Сокровищница потерь
10
Пока нас не было, на квартиру как будто скинули десяток бомб: повсюду зияли воронки пустоты. В шкафу с посудой, в шкафу с одеждой, на комоде, книжных полках, на вешалке в прихожей. Я даже не знал, что вокруг было столько мамы и Ирки.
Что-то внутри скукожилось в бездомного щенка. Они были здесь. Они возвращались. Своими руками собирали вещи. Их никто не выгонял, они просто ушли. Теперь это стало ясно.
— Ну, малек, поможешь мне банки из багажника достать? Опять варенье будем всю зиму есть, да?
Папа старался говорить веселым голосом, но его взгляд все никак не мог остановиться на чем-то одном. Все скакал по дырам ушедшести, пытался успокоиться.
Я уже успел переобуться в комнатные тапки и прямо в них выскочил в подъезд. Казалось, что на улице теплее. От нашей квартиры так и несло чем-то морозным и злым.
Ужинали мы омлетом – чуть подгоревшим и пересоленным, смотрели на папином телефоне Спанч Боба – папа почему-то думал, что мне нравится этот мультик – и говорили только о крабсбургерах и подводных течениях.
Мы распрощались в коридоре и улеглись спать – каждый в свою комнату. В моей не хватало Ирки, а в папиной – мамы. Я вертелся и вертелся, словно вместо матраца подо мной снова была твердая лесная земля, и все смотрел на соседний дом. Он только открыл глаза – листья теперь совсем опали и не закрывали от меня его огней. Соседний дом казался теплым и одновременно очень чужим. Я на него даже немного злился, казалось, что там все счастливые. А мы с папой – нет.
В стотысячный раз я проверил телефон. Ирки в сети так и не было, подружки ее меня просто игнорили, не отвечали. И мама так и не появилась. В самом конце моего тяжелого вздоха в комнату протиснулся папа. Со своим одеялом, с подушкой и в одних трусах.
— Женька, я на Иркиной кровати лягу, ладно?
Папа зачем-то на носочках перебежал комнату и бухнулся на Иркину кровать.
— Вот она ругаться будет, когда узнает, — хихикнул я. — Она даже садиться на нее никому не дает.
— Да-а-а, — папины зубы блеснули. — Разорется, будет говорить, что я нарушаю ее личное пространство… Мамке наябедничает.
— И они обе начнут визжать, что мы их не уважаем, — смех прыжками выскочил из моего рта. — У Ирки будет нос так противно дергаться, а мама будет щипаться…
Папин хохот оборвался каким-то горьким «о-о-о-о-ой», и я сразу понял, что игра закончилась.
Мы немного помолчали. Папа тоже рассматривал соседний дом, а потом начал смотреть на меня, и я сразу зажмурился.
— Женька, спи, ладно? Завтра в школу.
#6461 в Молодежная проза
#1674 в Подростковая проза
#11956 в Проза
#4958 в Современная проза
16+
Отредактировано: 22.02.2020
Добавить в библиотеку 