Согрей мое сердце

Глава 5. ♥ Инцидент ♥ 

Если жизнь тебя обманет,
Не печалься, не сердись!
В день уныния смирись:
День веселья, верь, настанет.
Сердце в будущем живет;
Настоящее уныло:
Всё мгновенно, всё пройдет;
Что пройдет, то будет мило.
Александр Пушкин

От усталости ноги подкашивались и на радостях, что может наконец-то присесть отдохнуть, Настя с ходу брякнулась пятой точкой на стул. Чувствуя, что ещё чуть-чуть и она бросила бы свои бренные кости прямо на пол, потому что сил не хватило бы добраться. По правде говоря, дело было не столько в физическом, сколько в моральном истощении. Да и ещё в добавок сегодня день какой-то неудачный — все шло кувырком и валилось из рук.

Все началось со вчерашнего вечера, когда Настя пришла уставшая с работы позже обычного. Жутко болела голова, наверно, сказывался испорченный утром сон.

Перед девушкой встал выбор: выпить таблетку от головной боли или лечь спать. И так как она не была любительницей пичкать свой организм всякой гадостью — чипсами, соленными сухариками — в том числе лекарствами без на то серьёзной причины. (А к вредным привычкам: алкоголю, наркотикам, курению, и неважно, сигареты или кальяна относилась крайне негативно.) Настя сочла второй вариант лучше первого. Поэтому помывшись, и по-быстрому перекусив, легла спать. В сон провалилась моментально. Вот только желание хорошо выспаться так и осталось не исполнимой мечтой. 

По среди ночи девушку разбудил дурной сон, в нем она видела своего отца: живого и невредимого. Но такого к сожалению не могло произойти в реальности, поэтому это был один самых страшных снов, что только мог присниться.

Её родители разбились в автомобильной катастрофе. И тогда к ним неожиданно пришёл на помощь друг отца о котором совершенно ничего не было известно ни Даше, ни Насте. Позже выяснилось, что по-совместительству он ещё являлся адвокатом. Было довольно любезно с его стороны помочь убитым горем сёстрам с организацией быстрых похорон. Правда девушки так и не увидела мертвых родителей своими собственными глазами. Друг отца сослался на то что тела сильно обезображены и он не хочет ещё травмироваться их (сестер) психику, поэтому гробы оставались закрытыми. 

Но было в этом и что-то странное, так по крайней мере казалось Насте, как и то, что этот друг больше не интересовался их с Дашей дальнейшими судьбами. Значит помог похоронить родителей, после выполнил свою адвокатскую работу и точно также, как появился — внезапно исчез. Никто, конечно, не просил опекать или спонсировать деньгами. Но хорошие друзья, как представился мужчина, в понимании Насти не пропадают бесследно. Даже из-за простого уважения к их отцу можно было хоть изредка звонить и интересоваться, как они поживают с Дашей.

Остаток ночи, девушка прокрутилась в кровати, стоило задремать, как перед глазами всплывали остатки кошмара. Ещё эта идиотская головная боль уж точно не способствовала сну. (В какой-то момент Настя сдалась и все-таки выпила таблетку.) 

Зато уснула под утро и непременно проспала бы работу, не поставь она заранее энное количество будильников на телефоне. 

Жуть, как не хотелось вставать: сильно клонило в сон, глаза слипались, казалось даже сама кровать не желала отпускать, тихо приговаривая на понятном только Насте языке "поспи ещё немного". И только благодаря силе воли девушка заставила себя встать и пойти на работу.

Улица встретила проливным дождём, громом и молнией — прекраснейшая возможность прийти на работу грязной, как свинья. Но никакого другого варианта не было, поэтому открыв зонт она зашагала до остановки. Мысленно не забыла проклясть непогоду, матюкнуться пару раз из-за того что края штанин снизу начали промокать и заодно пообещать себе, что когда будет твёрдо стоять на ногах, пусть даже лет через десять, обязательно приобретёт машину. (Еще подростком Настя загорелась мечтой о собственном автомобиле.)

Резко подул ветер и зонт обязательно вывернулся, если блондинка не ухватилась бы покрепче за ручку и не направила его (зонт) в сторону сильного потока воздуха. Непроизвольно ускорила шаг и меньше чем через минуту уже юркнула под крышу остановки. К этому моменту джинсы уже все промокли насквозь, неприятно липнув к ногам. Местами лёгкая курточка и футболка были немного влажными, а кожаные кроссовки очень грязными. 

"Ну и видок, прям настоящая красотка. Благо ещё волосы дождь не намочил." — оценила свой внешний вид девушка и уселась на лавочку. 

К огромному счастью автобус долго ждать не пришлось и остаток пути до работы обошёлся без особых приключений.

Парикмахерская "Энигма" представляла собой жалкое зрелище из одной не очень маленькой комнатушки. Не спасало даже то что стены были выкрашены в сиренево-фиолетовый цвет, зато достаточно хорошо создавало иллюзию — захожему человеку с улицы на первый взглядом могло показаться — нормального заведения. Хотя коим не являлось.

Угол перегороженный двумя шкафами служил импровизированной обеденной и для отдыха комнатой. Такой роскоши, как туалет нигде поблизости от парикмахерской не имелось. Если не учитывать тот, что стоял в парке, — неудобный и жутко вонючий — до него ходьбы минут десять-пятнадцать. Благо ещё бесплатный. Но для начальницы, это было только на руку, ведь женщина категорически запрещала покидать рабочее место. (Зато себе хозяйка ни в чем не отказывала). Даже перерывы на обед ей чем-то не угодили и не всегда разрешались. Как бы смешным, это ни казалось, но у девушки стойко складывалось впечатление, что она работала не в парикмахерской, а у Кремля караульным. 

Настя не без страха покидала рабочее место по естественным нуждам в моменты отсутствия хозяйки, потому что у входа в "Энигму" висел огромный баннер с номером телефона начальницы. Любой пришедший клиент, обнаруживший закрытую парикмахерскую благополучно игнорировал прикрепленную на двери записку, где сообщалось, что перерыв всего-то на несколько минут. Спешил позвонить и лично узнать, когда явиться недобросовестный работник.

А ещё в этой убогой недопарикмахерской имелось два рабочих места, несколько стульев для клиентов, чтобы было где сидеть в ожидании своей очереди, маникюрный стол и одна единственная мойка (парикмахерская), в ней же мыли голову, посуду после еды и стирали те полотенца, которыми вытирали людям голову.