Сокровища Манталы. Месть Лукомона

Глава тридцать шестая. Оливер задумывает государственный переворот

Виттелий оказался прав: заклятие Облициус домингус и в самом деле было живое. Или, по крайней мере, вело себя как разумное существо. Оно вцепилось в Оливера, впившись невидимыми щупальцами, и с пугающей жадностью принялось тянуть из него жизненные соки.

Поначалу происходящее нисколько не волновало его, напротив, он испытывал невероятные ощущения: он впервые колдовал, по-настоящему творил мощные действенные чары, а не развлекался подходящими разве что для балаганов трюками.

Долгое время неприятным моментом оставалось лишь поддерживающее силы пойло, ужасно мерзкое на вкус. Оливер никогда не любил кислое. А тут приходилось глотать не просто кислятину, а сводящий зубы наипротивнейший напиток. Вдобавок от выпитого разыгралась изжога, усиливавшаяся с каждой новой кружкой.

Однако вскоре он начал замечать, что приготовленное Орозием питье не успевает восполнить его силы – с такой скоростью Облициус домингус их пожирал.

Поначалу он крепился, уверенный, что Орозий не бросит его. Нужно немного обождать, дать старику возможность прийти в себя и немного окрепнуть. Плюс его на время сменил Лионель, позволив немного передохнуть.

Но затем стало совсем плохо. Он пребывал словно в тумане, с трудом реагируя на происходящее. Словно со стороны наблюдал, как упали, пораженные странным недугом Виттелий с Орозием. Пытался понять, что с ними происходит, но мысли отказывались складываться в более-менее разумные предположения. В голове гудело, ноги подгибались, руки едва удерживали кружку. Он цедил, как мог противный напиток, причинявший ему ужасные страдания, одновременно понимая: без него он долго не протянет.

Больше всего на свете ему не хотелось напугать Оливию. Он видел: ей и так плохо из-за него, не стоит добавлять новых проблем. Он держался, крепясь, сколько позволяли силы. Собравшись, отвечал на ее вопросы и только, когда она отправилась в Кадин-Гирр, смог позволить себе рухнуть на пол.

Теперь главное продержаться столько, сколько нужно. Не потерять сознание, не дать разуму отключиться…

Сквозь плотную туманную пелену, нависавшую над веками, он наблюдал за Йоши. Панда суетился возле кипящего котла, подкидывая в зелье ингредиенты.

Орозий с Виттелием продолжали неподвижно лежать, рядом с ними едва слышно застонал Лионель.

Над Оливером склонился Марко.

- Ты давай, парень, держись, – попросил он, вливая в него противный напиток. – Оливия скоро вернется.

Он кивнул.

- У нее получится, – хотя понимал: шансов наполнить Эглантин у нее нет никаких.

Марко потянулся за новой порцией зелья, на сей раз свежесваренной. Разжав ему челюсти, плеснул в рот сразу половину кружки. Горячее и оттого еще более мерзкое пойло текло по подбородку, капало на грудь, стекало на пол, образуя хорошо заметную лужицу. Живот свело от болезненного спазма. Закашлявшись, Оливер попытался отвернуться, но Марко не позволил. Несколько раз хлестанул тыльной стороной по щекам и рывком усадил на стул.

- Будешь пить, сколько нужно, – объяснил он спокойно. – Я дал твоей сестре слово, и сдержу его. Сам вызвался, никто не просил, поэтому не кочевряжься. Магия тебе не игрушки, запомнишь, надеюсь?

Оливер готов был возненавидеть Марко, но не имел на подобные чувства сил. Вместо этого проглотил очередную порцию энергетического напитка и, закашлявшись, попробовал сосредоточиться.

Вскоре он окончательно утратил счет времени. Марко поил его, словно беспомощное дитя, не позволяя сползти со стула. Йоши только и делал, что бегал от них к котлу, подливая в кружки вновь приготовленное зелье.

Пару раз Марко ходил посмотреть на Лионеля, пытаясь привести того в чувство. Блондин протяжно стонал, ворочался, но продолжал пребывать в беспамятстве.

- Преисподняя тебя забери, – ругался Марко, награждая Лионеля звонкой затрещиной, но не помогало.

И тут, когда Оливер почувствовал, что достиг предела, после которого его не поддержит уже ни один, самый мощный колдовской напиток раздался оглушительный взрыв. Он прозвучал далеко, где-то со стороны моря. Промелькнула яркая вспышка, сменившись тьмой, а за ней вновь сделалось светло, вернее, вернулись луна со звездами и горевший в камине огонь.

- Что это такое? – воскликнул испуганно Марко.

Замахав руками, он бросился к окну.

Сползая на пол, Оливер наблюдал за ним. Туда же бежал и Йоши. Мордочка панды исказилась крайней степенью изумления.

Оливер попытался подняться, желая разглядеть, что же там происходит, но лишь упал со стула. Перед глазами закружили искрящиеся голубые точки. Мерцая, они медленно оседали, тая при соприкосновении с твердой поверхностью.

Оливер с ужасом почувствовал: язык более не слушается его. Несмотря на все его усилия, он безвольно распластался во рту, отказываясь двигаться. Хрипя, он попытался привлечь к себе внимание, но Марко с Йоши продолжали глядеть в окно.

- А-а-а… – с трудом выдавил он, понимая, что это последнее, на большее он не способен.

Возле его уха раздались быстрые шаги. Теплая ласковая ладонь коснулась его лба. Кряхтя и сопя, кто-то придал ему сидячее положение.

- Ты пошел на это? Безумец! – на него полными от ужаса глазами смотрела Сапфо. – Облициус домингус? Да?