их соревнования по бегу, которые они называли челночными, походили на передвижение огромного стада из одной части поляны в другую. Их борьба тоже не очень походила на обычную — один алмазный носорог, два каменных и пять телесных лягушек становились напротив двух других команд, равных по количеству участников, образуя треугольник, занимающий треть поляны. Затем каждая команда пыталась прогнать две другие с поляны в лес, но им получилось это сделать только один раз за два года непрерывных учений. Всё же, среди этих трёх видов существ был один алмазный носорог, оказавшийся быстрее, сильнее и выносливее остальных: Охокар. В плену гоблины относились к нему, как особенно опасному «чудищу», и сильно стягивали его тело многочисленными толстыми цепями. Благодаря кремниевому происхождению, носорог не сильно пострадал от неподвижного образа жизни. После освобождения от стальных пут, Охокар стал очень подвижным: ему нравилось бегать, резко поворачиваться, делать быстрые движения шеей, плавно орудуя рогом, словом — пользоваться всеми благами свободной жизни.

Возле одной тонкой сосны стояли семь лучников и стреляли по противоположной сосне из самодельных и взятых из оружейной лавки луков, ловко вынимая из колчана стрелы. Таким мастерством могли похвастаться только они: на точный выстрел вместо восьми секунд эта семёрка затрачивала пять. Дриндринкар с плохо скрываемой завистью смотрел на их стрельбу и, не выдержав, сам пустил стрелу, легко расщепившую чужую во время полёта.

В общем: только послышалась команда «Подъём!», все стали заниматься своими делами. Все эти занятия заключались в отработке новых (и не очень) навыков, а также долгих соревнований в этой отработке. Собкар не раз себе задавал вопрос: «Хорошо ли это?»: с одной стороны, любо-дорого посмотреть на соревнования: сила, ловкость, хитрость, энергия и выносливость! Но с другой... Соперничество, даже разбавляемое взаимовыручкой, может разъединять воинов, а ключевое качество в любое время: единство...

Цицикар, не принимавший участия в утренней «зарядке», нетерпеливо переминался с ноги на ногу и, не выдержав, нервно попросил Собкара начать настоящую утреннюю зарядку. Вождь Союза Существ громко скомандовал «Стройся!». Тот, кто слышал оглушительный бас без единого хрипа Собкара полтора года назад, мог бы с уверенностью сказать, что в мире не может быть сильнее голоса. Но теперь, спустя полтора года, вождь Союза Существ так натренировал свои голосовые связки, что прошлые его речи казались слабыми и тихими по сравнению с нынешними.