София против тьмы

Глава 27

Мы доходим до избушки, о которой сказал Дмитрий. Он был прав, трудно представить, что кто-то захочет здесь остановиться. Она почти разрушена, а внутри все покрыто паутиной и плесенью. Но это все равно лучше, чем оставаться в лесу.

— София, — обращается ко мне Виктория. — Пока мы ждем, может попробуем изучить хотя бы пару базовых заклинаний защиты? Уверена, что скоро это очень пригодится.

Согласно киваю и выхожу вслед за девушкой.

— Знаешь, — говорит она тихо, — наверно будет честно, если я расскажу тебе о своем прошлом.

Молча смотрю на нее, боясь прервать.

— У меня было счастливое детство. Папа и мама очень любили меня, а на каникулы я часто ездила к бабушке с дедушкой, родителям отца, — продолжает Виктория. — Они разрешали мне гулять допоздна, кушать сладости. И вообще баловали, как только могли. Родители, разумеется, были со мной строже. Им нужно было воспитывать меня. Кстати, моё странное чувство юмора у меня от деда.

Она улыбается своим воспоминаниям, но вдруг становится серьезной, а в ее глазах мелькает грусть.

— Что произошло? — тихо спрашиваю я.

— Мы в очередной раз приехали к бабушке с дедушкой. Был какой-то праздник. Мне было десять лет. Родители купили подарок и с нетерпением ждали возможности вручить его. А я нарисовала открытку. Гордо несла ее, прижимая к груди, и представляла, как бабушка с дедушкой будут хвалить меня. Когда мы подходили к дому, мама сразу почувствовала: что-то не так. Она не обладала магией, но у нее была очень хорошая интуиция.

Виктория делает паузу, собираясь с мыслями и рассказывает дальше:

— Мы вошли и увидели лежащих на полу бабушку и дедушку. Они держались за руки. А над ними стоял мужчина в маске. Мама отреагировала очень быстро и дала мне листочек с адресом. Туда я и побежала. И больше никогда не видела своих родителей. Их убили. А та женщина, к которой меня отправила мама, воспитала меня и рассказала, что дедушка был темным магом. Но он никогда не делал ничего плохого, понимаешь? Когда они с бабушкой встретились, дед решил больше никогда не использовать свои способности. И у него правда получалось.

Вижу слезы в глазах Виктории, поэтому, поддавшись порыву, просто подхожу к ней и обнимаю. Некоторое время мы стоим с ней так, но потом она берет себя в руки и отодвигает меня.

— Пора приступать, — говорит эта удивительная девушка, которая так талантливо скрывает свою боль.

Киваю и отхожу от нее.

— Для начала тебе нужно, как и всегда, почувствовать свою магию. Как ты уже наверняка поняла, нет каких-то особенных сложных заклинаний. Есть только желание сделать что-то. А слова нужны для того, чтобы лучше сосредоточиться. Многие опытные маги вообще ничего не говорят, когда используют силу, — объясняет Виктория. — Скажи мне, как будешь готова.

— Готова, — почти сразу отзываюсь я.

— Отлично. Направь руки в какое-нибудь дерево и скажи: «Поражение».

Осматриваюсь и выбираю почти засохшую ель. Не потому, что хочу упростить себе задачу. Просто в мои планы не входит уничтожение леса.

Повторяю за Викторией заклинание, и из моих рук вырывается еле заметная голубая искра. Пробую еще несколько раз, но особого прогресса нет.

Ладно, — задумчиво говорит девушка. — Давай пока попробуем защиту. Надеюсь, у нас еще будет время потренироваться.

Разочарованно вздыхаю и жду дальнейших указаний.

— Представь, что твоя магия окутывает твое тело и скажи слово «Щит», — продолжает Виктория.

Стараюсь делать то, что она говорит, и у меня почти получается. Но даже я чувствую, что такое защитное заклинание может пробить любой маг.

— Нужно просто больше тренироваться. Ты можешь делать это сама в любое время, и, я уверена, со временем, у тебя получится, — утешает меня Виктория.

— Жаль, что времени может и не быть, — грустно отвечаю я.

— Не требуй от себя слишком многого сразу, — слышится голос Дмитрия, который вышел из избушки. — Ты пытаешься освоить светлую магию, будучи темной волшебницей. То, что у тебя вообще получается, уже достойно восхищение.

Улыбаюсь ему, а он продолжает:

— Если вы уже закончили, можем поговорить?

Вопросительно смотрю на Викторию. Та молча кивает и возвращается к остальным.

Дмитрий подходит ко мне и обнимает. Сразу расслабляюсь.

— Тебе страшно? — тихо спрашивает он.

— Очень, — честно отвечаю я. — Но не за себя. За вас. Не хочу подвергать вас опасности.

— Ты не подвергаешь, — возражает мой друг.

Отрицательно качаю головой и говорю:

— Пока я не появилась в этой школе, вы жили спокойно. А сейчас нам приходится прятаться в лесу.

— Но дело ведь не в тебе. Рано или поздно это произошло бы и без твоего участия. Хватит винить во всем себя. Каждый из нас знал, к чему идет. И у каждого есть на то свои причины.

— Знаю. Но не могу перестать думать, что, если бы не мое присутствие, вам было бы проще.

— Но это не так, — снова возражает Дмитрий. — С появлением тебя, у нас появился хоть какой-то план.

Улыбаюсь ему в плечо. Удивительно, как этот человек может найти нужные слова, чтобы действительно успокоить меня.

Мы стоим так еще немного, но потом мой друг отодвигает меня и тихо говорит:

— Я хочу попробовать рассмотреть твой амулет. Почему-то он не дает мне покоя. Кажется, что в нем кроется какая-то загадка.

Вздрагиваю от его слов, потому что боюсь снова причинить ему вред.

— Знаю, о чем ты думаешь, — сразу продолжает Дмитрий. — Но я долго размышлял об этом, и у меня появилась мысль. Что, если тебе самой снять его и отдать мне в руки? Может тогда получится?

— Мне страшно. Вдруг не справлюсь с магией? — спрашиваю я.

— Не попробуем, не узнаем, — весело отвечает мой друг и подмигивает мне.

Вздыхаю, решившись согласиться с ним. Берусь за амулет и чувствую, как он начинает нагреваться. Стараясь не обращать на это внимания, снимаю его и дрожащими руками протягиваю Дмитрию.