Соблазн для дракона.

Глава 1. Пленница и Дракон: Танцы в темноте.

В тесной каморке, где тусклые светильники лишь подсвечивали витавшую в воздухе пыль, воцарилась удушливая безнадежность. На ледяном полу, среди нечистот и обломков гнилой мебели, замерла девушка. Её некогда пышные пепельные волосы теперь напоминали спутанный клубок серых змей, облепивших худые плечи. Ренеса смотрела то на окованную железом дверь, то на крошечное оконце под самым потолком — узкую щель, сквозь которую не пробивалась даже надежда.

Внезапно тяжелые шаги за дверью разрезали тишину. Сердце девушки пустилось вскачь, болезненно ударяясь о ребра. Она узнала эту поступь. Это были они — те, кто стер её прошлую жизнь в порошок. Ренеса медленно, превозмогая слабость в коленях, поднялась. Гнев, точно раскаленный свинец, начал вытеснять страх. Когда замок со скрежетом провернулся, она сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

Дверь распахнулась, и на пороге возник мужчина. Тень скрывала его черты, но глаза светились изнутри холодным, фосфоресцирующим пламенем. Воздух в комнате мгновенно стал плотным, словно патока, мешая дышать.

— Ты не уйдешь, — пророкотал он. Голос, низкий и вибрирующий, казалось, проникал под самую кожу. — Ты моя собственность.

— Нет, — выдохнула она, выпрямляя спину. — Я не вещь. И никогда не буду твоей.

Мужчина лишь едва заметно повел рукой. Короткая вспышка заклинания — и сознание Ренесы погасло, а тело кулем рухнуло на грязные доски. Он подошел ближе, нависая над ней, точно хищник над подстреленной ланью. Его пальцы, длинные и ледяные, коснулись её шеи, прослеживая линию пульса. Улыбка мужчины растянулась, обнажая пугающе острые зубы.

— Ты не скроешься, — прошептал он в самое ухо бесчувственной девушке. — Даже в небытии ты будешь слышать мой голос.

По его знаку двое безмолвных слуг подхватили обмякшее тело и понесли к роскошной карете, чьи черные лакированные бока блестели в лунном свете, словно чешуя огромного змея.

Сознание вернулось к Ренесе вместе с резким толчком. Она открыла глаза: карету нещадно трясло на лесной дороге. Напротив неё, в бархатных подушках, восседал торговец — тот самый человек, что превратил её жизнь в ад. Его лицо, освещенное огарком свечи, исказила садистская ухмылка.

Но судьба в этот вечер была на стороне беглянки. Колесо кареты попало в глубокую рытвину, раздался треск ломающейся оси, и мир перевернулся. Воспользовавшись хаосом и криками раненых лошадей, Ренеса чудом выбралась из разбитой кабины. Ноги подкашивались, лохмотья одежды цеплялись за острые сучья, но она бежала вглубь леса, ведомая лишь инстинктом.

Лес шептал ей вслед зловещие проклятия. Ветки хлестали по лицу, оставляя кровавые полосы, легкие горели от морозного воздуха. Голос торговца, полный ярости, затихал где-то позади, поглощаемый равнодушной чащобой.

Когда силы почти иссякли, Ренеса вылетела на залитую лунным светом тропу. Впереди уже виднелись призрачные очертания городских крыш. Сердце наполнилось безумной, хрупкой радостью. Но стоило ей сделать шаг к спасению, как из тени вековых дубов вышел он.

Высокий, статный, с серебряными волосами, которые сияли в ночи, словно расплавленное сокровище. Его глаза, глубокие, как бездонные океаны, пригвоздлили её к месту. Между ними словно проскочил электрический разряд. Ренеса покачнулась — усталость, голод и страх наконец взяли свое. Мир перед глазами подернулся дымкой, и она начала падать.

Мужчина, помедлив мгновение, подхватил её. Его невозмутимая маска на мгновение дрогнула. От этой девушки в грязных обносках исходил странный аромат — смесь полевых трав и едва уловимой магии, которая пробудила в его драконьей крови забытый азарт.

Он открыл мерцающий портал и перенес её в свои покои.

Ренеса пришла в себя на мягкой кровати. В комнате пахло сандалом и дождем. У окна, спиной к ней, замер статный силуэт. Когда он обернулся, его ледяной взор медленно, почти осязаемо, скользнул по её лицу, спутанным волосам и порванному платью, не скрывающему тонкого белья.

— Проснулась? — в его голосе звенела сталь. — Как твое имя?

— Ренеса Извольт, — она заставила себя сесть, стараясь не выдать дрожь.

— И что же ты, Ренеса, забыла в лесу в столь поздний час? — Эдриан Гровс сделал шаг вперед, его глаза вспыхнули изумрудным огнем.

— Не ваше дело! — Ренеса вскочила, пытаясь сохранить остатки гордости. — Спасибо за спасение, но я ухожу.

Она рванула ручку двери, но та была словно припаяна к косяку. Эдриан оказался рядом мгновенно, его холодное дыхание коснулось её виска. Он притянул её к себе, властно сжав запястье.

— Ты не расслышала? Ты в землях драконов. Ты думала, что сбежала от торговца, и здесь тебя не найдут? — Его насмешливый шепот заставил волоски на её коже встать дыбом.

— Откуда... откуда ты знаешь? — выдохнула она.

— По тебе сразу видно, что ты беглянка, — его взгляд снова опустился к вырезу её платья. — Следы от оков на запястьях и одежда, которая едва держится на честном слове...

— Эй! Куда ты смотришь, чешуйка ты этакая?! — Ренеса вспыхнула, пытаясь оттолкнуть его.

Эдриан рассмеялся — громко, искренне, как человек, нашедший редкую и забавную игрушку.

— Какая дерзость для той, у кого нет даже целого платья. Ты действительно смелая, маленькая Ренеса. Но запомни: в этих землях спасение и плен — это часто одно и то же.

Ренеса посмотрела ему в глаза. В их глубине она увидела не только холод, но и обещание шторма, от которого ей уже не скрыться.

— Что ты имеешь в виду? — Ренеса выдавила из себя нервную, почти истерическую улыбку. Её голос, тонкий и ломкий, дрожал, как последний лист на осеннем ветру. — Хочешь сказать... Ты не отпустишь меня? Я что, твоя собственность? Я человек! А ты... ты...

— Дракон, — закончил он за неё. Этот голос был подобен ледяному северному ветру, пробирающему до костей, но в глубине его зрачков, вертикальных и хищных, промелькнула тень снисходительной улыбки. — И что с того? Разве природа дракона лишает его права взять в жены ту, кого он пожелает? Разве это противоречит законам нашего мира?